— Да это есть, шикарная машина. — прокомментировал моей удивление Ганс. — А у вас есть какая машина?

— Да тоже Волга, но пока только двадцать первая модель. — ответил любопытному «фрицу».

— Да советикон машинен великолепен, ви есть пока молоды и уже есть Волга. По моему мнению у вас будет и двадцать четвертая модель. — Ввернул он стандартную для немцев и режущую слух для русского человека формулу. Так называемый «майнер майнунх нах» т.е. по моему мнению если по простому перевести на русский язык. Я конечно далеко не полиглот, да и немецкий язык едва-едва мне на тройку вытянули в сельской школе, но что-то помнил из уроков.

— Презент. — сказал я заткнув его красноречие и протянув кубинскую сигару. Знаменитую и самую дорогую из поставляемых в СССР «Ромео и Джульетту».

— О кубинский табак. Зер гуд, простите, очень хорошо. Спасибо. — высказался «фриц». Я понимал его ликование. Меня четко проинструктировали, что ценится в ГДР. Западный блок пытался задавить санкциями Кубу, потому введен запрет на ввоз табака и сигар. В Восточный блок Куба поставляет свои сигары без всякого эмбарго. Не только в СССР, но и в ГДР. Однако зная спрос на кубинские сигары в том же ФРГ, особенно на американских военных базах… Где как не трудно догадаться пендосы платят долларами… Короче в ГДР кубинские сигары дефицит. Их раскупают мгновенно. Этакий аналог советской икры.

— Где меня разместят Ганс? Приличная гостиница? — уточнил у встречающего немца.

— Для командировочных. Этим все сказано, но я есть хотеть предлагать остановится у меня квартир. — Выдал «фриц» информацию.

— О это будет интересно. Культурный обмен. — улыбнулся я принимающей стороне.

Довольно быстро мы оказались перед домом Ганса. Впрочем он мне до боли напоминал своим архитектурным решением мое жилье в Риге. Ну а чему собственно удивляться? Если строили по немецким чертежам. Ганс, как оказалось живет на 13-м этаже. Это у нас 9-ти этажка, а тут все 14 этажей, настоящий человейник. Планировка, хоть и напоминала мою квартиру, но была всего на три комнаты. Как оказалось у Ганса две дочки, что живут в одной спальне вдвоем, вторая естественно Ганса и его жены, а зал… Ну зал щедро выделили под меня.

Восточных немцев похоже покусала советская идеология и быт русских людей. Впрочем оставалась и национальная самобытность. С одной стороны, как только мы приехали, Ганс поинтересовался не голоден ли я? Получив положительный ответ, сделал шикарный бутерброд с легендарной немецкой колбасой. Если верить интернету из будущего, такую делали только в ГДР. Даже не так. Подобного качества колбаса была и в ФРГ, но далеко не для всех. Обычный работяги питались мясосодержащей. Где больше кострой муки, шкурки и прочего ливера. Ибо она дешевле. Итого та колбаса, что меня угощал Ганс была для богатой элиты ФРГ, ну или для простых рабочих из ГДР. Такой вот парадокс.

Вот только после того, как я с аппетитом умял бутер и утолил первый голод. Ганс сообщил, что желает дождаться вечера. Как раз с работы прибудет жена и уже всей семьей они устроят торжественный ужин. Пока же он на работе. Потому просто встретил меня и разместил. У нас дела и нужно ехать на работу, дабы отметиться и отработать оставшееся время.

Так что да… С одной стороны гостеприимство. Даже банкет намечается, а с другой… Где такое видано? К тебе гость из далекой России приехал. Более того! Тебя по этому случаю отпустили с работы, дабы его встретить. Ну «размещай» его до вечера. Впрочем, чего там размещать? Наливай, да пей! А уже завтра с утра, можно и на работу и отмениться. Короче немцы странные люди. Впрочем довольно неплохо организованные. Меня довольно быстро приняли в бухгалтерии и прочей канцелярии, не заставив сидеть в очереди пару часов, ожидая у море погоды. Проставили положенные печати в командировочном предписании, выдали временный пропуск. Далее я пошел по рукам.

