Редлосс поморщился и зажал уши.

Даже Лев выглядел немного обеспокоенным.

— Что это за шум? — выкрикнул Стений, пристально глядя на экраны.

У Редлосса возникло чувство, что он знал. Он знал лучше оружие, чем людей. В визге столкнувшихся щитов он услышал смех богов. Массы кинетической энергии выбрасывало в варп, соединив сражающиеся корабли над активным разломом в имматериум. Это и было изначальным намерением «Сибарита». Создать канал.

Предатели собирались взять их на абордаж.

— Приготовиться к атаке! — завопил он, вынимая болт-пистолет.

Удар психического давления снес ограждения командной платформы, словно лепестки цветка, а затем обрушил ее. Взрыв мгновенно убил командора Весепиана, раздавив хрупкого смертного, и отшвырнул Редлосса и Стения с платформы в противоположных направлениях. Льва отбросило на его трон.

Вместо него, расставив ноги на разбитой платформе, стоял греканский колосс. Розовокожий и сверкающий электричеством нефилим был облачен в пурпурно-золотую броню легиона с выжженной на лбу Палатинской аквилой. Из непроизвольного движущегося рта свисал длинный извивающийся язык. В одной руке существо держало гоплитское копье, а в другой — круглый щит. В подмышках извивались щупальца.

— Лев из Леса. — Оно опустило копье, словно отдавая честь. — Твои братья на Бета-Гармон шлют тебе свои благословения.

Редлосса на краткий болезненный миг парализовало, затем эта реакция почти сразу сменилась яростным желанием покончить с ее источником. Воспоминание о Великом Звере, перебившем его семью, когда ему было восемь лет, никуда не ушло. Оно оставалось с ним каждый этап физической подготовки, индоктринации и всевозможного нейростимулирования. Оно привело его в Орден, в легион, в роту разрушителей и, в конечном итоге, в Крыло Ужаса. Теперь он был носителем смерти. Именно желание полностью истребить подобных чудовищ давало ему ненасытную жажду битвы.

— За Льва! — Взревев, он нажал спусковой крючок.

Болтерный огонь впился в бок монстра. Тот ответил смехом. Его броня, которая определенно отличалась от доспеха «Тип II», несмотря на сохранившиеся намеки, отразила почти все выстрелы, а те немногие снаряды, что сумели пробить ее, не детонировали. Демон словно не обладал массой. Когда выжившие на мостике оправились от шока и схватились за личное оружие, лазерные лучи начали пронзать врага. Поднявшись со стоном из обломков стола ауспика, Стений вынул свое оружие. Это был редко используемый компактный тяжелый стаббер «Тип IX». Размером с обрезанный дробовик, он идеально подходил для боя на корабле и отлично сидел в трансчеловеческой руке Легионес Астартес в качестве пистолета. Оружие загремело, выплевывая снаряды.

Демон рассмеялся над нападавшими.

Он сделал один гигантский шаг к трону Льва и ударил его основанием щита. Примарх отпрыгнул в сторону, и трон разлетелся осколками вулканической породы и слоновой кости.

Редлосс отбросил болт-пистолет и вытянул боевой топор. Бросившись на платформу, он нажал кнопку активации, и двустороннее лезвие окуталось синим свечением молекулярного расщепляющего поля. Стрельба из болтера даст ограниченный эффект.

Демонов лучшего всего брали старые инструменты войны.

Пламя. Клинки. Магия.

Ненависть.

Лев перекатился из-под ног демона и активировал Волчий Клинок. Черные адамантиевые зубья завращались, воинственные и всегда голодные. Редлосс с благоговением смотрел, как примарх рубанул огромным цепным мечом по задней части икр демона. Колосс взревел, захромал и взмахнул щитом. Тот мог сбить зубцы с бруствера крепостной стены, но Лев отклонился, уже разворачиваясь. Щит прошел через его светлую гриву, и примарх возвратным ударом вонзил Волчий Клинок в нагрудник демона. Розовый студень и ихорозная жидкость струями хлынули из разорванной брони. Демон взревел и пролил восторженные слезы. Он сделал шаг вперед, и меч примарха вышел из его хребта под прерванный вой.

— Блажжжеееенство, — прошептала тварь.

