— Если бы это был стандартный боеприпас, то около двух месяцев. Но нам неизвестно, были ли внесены какие-то изменения в конструкцию бомб. — ответил командир ГБР. — Так что срок увеличивается до шести месяцев. На самом деле я до сих пор не понимаю, на что рассчитывали те, кто устроил диверсию. Заражение пройдёт, и корпорация сможет вернуться на свою территорию. Да, визуально потери колоссальные, но уверен, у Фармгалактикс наверняка есть стратегический запас мутагена. Даже я, простой боец, понимаю — цены на товары с Антиматы взлетят вверх, и за неимением конкурентов корпорация всё равно останется в плюсе. К тому же у нас теперь есть договор с вайсами, а это значит, что добыча начнётся сразу, как только флот Содружества снимет с планеты карантин.

— Думаю, мы чего-то не знаем. — предположил я. — И поэтому не видим всей картины. И лучше бы оставаться в неведении.

— Согласен. — кивнул Брэмман. Он склонился над приборной панелью, с чем-то сверился, после чего сообщил: — Ну вот, через час будем на месте, скоро начнём снижаться. Так что начинается опасная фаза нашего задания.

— Пойду, переговорю со своей подчинённой. — поднялся я соседнего кресла, предназначенного для второго пилота.

В пассажирском отсеке было тихо. Кто-то дремал, кто-то играл в карточную игру — аналог наших, земных игральных карт. Мара сидела, уставившись в стену и хмурилась. Хм, похоже они сильно сблизились с Батыром, по напряжённой фигуре девушки видно, как она сильно волнуется.

— Мара, что думаешь о предстоящей операции? — поинтересовался я, присаживаясь рядом. — Сложно будет вскрыть убежище?

— Думаю, мы сильно рискуем. — ответила девушка. — Если там, на месте, есть большой, хорошо вооружённый отряд сектантов, а они наверняка контролируют город, нам придётся несладко.

— Поэтому мы сядем в нескольких километрах от города. — напомнил я. — Проведём разведку местности. Я тоже думаю, что жукеры подготовили ловушку. В том, что взрывы — их рук дело, у меня нет никаких сомнений. Понять бы ещё, зачем всё это было сделано.

— Мы слишком мало знаем. — покачала головой Мара. — И вряд ли нам кто-то сообщит больше.

— Можно взять пленного. — предложил я. — Привезём его к вайсам, и те прочтут мысли сектанта. Что-нибудь точно узнаем. Другое дело — надо оно нам — лезть в игры больших игроков? Думаю, лучше держаться от всего этого подальше. Так что отдыхаем перед посадкой, бережём силы.

Отрава действовала на меня в виде лёгкой головной боли. То же самое испытывали и другие члены отряда. Мы двигались по заражённой, попавшей под частичное воздействие взрыва, местности уже около часа, и преодолели всего полтора километра. понятное дело, не спешили, чтобы не нарваться на засаду. Шли по большой дуге, не напрямую — кто знает, сколько сектантов в черте города. Так то они все являются носителями супермутагена. Правда, защитных костюмов у них скорее всего нет в нужных количествах, так что слишком крупное подразделение им вряд ли удастся держать здесь.

Вооружились мы до зубов, в буквальном смысле — на семь человек четыре тяжёлых пулемёта. Периодически кто-нибудь из пулемётчиков занимал господствующую позицию, чтобы в случае чего прикрыть нас. Затем мы ждали, когда он нагонит нас, и через несколько минут всё повторялось. Такая тактика передвижения была моей идеей, и Брэмман поначалу пытался отговорить меня. Однако я не собирался менять план, и мы продолжили передвигаться вокруг города по сужающейся спирали, а точнее по дуге, заходя к нужному нам месту с боку, а не напрямую. Это и спасло нас.

Пулемётчик только занял очередную позицию и мы едва успели продвинуться вперёд на сто метров, когда произошёл контакт. Так как двигались в тишине — я запретил любые разговоры, мы обнаружили противника на долю секунды раньше. Группа из трёх бойцов, упакованных в странного вида броню, расположилась за корневой системой дерева, вывороченного вместе с пластом земли. Так себе защита, но спрятаться можно.

