Утробный рык вырвался из груди дракона, когда мои ладони скользнули по груди и остановились на животе, изучая его рельеф. Я никогда прежде не видела мужчину без одежды. Тот случай в библиотеке не в счет, поскольку тогда последнее, что меня интересовало, так это вид обнаженного торса Зерграна. Сейчас же я нашла в себе силы разорвать поцелуй, чтобы опустить глаза и проследить за своими пальцами, которые очерчивали четко проступающие кубики.

Я снова и снова проводила ладонями по крепкой мужской груди, любуясь и понимая, что мне нравится так ласкать дракона и видеть, как реагирует на мои прикосновения его тело. Наклонившись, дотронулась губами к ямке между ключицами.

О чем я думала? Да ни о чем! К этому времени его руки и губы напрочь очистили мою голову от любых мыслей. Тревожные колокольчики зазвонили только когда очередной рык вырвался из груди Зерграна и его руки властно легли на мои бедра, рывком притягивая их к своим, давая в полной мере ощутить силу своей жажды. Мои глаза расширились, и я взглянула на лицо дракона. Его потемневший решительный взгляд ясно говорил о том, что на этот раз меня не отпустят.

Не отрывая от меня своих глаз, он приподнял меня за бедра и усадил на высокий камень. Острые когти, не раня кожи, разорвали сорочку, которая теперь, как и его рубашка, повисла на моих плечах не нужной тряпкой. Его ладони с силой провели от груди к бедрам, чтобы резко раздвинуть их. Зеленые глаза держали меня в плену, а руки не давали смущенной мне сдвинуть ноги. Все так же удерживая мои ноги под коленями, он прошелся горячим взглядом по моему выставленному на показ телу. Еще один рык и я уже лежу на спине, а мое тело прижато к покрытому мягким мхом камню твердым телом мужчины.

- Зергран

Мой затуманенный непонятной потребностью разум прояснился. Я была смущена и немного напугана поведением мужчины и его агрессивностью.

- Нет, Миллиока, - покачал головой нависающий надо мной дракон. Ты не остановишь меня сейчас. Это слишком жестоко, - простонал он и прижался своими бедрами ко мне. Я сгораю от желания к тебе, - его губы на моей шее снова начали возвращать меня в мир огня и страсти. Я слишком долго горю в этой лихорадке, Миллиока так давно нуждаюсь в тебе

Он еще что-то шептал, но для меня перестали существовать любые звуки, как только его губы достигли груди и все мое существо накрыло лавиной незнакомых ощущений. Я выгибалась под удовлетворенное бурчание и требовательно тянула за волосы под нетерпеливый утробный рык. Но даже глухой дурман страсти и стучащая в висках кровь не смогли заглушить тот тревожные перезвон, что устроили колокола в моей голове, когда мужские пальцы оказались на внутренней стороне бедра в опасной близости от края тоненьких кружевных шортиков. Мое тело окаменело, одна ладонь уперлась в мужское плечо, а другая легла на его руку, останавливая движение той.

С явным нежеланием оторвавшись от груди, мужчина снова навис надо мной, прожигая вопросительным, затуманенным страстью взглядом. Ему было непонятно мое желание остановить его, а я не знала куда деть свои глаза, сгорая от смущения и стыда

- Ты ведь тоже хочешь меня, - почти обвинительно прорычал Зергра.

Совсем некстати в голове всплыла случайно подслушанная фраза одной дамочки: «Обоюдное желание уже отличное начало для брака».

- Я... Леристан - наконец, нашлась я.

- Я отправил его на рыбалку

- Русалки

- Присматривают за Леристаном

- Но

- Нет никаких «но», - нетерпеливо прорычал он, продолжая поглаживать пальцами чувствительную кожу на внутренней стороне бедра. Посмотри мне в глаза.

Это был почти приказ, и мой взгляд метнулся к его лицу прежде, чем я смогла что-либо проанализировать. А потом я снова попала в плен зеленых бездонных омутов, как завороженная наблюдая за медленно вытягивающимся зрачком. Каким-то непонятным образом он заставляет свою жажду отступить и увидеть те чувства, что он испытывает ко мне. Утопая в его нежном и одновременно опаляющем силой страсти, взглядом, я незаметно для себя расслабилась и отпустила его руку, которая снова двинулась вверх

А потом я громко стонала в его губы и металась по камню, сжигаемая теми ощущениями, что рождали его пальцы на моей плоти. А потом был треск ткани и чувство небывалой наполненности, на грани боли и удовольствия, его плавные, перерастающие в резкие движения, его горячий шепот и мое личное безумие

Четыре дня, что мы провели на русалочьей заводи стали для меня настоящей счастливой сказкой пускай не с любимым, но все же сумевшим запасть мне в душу драконом.

