— Сколько мы потеряли?
— Одного охотника, девять погонщиков и полторы дюжины гончих, — виновато пробормотал Червь, стараясь не смотреть в глаза своей госпожи.
— Плохо, — хмуро произнесла Мими, глядя на свой маленький отряд. — Это было очень плохо…
— Это были опытные бойцы. Ветераны. Откормленные отборным мясом, обученные и закалённые в многочисленных сражениях, — хмуро бросил Червь, понимая, как сильно он расстроил свою госпожу и что любые оправдания тут неуместны. — Это элита армии Иезекиля. Наши голодные, тощие погонщики и гончие им просто не противники. Мы ещё легко отделались, госпожа.
— Всё равно плохо, — хмуро отмахнулась Мими. — Пятнадцать минут перерыва и двигаемся дальше, — распорядилась она.
— Что делать с пленниками?
— Пусть принесут клятву и присоединяются.
— Понял, — покорно кивнул демон, развернулся и потрусил выполнять приказ госпожи…
Ещё через четверть часа маленькая армия Мими пополнилась дюжиной новых рекрутов, и войско суккубы выдвинулось в самое сердце чужого доминиона…
Развалины старого замка с полуразрушенными зубьями сторожевых башен, окружённого со всех сторон холмами, словно оберегавшими его от посторонних взглядов, они увидели через три с половиной часа, забравшись на хребет холма и оглядев лежащий внизу лагерь демонов.
Рядом с осыпавшимися во многих местах чёрными стенами замка расположились шатры из шкур, у шатров горели костры, на кострах крутились вертела с кусками жирного, аппетитного мяса, а вокруг костров пели песни, гоготали, дрались, спорили и веселились упитанные, явно доедающие не последний кусок чёрствого хлеба твари.
Напротив самого большого шатра, раскинувшегося в центре, стоял массивный каменный трон, с восседающим на нём хозяином Доминиона, а чуть в стороне от трона на длинной тонкой цепи тихонько сидели несколько обнажённых молодых девушек, испуганно вжимаясь в землю при каждом движении демона или взмахе его руки.
Иезекиль выглядел внушительно… Огромный. Жирный. Раздутый от жратвы и чувства собственного достоинства. Само достоинство, кстати, тоже было достойным — его толстая красная головка покоилась между жирных ляжек демона, выглядывая из-под короткой набедренной повязки.
Складки его грязно-серой кожи свисали с боков, короткая шея почти терялась где-то между необъятной грудью и третьим подбородком, а рожа была похожа на помесь свиной хари и собачьей морды. На голове демона красовалась пара больших, кривых и несимметричных рогов, а в мощной лапе с толстыми пальцами, похожими на поджаренные на гриле мясные колбаски, он сжимал чью-то ногу, судя по форме стопы и цвету кожи, когда-то принадлежавшую человеку, и методично откусывал от неё по кусочку острыми, словно ножи, зубами.
Демон причавкивал от удовольствия, брызжа слюнями, бросал жадные, липкие, похотливые взгляды на своих пленниц и гадко лыбился, лениво откинувшись на широкую спинку своего трона.
— Это Иезекиль? — на всякий случай уточнила Мими, брезгливо сморщив носик.
— Да, госпожа… — с нескрываемым отвращением скривился Червь.
— И сколько тут всего тварей? — подала голос Алиса, прищурившись и пытаясь пересчитать копошащихся и хаотично передвигающихся по лагерю демонических существ.
— Погонщиков около полутора сотен, — быстро пробежавшись внимательным взглядом по шатрам, патрулям и отдыхающим у костров группам, произнёс Червь. — Семь дюжин псов. Три дюжины охотников. Ну и по мелочи ещё — черти, бесы… Всего около трёх сотен единиц.
— Фу-и-ить! — присвистнула ведьмочка, оценив масштаб проблемы. — Их как минимум втрое больше, Ми. Ну и? Какой у нас план, командир? — повернулась она к суккубе.
— Отправим к ним наших монашек с дезинформацией, — хмыкнула Мими.
— Госпожа? — словно по команде, возникли рядом с ней две юные, свежеобращённые суккубы.
— Что?
— Нам?
— Нужно?
— Сделать?
