Глава VI

Первая «ягодка» появилась, когда участники опергруппы еще не успели завершить обсуждение. Молчавший на протяжении оперативного совещания телефон неожиданно заурчал междугородным звонком. Сняв трубку, Бирюков назвался и тотчас услышал:

– Привет, Антон Игнатьевич. Веселкин говорит.

– Здравствуй, Константин Георгиевич. Легок же ты на помине. Только что Слава Голубев передал разговор с тобою.

– Обсуждаете последнее ЧП?

– Конечно.

– Можешь к нему прибавить еще одну смерть. У нас здесь, в пригороде, черную «Волгу» обнаружили, а в ней – труп. И машина, и мертвец числятся в розыске. Убит маститый киллер. Фамилия – Пеликанов, кличка – Старлей. На счету имеет шесть убийств, с вашими двумя трупами будет восемь.

– Ты так уверенно говоришь, будто ни на йоту не сомневаешься, что именно он оставил в нашем районе кровавый след.

– К тому есть веские основания… – Веселкин помолчал. – В кармане камуфляжной спецовки Пеликанова нашли пистолет ТТ китайского производства и разрешение на него, выданное Юрию Денисовичу Надежницкому. По утверждению компетентных лиц из фирмы «Фортуна», Надежницкий без этого пистолета шагу не ступал. Отсюда сам выводы делай. Вопросы будут?

– Вопросов много, но не для телефонного разговора. Завтра утром со своими парнями подъеду к тебе.

– Подъезжай.

Не успели обсудить сообщение Веселкина, снова раздался телефонный звонок. На этот раз позвонила секретарша главы районной администрации и передала распоряжение своего шефа, чтобы прокурор срочно явился к нему.

– Раньше, чем через полчаса, не смогу, – сказал Бирюков.

– Минуточку… – секретарша, видимо, переговорила с шефом. В ее голосе появилась металлическая нотка. – Андрей Владимирович приказал явиться немедленно.

– Передайте ему, что я занят. Как только закончу оперативное совещание, сразу появлюсь, – сдерживая внезапно нахлынувшее раздражение, спокойно проговорил Антон и положил трубку.

Судмедэксперт иронично прищурился:

– Чего грубишь начальству? Районный воевода тебе этого не простит. Рассказать коротко, как я у него на приеме был?

– Расскажи, Боря, для разрядки.

– Стукнула мне в голову шальная мысль: попросить у районной администрации деньжат на ремонт морга. Условия в нашей покойницкой, сам знаешь, совсем даже незавидные. Больше месяца сочинял докладную записку с обоснованиями и расчетами. За неделю вперед записался у секретарши на прием. К назначенному часу помыл шею, надел парадный костюм и предстал с челобитной пред начальственными очами. Глава вальяжно откинулся в кресле, барабанит пальцами по столу. Подаю бумагу. Он на нее – ноль внимания. Уставился свинцовым взглядом мимо меня в стену, будто там электронный суфлер установлен. Пришлось своими словами озвучивать письменный текст. Воевода с минуту послушал мое красноречие и как из пистолета в упор: «Ты где зарплату получаешь?» Поперхнувшись на полуслове, я промямлил, дескать, в областной экспертной конторе. «Вот туда и обращайся с просьбами!» На меня такое умиление накатило, вроде бы святой крест поцеловал. Согнулся в поясном поклоне и говорю: «Спасибо, вашбродие, за ценный совет. Сам я до этого никогда бы не додумался». На том аудиенция и закончилась.

– Так прямо и назвал главу, «вашбродие»? – недоверчиво спросил Слава Голубев.

– Так и назвал. А что мне, детей с ним крестить, что ли?.. – Медников повернулся к Бирюкову. – Часто господин Довжок тебя на ковер вызывает?

– В столь приказной форме – первый раз. Не знаю, какая муха его укусила, – ответил Антон.