Покидать заводь не хотелось, особенно видя вновь поддернутые тоской взгляды прежде веселых русалок. Но Леристану пора было возвращаться в школу, меня ждали каоли и мои пациенты, а Зерграна дела. Поэтому мы, погостив у Дэрграна и Аурилии еще буквально несколько дней, отправились домой, где нас ждал сюрприз. На этот раз несказанно приятный.

Открыл нам сияющий, что солнышко, Кардэ, который буквально впихнул ошарашенных меня и Леристана в гостиную.

Сидящего к нам в пол-оборота и задумчиво смотрящего на тлеющие в камине угли мужчину я узнала сразу.

- Вистол, - все еще не веря своим глазам, выдохнула я, обращая на нас его внимание.

- Папа! моментально повис на отце Леристан. Я знал, всегда знал, что ты вернешься!

Пока мальчик висел на шее у отца и счастливо щебетал, я отметила и осунувшееся лицо оборотня и свежий шрам, пересекавший всю правую щеку и то, что ему было тяжело стоять

- Леристан, милый, давай ты пока проведаешь Снежка и Снежинку, а я полечу папу? подошла я к ним.

- Ой, да, прости, - спохватился ребенок, тоже замечая насколько тяжело отцу удерживать его на руках.

Едва он отошел, я сама не выдержала и обняла оборотня за талию, заливая счастливыми слезами его рубашку. Я ведь тоже никогда не хотела верить, что он погиб, но и не могла видеть следы тех испытаний, что ему наверняка пришлось пройти.

- Ну, Миллиока, перестань, - поглаживая меня по спине, бормотал Вистол. Видишь, я живой и даже относительно здоровый.

Но на любые его уговоры я только качала головой и еще самозабвенней заливала черную рубашку слезами.

Когда же соленый поток перестал лить по моим щекам, я обхватила лицо мужчины ладонями. Вот только зря я надеялась, что успокоилась, леча его, сканируя его организм на повреждения, я буквально давилась слезами от осознания того, какие жестокие побои ему пришлось перенести. И пусть сейчас мой дар уберет все следы его пребывания в лапах диких кочевников с тела, но я не смогу исцелить его разум и душу.

- Светлая Создательница, что же тебе пришлось пережить? не выдержав, спросила я, когда последняя травма была исцелена.

- Это не важно, - выдавил из себя улыбку мужчину. Важно лишь, что сейчас я здесь, рядом с сыном. И единственное, о чем я жалею, так это о том, что теперь ты потеряна для меня.

Я покраснела, вспомнив его поцелуй в ночь нападения диких кочевников, но ответить ничего не успела.

- У тебя не было бы и шанса, волк, - раздался голос Зерграна, который до этого момента был лишь молчаливым наблюдателем. Я бы все равно учуял ее рано или поздно. И забрал бы у тебя.

- Я знаю, знаю, - тихо, с явным сожалением в голосе, выдохнул оборотень и выпустил меня из своих объятий.

Зергран тут же подошел ко мне и обнял со спины, проводя губами по правому виску. Он вообще, после того как мы стали близки, не считал нужным ограничивать себя в чем-либо, а уж в прикосновения и поцелуях подавно. Я смущалась, я краснела, но стоило признать мне было приятно.

К тому времени, как Леристан снова вбежал в гостиную и повис на Вистоле, Зергран уже успел обсудить с ним жилищный вопрос. Так как я его шаэ, то и жить мне положено с ним во дворце. Леристану, как моему приемному сыну, тоже были отведены там отдельные покои. Однако теперь, когда Вистол вернулся и не горел желанием жить в доме правителя Дантайра, мы столкнулись с серьезной дилеммой как обустроить нашу жизнь не во вред Леристану. В итоге, по неимению лучшего варианта, оборотень все-таки согласился жать с нами, но по выражению лица, я поняла, что во дворце он будет не частым гостем. Во всяком случае, пока его былой интерес ко мне не охладеет окончательно.