Лис ждал меня в тени валуна, вросшего в шов между щитками. Мясо уже исчезло. Фенек сидел, облизывая усы, а его глаза светились в темноте двумя медовыми огоньками. Всё же сожрал. Придётся потом на пару с попугаем отпаивать микстурами. Но ругать нельзя, он же помог.

«Молодец. Отличная работа».

Лис высунул язык, свернул в трубочку и часто задышал, прижав уши назад в самодовольной лисьей ухмылке. Хвост качнулся влево-вправо.

Таймер: 01:42…

Поторопитесь, время-то утекает.

Рука скользнула в Инвентарь. Пальцы сомкнулись на холодном металлическом цилиндре. В ладони возник спрей-нейтрализатор запаха — матовый баллончик с красной маркировкой. Начал обрабатывать себя точно как перед выходом из магазина. Едкий, чуть горьковатый аэрозоль осел на ткани куртки и мгновенно выветрился, уничтожив все остаточные запахи, включая пот и еду. Потом направил струю на фенека. Лис чихнул, мотнул головой и укоризненно посмотрел на меня, наморщив нос.

— Терпи, — шепнул я. — Так надо. Мы же не хотим показаться аппетитными.

Спрей отправился обратно в Инвентарь. Вместо него в руке материализовался стазис-мешок.

Когда я брал его у Грача, то ожидал чего-то внушительного, способного останавливать время, как в Питомнике. А на деле получил мешок из плотной серой ткани, проклеенный изнутри чем-то вроде латекса, с затягивающейся горловиной и единственной тусклой руной у застёжки.

Я изучил его свойства ещё до рейда. Никакого настоящего стазиса — по сути, просто усыпляющий кокон с замедлением метаболизма. Хватит для ядовитой змеи, паука или ящерицы, но не для чего-то серьёзного.

Расстелил ловушку на панцире, раскрыв горловину, и присел рядом. Лис подобрался ближе, обнюхал ткань и фыркнул. Мне же пришлось заняться тщательным подбором образов. Большой зверь в сиянии. Бросается, вспышка чёрного невезения.

Фенек перестал дышать. Уши встали торчком, глаза сузились. Он коротко облизнулся. На секунду в медовых зрачках мелькнуло что-то совсем серьёзное, совсем взрослое.

«Мешок — только на мелочь. Всё, что крупнее индюка, туда просто не влезет. Тогда работаем по обстоятельствам».

Таймер: 01:08…

Вы прям любите играть с судьбой.

Инъектор с транквилизатором лёг в левую руку. Холодный металл, тугая пружина под большим пальцем. Я перехватил его и остановился, прислушиваясь. Панцирь вздрогнул — очередной шаг. Из лагеря долетело:

— СОК ПТИЧКЕ!!!

Я мгновенно переключился на восприятие Блёстки. Зрение изменилось: мир стал ярче, резче, объёмнее. Колибри зависла над прогалиной, и я увидел сверху весь лагерь — термоодеяла, головы, подпрыгивающие жидкости в кружках, фляги, у тех, кто предпочитал обойтись без экстрима.

Кулёк стоял, повернувшись туда, куда я убежал. Парень переминался с ноги на ногу и уже сделал пару шагов от костра — видимо, решил помочь приручителю поймать беглого зверька.

Архимед спикировал ему на плечо и заорал прямо в ухо:

— СОК!!! СОКУ ПТИЧКЕ!!! НЕ УХОДИ!!! НАЛЕЙ!!!

Кулёк вздрогнул, рассмеялся и потянулся к пакету тетрапака. Налил в широкую кружку до середины, чтоб меньше расплескалось. Попугай немедленно запустил клюв в напиток.

— Сиди, — бросила Кира, не поднимая головы от компаса. — Ясно же, что Егерев со своим пушистым просто забавляются. Вернутся, никуда не денутся.

Кулёк пожал плечами и сел обратно.

Я вернулся в собственное тело.

Таймер: 00:22…

Ой-ой, Система переживает…

Темнота и шелест листьев на ветру. Далёкий скрип деревьев, ломающихся на пути гиганта. Фенек сидел рядом, прижав уши и не дыша. Я выключил налобный фонарь и слушал ритм черепахи. Тишина растянулась. Пять секунд. Четыре. Три.

Таймер: 00:09…

БУХХ!!!

Лапа черепахи обрушилась на землю. Весь панцирь содрогнулся, по роговым щиткам прокатилась волна вибрации. Деревья вдали застонали и затрещали, а некоторые просто разбежались.

