стараясь, чтобы его возбуждение не спадало бы ни на секунду. Он метался подо мной, умоляя о продолжении, пока я наконец не сжалился над ним. Надел на себя презерватив и вошёл в него одним рывком. Он взвыл, выматерился и толкнулся мне навстречу.

 — Миха — прорычал он, приподняв голову и глядя на меня — если сейчас не оттрахаешь меня как следует, на работу завтра можешь не приходить.

Я усмехнулся, поняв, что он хочет:

жёсткий, быстрый, долгий и безжалостный секс.

Я прикусил губу, и, отстранившись, вновь вошёл в него со всего маху.

С удовольствием выслушал новую порцию отборных ругательств, и уже не стеснялся, постаравшись дать ему то, что он так настоятельно требовал.

Он стонал не переставая, обхватив свой член поверх моих пальцев и задавая мне бешеный ритм.

Я чувствовал, как пот льется у меня по вискам, капает Гаю на грудь, тоже всю в бисеринках пота, смотрел ему в глаза, мутные от страсти, целовал его губы, глаза, скулы, облизывал солёную от пота шею. Схватил его за загривок и впился в губы глубоким поцелуем, не отпуская, чувствуя, что он вот-вот кончит.

Он отрывисто застонал мне в рот, содрогаясь и судорожно толкаясь мне в кулак, и замер, тяжело дыша, когда горячее семя выстрелило на мой живот.

Я понял, что теперь моя очередь, и прибавил темп, больше не сдерживаясь, пока наконец и меня не накрыло жаром сладостного оргазма.

Мы лежали плечом к плечу, утренний ветерок холодил мою разгоряченную, ещё влажную от пота кожу. Я повернул голову, посмотрел на Гая.

Он лежал с закрытыми глазами, но почувствовал мое движение, расслабленно поднял руку и уронил мне на грудь.

 — Иди сюда — сказал он сонно.

 — Ты что, спать собрался? — спросил я.

 — После такого траха и бессонной ночи — да! — выдохнул он.

Я решил не мешать ему, закрыл глаза и как-то сам задремал.

Проснулись мы, когда солнце уже было совсем высоко и тень почти наполовину сползла с коврика.

Мы перекусили, выпили воды и вина, и поднялись на ноги, чтобы продолжать поездку.

Я с сочувствием посмотрел на Гая — каково ему сейчас будет садиться на велосипед?

Он заметил мой взгляд, усмехнулся.

 — Все в порядке, жить можно.

Я кивнул, хотел было сесть на свой велик, но он притянул меня к себе, и не спеша поцеловал.

 — Продолжим завтра? — сказал он.

 — После работы? — уточнил я.

 — Хочешь прямо на рабочем месте? — приподнял он бровь.

Я рассмеялся.

 — Я ещё не настолько сроднился со своим рабочим местом.

Он нехотя отпустил меня

 — Поехали домой. Жаль, что к тебе нельзя подняться. Я бы познакомился с твоим дедом. Кстати, почему ты с ним живёшь?

 — Он не хочет в дом престарелых, а одному в его возрасте жить небезопасно — ложь далась мне легко. Кроме того, это было всего лишь полуправдой.

 — Ясно. А твои родители?

 — Они ультраортодоксы, а он — атеист.

Гай присвистнул.

 — Теперь понятно. Ладно, поехали, пока совсем жарко не стало.

Мы сели на велосипеды и двинулись в обратный путь.

Ехали мы куда медленнее, чем утром — я видел, что Гаю всё-таки трудно приходится, и не гнал.

К его дому мы подъехали уже далеко после полудня.

Он с видимым трудом слез с велосипеда, загнал его в небольшой чулан под домом, запер его на замок и обернулся ко мне.

 — Зайдешь?

 — У тебя кто-то есть сейчас? — спросил я.

 — Нет, конечно. Я живу один — ответил он.

Я кивнул. Не хотелось бросать его одного, на случай, если требовалась помощь.

Мы зашли в просторную квартиру, построенную в стиле, который вошёл в моду в последние несколько лет.

Огромная гостиная со светлой мебелью из натурального дерева, залитая солнцем. Раздвижная дверь вела на длинный открытый балкон. В глубине квартиры виднелись двери в ещё четыре или пять комнат.

Гай прошел в ванную, и закрыл за собой дверь.

Я прислушивался, пытаясь понять, нужна ли моя помощь.

За дверью было тихо, только слышался звук льющейся воды, и я начал нервничать.

В ту секунду, когда я собрался зайти к нему, он наконец вышел, мокрый после душа.

 — Все нормально — улыбнулся мне, но вид его был очень уставшим.

 — Может ты приляжешь? — спросил я с беспокойством.

 — Пожалуй — согласился он — а ты иди умойся с дороги, полотенца и чистая одежда уже там.

Я быстро искупался и вышел посмотреть, как он устроился. В гостиной его не было, и пройдя в спальню, я увидел его в постели. Он так и не дождался меня — заснул.

Я не хотел задерживаться у него слишком долго, поэтому переоделся в свою пыльную и потную одежду и тихонько вышел из дома.

Дома дед сразу же увидел мои влажные после душа волосы.

 — Как прогулялся? — спросил он невозмутимо.

 — Нормально — ответил я, не зная, что ещё сказать. — С тобой хотят познакомиться.

Он пожал плечами.

 — А ты?

 — Пока ещё рано — ответил я, помешкав секунду.

 — Что же, когда будешь готов, дай мне знать — усмехнулся он.

Я подумал, что с недавних пор все наши разговоры ведутся на немецком. Ещё пять лет назад я напрочь отказывался отвечать ему на его языке, но в последнее время почти перестал воспринимать его как оберштурмфюрера Нитшке, и он снова стал для меня дедом Яковом, которого я знал с детства.

 — Перестань витать в облаках — прокаркал дед — иди поешь, если только не решил сегодня морить себя голодом, как твой отец.

 — Иду — отозвался я.

Судный день закончился. Мы все всё ещё были живы — и мой дед-нацист, и я. Завтра начинался новый рабочий день.

Глава 8

Глава 8

На следующий день, придя на работу, я прошел сразу же в свой кабинет, который делил с ещё одной коллегой, Иланой. Мне не хотелось слушать обычные после Судного дня разговоры о том, как героически все присутствующие сносили лишения, на сутки отлученые от еды, воды и интернета.

Илана кивнула мне и вернулась к работе. Мне нравилось ее соседство — не напряжённое и достаточно тихое. С ней можно было за весь день не сказать и слова, и она не считала это чем-то зазорным. Прекрасная женщина.

К полудню я закончил работать над презентацией и вышел из кабинета, чтобы пойти купить себе что-нибудь на обед.

Увидел Гая, выходящего из своей комнаты, он улыбнулся мне и кивнул. Я поздоровался в ответ, но не подошёл — мимо как раз прошел Дори, который очень внимательно посмотрел на нас обоих. Чертов Цербер. Иногда он напоминал мне дракона, охраняющего честь принцессы — точнее, своего брата.

Я вышел на улицу, купил свои обычные сэндвич с колой, поел и вернулся за компьютер, добивать проект.

К трем часам была назначена встреча, на которой должны были присутствовать почти все управляющие компанией, включая директоров и замдиректоров нашего и всех других филиалов. Презентация, над которой я работал уже