— Контакт! — произнёс я, и первым открыл огонь. Тяжёлая винтовочная пуля пробила правое плечо одного из противников, фактически оторвав ему руку. Всё, этот уже не боец, а если мы провозимся долго, то и не жилец. Хотя… Носители супермутагена крайне живучи, иногда даже слишком.

Два других вражеских бойца упали секундой позже, словив грудью пулемётную очередь. Какой бы не была на них прочной броня, это равносильно нашему земному бронежилету против крупнокалиберного пулемёта. Казалось бы, всё, бой окончен, но почти сразу откуда-то издали, со стороны города, загрохотало сразу два пулемёта.

— Ложись! — заорал я, падая на землю. Моему совету последовали Брэмман и Мара, а вот бойцы замешкались. Как итог — двое из них легли уже с отверстиями в теле. Чёрт!

— Откуда стреляют? — заорал рядовой боец — единственный, кто выжил из троицы. — Нам всем конец!

— Зря так думаешь. — ответил я, услышав, как к «веселью» присоединился наш пулемётчик, занявший господствующую высоту. — Брэмман, возьми пулемёт погибшего, поможешь прижать огнём врага. И контролируй вон того бойца, он мне нужен живым.

Я быстро отполз за земляной пласт, стоящий ребром, использовал ствол дерева в качестве опоры для винтовки, и быстро определил, откуда бьёт пулемёт противника. Нашему пулемётчику удалось подавить одну огневую позицию, и вторая переключилась на него, что стало большой ошибкой — им бы отступить, перегруппироваться… Вычислив противника, я двумя выстрелами прикончил вражеского бойца, а после скомандовал:

— На подавление, со всех стволов. Работаем!

Пришлось побегать, но я не зря старался. Влетев на вражескую позицию с неожиданной стороны, всадил во второго номера пулемётного расчёта две пули — враг в этот момент готовил к бою какое-то неизвестное мне оружие, очень похожее на тубус РПГ. Следом отдал очередной приказ:

— Прекратить огонь!

Так же быстро отыскал ещё одну позицию противника — здесь обнаружил сразу трёх убитых. Жаль, нам нужен язык. Надеюсь, мой подранок ещё не помер.

Собрав оружие, быстро вернулся к своим. Они уже оттащили раненого врага, и сейчас Мара оказывала ему первую помощь. Что сразу бросилось в глаза, это действия Брэммана — он крутил в руках трофейный ствол, и при этом был чем-то сильно озадачен. Я тоже заметил, что оружие неизвестных, как и броня, сильно отличаются от того, что было в ходу на Антимате.

— Что думаешь? — поинтересовался у командира ГБР.

— Это не сектанты. — ответил офицер после небольшой паузы. — Это вообще непонятно кто.

— Попробуем расспросить пленного. — предложил я, приближаясь к раненому. Быстро разобравшись, как отстегнуть шлем с головы противника, невольно отшатнулся. Передо мной был не человек.

Глава 9

Герой вновь берет все в свои руки

— Ханийцы? — произнес один из бойцов, разглядывая пленного. — Но откуда?

— Чёрным жукерам нет разницы, кого подчинить своей воле. — ответил командир ГБР.

— Этот ханиец не имеет никакого отношения к сектантам. — присоединилась к беседе Мара. Сейчас девушка контролировала наш тыл, так как противник наверняка имел не одну группу бойцов. — И вряд ли он сотрудничает с ними, как тот лейтенант. Ханийцы никогда не были дураками.

— Допрашивать пленного бесполезно. — Брэмман склонился над связанным серокожим гуманоидом. — У ханийцев запредельно высокий болевой порог, у нас просто нет средств надавить. Химия на него не подействует, или подействует неправильно — супермутаген скорее всего нейтрализует препараты для допроса. Да и некогда с ним возиться.

— Нужно узнать, какая у него супермутация. — произнёс я. — Но это позже, а пока разберёмся с остальными ханийцами. Думаю, их здесь три похожих группы, держат под контролем входы в бункер.

— Или пытаются вскрыть один из них. — мрачно добавила Мара. — Без техники и кодов доступа это невозможно, но мы же не знаем, что они задумали. Может хотят заклинить бронедвери, чтобы на поверхность никто не выбрался.