– Наверное, из области хвоста накрутили. Наш воевода только над подчиненными тузом козырится, а перед областным начальством, говорят, шестерит на полусогнутых…

Внезапная резкость главы администрации насторожила Бирюкова. Андрей Владимирович Довжок появился в районе на перестроечном гребне, когда областная партийная организация стала шустро заменять престарелых секретарей райкомов молодыми выдвиженцами. Возрастом он годился прежнему секретарю в сыновья. Роста был небольшого – в сравнении с Бирюковым едва дотягивался тому до плеча, но апломб имел такой, которого с лихвой хватило бы трем богатырям. Проявить руководящие способности на партийной работе Довжок не успел. Интуицией уловив надвигающийся закат партии, Андрей Владимирович ловко перебрался из парткресла в административное. Учинив кадровую перетасовку, он окружил себя беспринципными угодниками, умеющими не столько работать, сколько организовывать начальству увеселительные встречи. Приученный с комсомольских лет произносить пламенные речи по писаному тексту, на официальных мероприятиях Довжок без бумажки не мог вразумительно связать пару слов. Зато в неофициальной обстановке, особенно в присутствии молодых женщин, был изворотливым и велеречивым говоруном. К вышестоящим руководителям Андрей Владимирович обращался на «вы», со всеми же остальными, от юнца до искалеченного войной престарелого ветерана, разговаривал свысока и только на «ты». В решении деловых вопросов часто был непредсказуем.

Зная основные качества Довжка, Бирюков не стал ломать голову над причиной срочного вызова и спокойно продолжил оперативное совещание. Получив от экспертов необходимые уточнения, Антон обратился к Голубеву:

– Не провести ли тебе завтрашний день в «Барском селе»?..

– Ты же Веселкину сказал, что мы завтра утром к нему приедем, – удивился Слава.

– Я уеду с Лимакиным. Оперативников в Новосибирске без тебя хватает. А ты погуляй по дачному поселку, поинтересуйся: кто, как и на каких основаниях строит там свои дворцы.

– Что такая «прогулка» даст?

– Не могу поверить, будто Надежницкий приехал с Линой в райцентр лишь ради того, чтобы распить бутылку шампанского и позагорать на лужайке. Подозреваю, была в этой поездке какая-то деловая цель. Надо попытаться ее выяснить.

Голубев пожал плечами:

– Ну, если надо, попытаюсь. На что, по-твоему, следует обратить особое внимание?

– Во время визита к Шляпину я увидел там много недавно заложенных строений. Нет ли среди них принадлежащего Надежницкому? А может, Юрий Денисович намеревался купить готовый коттедж или земельный участок… Вот в этом направлении и поработай.

– Ясно, поработаю.

Завершив оперативку, Бирюков, не теряя ни минуты, пошел к главе администрации. Явно рассерженный Довжок встретил его грубо. Не предлагая сесть и даже не поздоровавшись, резко спросил:

– Ты чего, блюститель закона, телефонную трубку бросаешь?

– Дела, Андрей Владимирович, не позволяют долго вести пустые разговоры, – усаживаясь без приглашения в одно из кресел возле начальственного стола, ответил Антон.

Довжок по привычке забарабанил пальцами:

– Явиться своевременно к главе района, по-твоему, пустяк?

– У меня шло оперативное совещание. Не мог же я все бросить и, словно мальчик, сломя голову бежать к вам.

– Совещание… Подумаешь, какое событие! Расплодили в районе уголовщину…

Бирюков попытался перехватить взгляд Довжка, но серые, со свинцовым отливом, глаза «воеводы» мигом вильнули в сторону.

– Вы зачем меня пригласили? – сухо проговорил Антон. – Если хотите напугать, то напрасно стараетесь. Я не из разряда пугливых.

– Хочу, чтобы ты не самовольничал!

– В чем?

– Во всем! Коль уж глава района приказывает явиться к нему немедленно, значит, надо немедленно и явиться. Не разводи мне демократию!..

Бирюков засмеялся:

– Андрей Владимирович, вы ведь всего лет на пять помладше меня, а капризничаете, будто ребенок дошкольного возраста. Не мусольте «демократию», ее и без вас замусолили. Давайте говорить серьезно. Зачем я вам понадобился?

Худощавое с белесыми бровями лицо главы администрации вспыхнуло кумачом, однако «пилюлю» он проглотил молча и, пошарив взглядом по стене, спросил уже спокойно:

– Почему не доложил о вчерашнем убийстве?

– Потому, что раньше вы от меня таких докладов не требовали. Напротив, когда я заводил разговор о преступности, отмахивались: «Разбирайся, прокурор, с уголовщиной сам». А сегодня вдруг понадобился срочный доклад. С чего бы это?..