– Верни мне папочку, мерзавец!

– Нелла, прекрати немедленно! – воскликнула Белла.

Уши Морса заложило от криков, а глаза вылезли из орбит от удара об стол. Девочка подтолкнула голову Премьер-министра вверх, снова дернула руками за бороду и скула Морса повторно воткнулась в столешницу.

– Я ни разу не видела своего папочку! – взвизгнула девочка. – Верни его!

Вскочившая на ноги королева подбежала к Морсу, вырвала его бороду из рук принцессы и оттащила девочку от стола. Странное дело, но королева почему-то находилась в хорошем настроении. Улыбаясь, она успокаивала девочку:

– Нелла, доченька моя, все будет хорошо. Господин Морс обещал, что папочка скоро вернется…

Нелла, пытаясь вырваться из рук матери, трясла кулачком и кричала:

– Не верю я этому негодяю! Недаром все называют его Мутным Киселем!

Морс, придя в себя, вытащил из кармана золотой шмордонский бабос и приложил его к скуле, пытаясь помешать возникновению синяка.

– Кстати, оскорблять меня ругательными словами Конституция позволяет только вам, ваше величество, – заметил он. – А уж драться…

– В Конституции касательно этого вопроса ничего не сказано о детях, – вежливо ответила Белла. – А что не запрещено законом, то разрешено!

Морс нащупал рукой портфель, встал со стула и спросил:

– Я полагаю, вопросов ко мне у вас больше нет?

– Нет, – ответила королева. – Спасибо за содержательный доклад. До свидания.

– До свидания, ваше величество.

Морс пошел к выходу из зала, прижимая монету к левой скуле. Уже на выходе он услышал за спиной детский крик:

– Катись отсюда, колбаса козлиная!

Премьер-министр, не оборачиваясь, спустился по лестнице в вестибюль и уселся на первый же подвернувшийся диван. Достав из портфеля шморофон, он набрал номер министра полиции. Спустя несколько минут трубка произнесла голосом Кваса:

– На связи, господин Морс.

Премьер-министр, посчитав про себя до десяти, спокойным голосом поинтересовался:

– Что лорд Крокозябл-младший делает на Потенции?

– А он на Потенции? Ну да, может быть. Он же в отпуске.

– Какой, к черту, отпуск? – спросил Морс, еле сдерживаясь. – И у кого?

– У Крокозябла, естественно, – ответил Квас. – Он позвонил мне вчера, сказал, что едет в отпуск и спросил, где в Джаппурии можно отдохнуть. Я ему посоветовал сначала посетить Потенцию, потом Дубарь, потом погреться на Сочи, ну а на Слякоти он уже был…

– Вы идиот, Квас? – Морс из последних сил держал себя в руках. – Он же инопланетный посол! А инопланетный посол всегда в первую очередь кто? Инопланетный шпион! Как вы могли позволить ему выбраться из посольства?!

– Отдых – неотъемлемое право каждого жителя Джаппурии. Так гласят Конституция и Трудовой Закон. А отпуск – святое дело…

– Какой отпуск?! Крокозябл – шмор!

– На территории Джаппурии соблюдаются ее законы.

И здесь нервы Морса не выдержали. Он поднес трубку шморофона к глазам и принялся в нее орать, не разбирая, где находится звукоприемник:

– Вы предатель, Квас! Вы изменник Родины! Вы тупой охломон! Посольство Шмордона является территорией империи, и там действуют имперские законы! Если у Крокозябла отпуск, пусть летит к себе домой и там шляется, где хочет. А на территории Джаппурии он может находиться только в одном месте – в Усосанном Лесу на Слякоти! Немедленно дайте команду изловить его и доставить в посольство!

Трубка вякнула в ответ испуганным голосом:

– Будет сделано!

Морс, переведя дух, поинтересовался:

– Вы уже прибыли на Потенцию?

– Нет, господин Премьер-министр. Я как раз подлетаю к Дубарю…

– Как вы смеете?! Я же запретил вам туда лететь!

– Непредвиденные обстоятельства, господин Морс. Задержана группа шмордонских шпионов.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Морс, успокаиваясь.