— Призвать, — сказал я тихо.

Ослепительно-белый разрыв пространства резанул прямо над стазис-мешком, выжигая темноту и на мгновение превращая ночные джунгли в негатив фотографии. Всё вокруг озарилось: стволы деревьев, пластины панциря, мой выставленный вперёд инъектор и оскаленная мордочка Лиса.

Защитные очки моментально затемнились, так что я впервые видел, как появляется зверь.

В этом яростном сиянии начал материализоваться силуэт. Сначала из света вырвались мощные передние лапы, покрытые золотисто-бурыми перьями. Обсидиановые когти, каждый длиной с мой указательный палец.

Следом проступил массивный торс. Мех цвета тёмного золота. Я видел, как под кожей перекатываются мышцы. Львиный хвост с густой кисточкой на конце хлестнул по воздуху у самой земли, поднимая облако истлевшей листвы.

Завершила образ голова хищника. Из остатков белого марева проступил загнутый клюв цвета старой слоновой кости, а затем вспыхнули два янтарных глаза с круглыми зрачками. На затылке, подобно королевской короне, развернулся пучок удлинённых перьев, которые тут же затрепетали, ловя потоки ветра.

Грифон. Настоящий, мать его, грифон.

Призванный зверь наступил левой передней лапой прямо в раскрытый стазис-мешок. Когти пропороли ткань — зверь этого даже не заметил. Он был раз в десять больше, чем этот мешок мог вместить.

Дзынь! Поздравляем!

Вы получили: Высокогорный Грифон (Ранг B, Уровень 18)

Пол: Муж. Возраст: 6 лет

Описание: Крупный пернато-кошачий хищник с отвратительным характером и великолепным размахом крыльев. Дезориентирован, напуган и зол. Постарайтесь не делать резких движений — конечности вам ещё пригодятся, чтобы кормить других питомцев.

Потенциал эволюции: Высокий.

Получено опыта: 180

Грифон мотнул головой и сфокусировал взгляд — сначала на мне, потом на фенеке. Лис тявкнул звонко, как щенок. Без агрессии, скорее, говоря: «Привет!»

Грифон вздрогнул. Перья на загривке поднялись, хвост стеганул по панцирю. Из горла вырвался клёкот — хриплый, как скрежет ржавой петли. Крылья распахнулись.

Размах составлял метров шесть, а то и семь. Воздух со свистом вырвался из-под тяжёлых маховых перьев.

Один мощный взмах — и грифон оторвался от панциря. Порыв ветра ударил мне в лицо, а Лис вжался в мох. Стазис-мешок взлетел и шлёпнулся обратно рваной тряпкой.

— Чёрт, — выдохнул я, задрав голову.

Силуэт с распростёртыми крыльями мелькнул на фоне тусклого сияния авроры и ушёл в темноту.

Да твою же мать… потерять свежепризванного зверя в чужом, замкнутом пространственном пузыре, где ему ничего не знакомо. Если он улетит к Сердцу или в болота — всё, считай, прощай, B-ранговый грифон.

— Лис, ты же обещал удачу, — укорил я.

Фенек в ответ только уши развёл.

Я убрал инъектор в Инвентарь, закрыл глаза и потянулся к птице-льву ментально. Грифон был совсем рядом — метрах в ста, кружил над панцирем. Его сознание бурлило, как вода в кипящем чайнике: страх, ярость, растерянность, голод.

Я послал ментальную волну: отсутствие угрозы, покой, прохладный ветер привычного высокогорья, еда. Грифон заложил вираж и клёкотнул — уже тише, вопросительно.

Со стороны лагеря донеслись голоса:

— Это что за тварюга⁈ — голос Синяка.

— Крылатая, — Кувалда, лаконично.

— Егерев! — окликнул меня Кремень.

Лис скулил у моих ног, задрав мордочку к небу.

«Иди ко мне. Еда. Мясо. Вкусное, свежее мясо».

Я выхватил из Инвентаря кусок сырой говядины и бросил его на панцирь. Мясо казалось почти чёрным в слабом отсвете далёкого фонаря.

Грифон сделал ещё круг. Я чувствовал его колебание — инстинкт подсказывал улететь, но голод тянул обратно, а ментальный зов работал как маяк.

Крылья наполовину сложились.

Грифон спикировал бесшумно, как сова. Лапы ударили в роговую пластину, когти заскрежетали. Он приземлился в трёх метрах от меня, прижал крылья к бокам и уставился на телятину.

Я отступил на шаг, не разрывая ментального контакта.