Пока шла схватка, Стений не прекращал стрелять. Он разряжал свой стаббер в эйфорическую ухмылку твари, пока не закончились патроны. С воинским кличем старого Калибана Редлосс рубанул боевым топором по бедру нефилима. Презрительный удар древком копья тут же отправил Редлосса и его наследственное оружие в разные стороны. Топор завертелся и вонзился на тридцать сантиметров в переборку. Несущий Ужас кувыркнулся и рухнул на спину за платформой.

Он поднялся в тот миг, когда Лев вырвал Волчий Клинок из живота демона, развернулся по инерции и вонзил меч в бедро демона. Клинок ударил по диагонали, прошел через живот, пах и вышел с фонтаном крови, хлынувшей между ног.

Правая отпиленная нога демона упала, словно ненужный кусок мяса, остальное тело рухнуло назад с разъяренным воем.

Зверь столь незначительной массы при падении уничтожил целую группу постов и смял палубу. Существо смеялось со слезами на глазах, пока Лев не спрыгнул с платформы и не вонзил Волчий Клинок ему в глотку.

Меч отпилил булькающую голову демона от тела.

Редлосс наблюдал в идеальной неподвижности. Лев был величайшим воином в Галактике. Без исключения. Ни человек, ни брат-примарх, ни демон не мог одолеть его в бою. Возможно, Ольгин прав. Возможно, Терре необходим Лев на ее стенах. Кто еще мог надеяться выйти лицом к лицу с такими существами, как Гор или Ангрон, и победить?

Дорн? Волк?

Одна эта мысль заставила его фыркнуть.

Лев вытянул окровавленный меч из вязких останков шеи демона и опустил его, отключив моторы и выпрямившись в полный рост. За спиной примарха на единственной цепи висел разбитый главный окулюс, осыпая его доспех искрами.

— Пусть больше не будет сомнений в решимости магистра войны удержать этот мир, — сказал он, глядя на растворяющегося демона.

В этот момент на одном из вокс-пультов мигнул сигнал тревоги. Он издал бессмысленный звон и снова мигнул, оставшись незамеченным. На посту не осталось членов экипажа, чтобы отреагировать на него. Стений выбрался из обломков столов и кресел и активировал пульт.

— Это корабельный вызов, — сказал он.

Капитан выглядел потрясенным. «Редкое впечатление от реального боя», — догадался Редлосс.

— Один из наших? — спросил Лев.

— Нет, повелитель. Это сигнатура Механикума, родом из кольцевой системы одной из внешних планет. Они запрашивают разрешение присоединиться к нашему флоту.

Глава 4

Переговоры

— В войне все зависит от возможностей. Чтобы побеждать, мы должны всегда быть готовы воспользоваться возможностями, как только они появятся.

— Лев Эль’Джонсон, совет Захариилу

Лихтер типа «Арвус» под названием «Архемидий» выключил двигатели и приблизился по инерции. Магнитные тяговые устройства «Непобедимого разума» подхватили его, как только корабль вошел в зону действия поля отсека шаттлов. Корабль содрогнулся под воздействием чередующихся линий поля, словно древний броненосец, застрявший во льдах. У магоса-прайма Эйронимакса Велтарэ — законного правителя фабрикаторий Тагрии, наблюдающего позади панели пилота — возникло ощущение, будто он был призом, трофеем, взятым в битве с Легионес Астартес Третьего. Либо Темные Ангелы не доверяли пилотскому мастерству тагрийского адсекуляриса, либо не доверяли самому Эйронимаксу.

Ни одна из этих гипотез не предвещала ничего хорошего от этой встречи.

Собравшееся технодворянство — толпившиеся внутри «Арвуса» изгнанники из ленов Зуманду, Калит Этола, Награ Эксельсора и Рассвета — наблюдали или пытались наблюдать за посадкой через ограниченное число доступных иллюминаторов. Даже обладавшие силой тел или командными кодами, чтобы потребовать место обзора, мало что видели. В отсеке было темно. У Эйронимакса возникло сравнение с мухой, попавшей в паутину из линий магнитного поля.

— Темные Ангелы обладают минимальным пониманием дипломатического протокола, — пожаловался генерал-заместитель Риган Индомитии.