Министр полиции забубнил:

– Эти какие-то не такие шпионы как раньше. Они высадились в безлюдной части Дубаря. Все как один были обуты в валенки и лыжи. И у каждого имелись народные джаппурские музыкальные инструменты. У пятерых – джармошки, у четверых – джалалайки. А десятый тащил на себе здоровенный контраджас.

– Задержаны все?

– Нет. Шестеро. Трое джармонистов, двое джалалаечников и тот, который с контраджасом. Он у них, по ходу, главный.

– А остальные четверо где?

– Да они встретили семейство белых медведей и полезли к ним обниматься. Это уже не первый случай. У них что, стереотип такой сложился? Если шморы воспринимают рассказы об обнимании как рекламу, то они полные дураки. Это ж народная дубарьская шутка! Ну, про медведей…

– Тела похоронили?

– Нет. Подходить к медведям опасно. Ждем, пока доедят. Потом косточки похороним, если останутся.

– Хорошо. Как допросите шпионов, срочно вылетайте ко мне. Здесь работы для вас навалом.

– А вы говорили с королевой насчет моего джабля? – голос Кваса опять стал просительным.

– Да, – сухо ответил Морс и, выключив шморофон, поднялся на ноги.

Сверху застучали по лестнице легкие женские каблучки и приятный голос крикнул:

– Господин Морс, подождите! Вам письмо от королевы.

Подбежала служанка и протянула Премьер-министру листок бумаги.

Морс взял его, и прислуга убежала по лестнице вверх. Премьер-министр, развернув лист, прочел следующее:

«КОРОЛЕВСКИЙ УКАЗ

Мы, королева Джаппурии Белла, указываем: джабль первого класса «Ассенизатор» переименовать. Предложенное министерством полиции имя «Звезда в законе» отклонить. Джабль назвать: «Дыра в сортире». Имя действительно до момента полной победы над коррупцией.

Королева Белла».

Указ утверждала большая королевская печать.

Морс, подумав о том, что от добра – добра не ищут, злорадно усмехнулся, сунул листок в портфель и пошел к выходу из дворца.

На крыльце он вынужден был остановиться, так как у нижних ступеней лестницы его ждала толпа, состоявшая из официальных лиц. Первым стоял толстый чиновник в полицейском мундире. Лица присутствующих выражали целую гамму чувств, близких к отчаянию. В толпе мелькали камеры журналистов.

Морс растянул губы в ехидную улыбку и собрался сказать речь. Но вдруг что-то шлепнулось ему на макушку и по щекам потекло. Премьер-министр привычным движением вынул из кармана платок, вытер им голову и стряхнул с лацканов помидорные семечки. Задрав голову вверх, в окне второго этажа Морс увидел прекрасное лицо королевы. Белла произнесла:

– Это не принцесса, господин Мутный Кисель, это моя работа: – и скрылась.

Морс, улыбка которого превратилась в хищнический оскал, опустил глаза вниз и встретился взглядом с начальником полиции города Апреля.

– Начальник полиции Хапс, – представился тот, чернея от страха.

– Вот с тебя и начнем! – мстительно сказал Морс, решительно шагнув вперед. – Кого ты там назвал «основательной и нудной гнидой»?!

ДЖАППУРИЯ. ТРИНАДЦАТАЯ ПЛАНЕТА

Центральная станция была небольшой. Герметичный купол накрывал жилую зону откровенно сиротских размеров, портативный ядерный энергоблок, кислородную станцию и несколько складских сараев, в которых хранился запас консервированной еды, вода, топливо для планетных ботов и прочая чушь.

Посадочная площадка рядом с куполом позволяла принять лишь два-три джабля, но и этой ее вместимости было более чем достаточно, так как грузовые джа́нкеры наполняли трюмы породой в местах ее добычи. А разработка шла в двадцати точках по всей поверхности планеты.

На площадке стояли: старый потрепанный джабль «Нежный бутон юности» и два бота. Джабль существовал на случай срочной эвакуации и потому не использовался. А боты служили средством передвижения по планете. Вообще-то их было три, но на одном из них улетел Кебаб Носатый, который повез запас консервов на одну из точек разработки, представлявших собой маленькие автономные модули.