Выделялась спецовка. Ну а как вы хотели? Отправили меня, как строителя? Ну а строителю положена: спецовка, каска и прочие СИЗ по типу рабочих перчаток. Буржуины одним словом. У нас на работе выдают рукавицы. Пусть лично я не работал, а только официально числился, что ж я не знаю чего выдают? Рукавицы проще и дешевле шить. Материал чуть не брезент, но короче служат они долго. А перчатки… Удобно, но не практично, быстро изнашиваются. Далее как ученика каменщика прикрепили к наставнику. Ну а чего? Моя работа простая. Бери больше, кидай дальше, пока летит отдыхай. По сути мешать раствор, не мешать мастеру и выполнять его поручения по мелочи. С учетом, что он слаб в русском, а я могу врубать идиота, дескать не понял, что мне сказали… Делать буду только то, что считаю нужным. Че с нас басурман русских возьмешь? Ну не бельмеса мы в немецком. Итого пока оформляли, пока выдавали спецовку и СИЗ(ы) рабочий день почти подошел к концу. Потому почти не успел устать. Раздевалки же были схожи, что у нас, что у немчуры. Сначала душ, затем переодеться в чистое и уже на стоянке возле знакомой мне Волги меня ожидал Ганс…

Глава 20

— Ганс проведи мне краткую экскурсию по городу. — попросил я запрыгнув в автомобиль.

— Василий Иванофич, все для радости гостя. — согласился немец.

Мы ехали по восточному Берлину. Парадокс, так-то город побратим у Риги — Росток. А центральная контора строительной организации ГДР находится в Берлине. Может быть просто в маленьких городках не очень и принято принимать иностранцев. Тем более из СССР, удивительное дело. Я впервые за долгое время стал ощущать свой паспорт бесценным грузом в кармане. Почти по Маяковскому.

— Это есть ресторан «Москау», простите Москва он входит в сеть очень-очень престижно. — сообщил Ганс выдергивая меня из моих мыслей.

— Давай в Москве посидим Ганс? Возьмем твоих детишек, жену, я угощаю. — в моей голове пролетела строчка из партии Портоса — я не скупой я угощаю, потом гуляем на твои!

— Но ты есть гость. Я должен угощать. Василий Ифанофич. — Возразил «фриц». Вот же немчура упертая.

— Так я у тебя в гостях жить буду, сколько еще нажру? Давай сходим в ресторан. Опять же твоей жене посуду не придется мыть.

— Зер гуд. Простите ошень хорошо. — согласился «фриц».

Мы ехали и я смотрел на шикарный процветающий город. Аккуратные скверики, детские сады, школы, больницы, рабочие предприятия. Пройдет совсем немного времени это все разорят. Девяностые годы очень жестоко ударят по ГДР. Может не будет такого же ужаса, как будет в бывшем СССР, того же наплыва бандитизма. Но в целом все будет очень и очень плохо. В Восточном Берлине будет ощущение будто бомбили. Разоренные детские сады без окон, закрытие школ, ПТУ, техникумов, разоренные предприятия, где станки порежут на металл и толпы безработных. Даже сбережения восточных немцев сгорят. Их поменяют по грабительскому курсу, да и то далеко не всем. Далее начнутся массовые репрессии против государственных служащих. Впрочем вначале пострадает «Штази», затем народная милиция, армия. Кстати армия-то чего сделала ФРГ? Ударят и по пожарной службе.

— Это наш вокзал есть. И совсем рядом мой дом. — Сообщил Ганс.

— Отлично если ты не против в выходные еще выберемся в город, погуляем.

— Я не против. — согласился «фриц».

Теперь я четко знаал, где находится ЖД-вокзал Восточного Берлина. Моя задача пройти с чемоданам к камерам хранения. Внутри будет чемодан-близнец. Не могу же я уйти с пустыми руками. Пароль от камеры хранения был известен и я его выучил еще в СССР 14–88. Так достаточно «мило» шутило подполье нацистов. Чемодан с гостинцами от бабушки Лайзы, где полным-полно дефицита и советских рублей будет передан преступникам из ГДР. Впрочем не нужно думать, что по сути контрабандисты, таскающие запрещенку в Западный Берлин работают сами по себе. Их никак не крышуют Западные спецслужбы. Одновременно крепко держа за яйца. ЦРУ тоже умеет в юмор и цинизм.

Кто наложил эмбарго на Кубу? США… Так-то ФРГ вроде как не при делах, но де факто участвует в блокаде Острова Свободы. И вот тут достаточно забавная правовая лазейка. В теории ввозить сигары: Cohiba, Montecristo, Romeo y Julieta совсем не запрещено. Да кто же тебе даст это сделать? Более того если у тебя их парочку, ну ладно десяток, так сказать себе везешь или в подарок. А если чемодан? Естественно на продажу! Опять же сигары достаточно легкие и компактные для перевозки.