— Госпожа! — словно предугадывая мысли друг дружки, по очереди произнесли бывшие монахини, чеканя каждое слово…
* * *
— Помогите, помогите! — голосили суккубы, обойдя лагерь с противоположной стороны, сбегая вниз по склону холма, спотыкаясь, в ужасе оглядываясь себе за спину, картинно падая, сбивая нежную кожу на коленках, поднимаясь и снова устремляясь вперёд. — Помогите!
На лету врезавшись в опешивший от такой наглости патруль из кучки демонов, охранявший периметр лагеря, суккубы не останавливаясь рванули вперёд, пробежали несколько десятков метров, перемахнули через сидящих у костра существ, перепрыгнули лежащих ленивой цепью гончих и упали на колени перед каменным троном.
— Помогите, господин! Защитите! — жалобно заскулили они.
— Что случилось? — недовольно бросил Иезекиль, чавкая кровавым куском мяса, дал отмашку спешившим к нему на помощь охранникам, прошёлся по гибким, стройным обнажённым телам суккуб липким, похотливым взглядом, сглотнул слюну и причмокнул от удовольствия, представив, как эти две красотки по очереди будут стонать на его члене сегодня ночью.
— Там…
— В той стороне…
— Пять дюжин…
— Может и больше…
— Раненые…
— И пленные…
— Много раненых…
Наперебой бессвязно затараторили суккубы, тыча себе за спину, захлёбываясь словами, перебивая друг дружку, дрожа, всхлипывая и размазывая по щекам фальшивые слёзы.
— Большой отряд, господин!
— С той стороны…
— И наши сёстры — суккубы…
— Много…
— На цепях!
— Сколько сестёр? — подался Иезекиль вперёд, колыхнув складками жира на своих боках.
— Много, господин. Много…
— Дюжина! — прошептала одна из суккуб, опустив голову и выгнув спину так, как умеют только суккубы. — На наш доминион напали чужаки… Всех убили, оставили в живых только нас и наших сестёр.
— Молим вас, господин! Помогите! Защитите!
— Эти твари идут через ваши земли!
— Вы должны наказать их!
— Умоляем! Убейте их!
— Совершите правосудие!
Иезекиль алчно облизнул свои кровавые губы и задумчиво наморщил лоб. Шестерёнки в его огромной голове заскрипели, а жадные мысли, словно пчёлы в растревоженном улье, зашептали и засуетились.
«Суккубы! Много суккуб! Сладкие, нежные, податливые суккубы, вытворяющие в постели то, что не сможет повторить ни одна человеческая женщина…»
В лагере Иезекиля давно не бывало ни одной настоящей суккубы. Это редкость… В более сильных доминионах, у сильных повелителей, но не у него… А тут сразу целая дюжина сама идёт в его руки…
— Собрать отряд в полторы сотни! Быстро! — повернулся Иезекиль к своим командирам, принявшись раздавать приказы. — Туда, куда они укажут, — ткнул он толстым пальцем в суккуб. — Пленных не брать! Суккуб — освободить и привести в лагерь. Шевелитесь, пока чужаки не ушли за барьер!
— Спасибо, господин! — радостно загалдели суккубы, на коленях подползая к трону и восторженно целуя грязные ступни демона.
— Потом, потом все благодарности, — небрежно отмахнулся Иезекиль. — Сначала нужно спасти ваших сестёр…
— Вы очень мудры, господин!
— И справедливы!
— Мы будем счастливы служить вам!
— Это честь для нас!
— Мы готовы выступать, господин! — рыкнул огромный демон с массивными ветвистыми рогами на своём лысом черепе, ударил себя кулаком в грудь и скользнул заинтересованным взглядом по упругим задницам бывших монашек.
— Тогда выдвигайтесь! — нетерпеливо фыркнул Иезекиль. — Чего ждёте⁈
* * *
Мими проследила за скрывшимся за хребтом противоположного холма большим вражеским отрядом, уводимого её суккубами как можно подальше от лагеря, выждала четверть часа, поднялась с земли, хищно оскалилась и коротко бросила через плечо:
— Ну что, твари? Готовы умереть за свою госпожу?
— Р-р-р! — восторженно в одну глотку зарычали демоны за спиной юной повелительницы.
— Тогда вперёд!
Схватка была стремительной и кровавой.
Маленькое войско суккубы спустилось с холма, вклинилось в не ожидавшие такого подлого нападения, разрозненные ряды врагов и словно жернова принялось перемалывать чужаков, неся хаос и сея смерть.