В.: Скажи, пожалуйста, ты осознаешь себя как «Я»?

Г. Т.: Что ты имеешь в виду?

В.: Воплощенный человек осознает себя как некое «я»…

Г. Т.: Я осознаю себя как «я», но не как образ «я», который вам — людям — нужен для развития. Это кольцо «я» — образ «я», который есть у людей. Я в нем не нуждаюсь. Вам оно необходимо, чтобы воплощать то, что иначе невозможно. Я сейчас совершенен. Но если бы не был совершенным, то не мог бы достичь совершенства без образа «я».

В.: То есть тебе нужно было в свое время быть человеком?

Г. Т.: Да, чтобы понимать людей.

В.: Но ведь существуют высокие Сущности, которые никогда не были людьми…

Г. Т.: Ну и что?

В.: Они ведь тоже понимают нас?

Г. Т.: Думают, что понимают. Они понимают людей, но в доступном им срезе. Для чего человек воплощается? Чтобы хлебнуть всего человеческого. А эти Сущности постигают вас, но как чертеж, своего рода. Большинство из них более механичны, чем люди. Например — Архангелы. У них нет свободы выбора…

В.: А у тебя свобода выбора есть?

Г. Т.: Да.

В.: Из- за того, что ты был человеком?

Г. Т.: Б том числе, из-за этого. Например, Архангел, если говорить на вашем языке, — представитель исполнительной власти. А я — законодательной. Каждый человек тоже может быть и исполнителем, и законодателем.

В.: А Крайон куда относится?

Г. Т.: Как и Архангелы — к исполнителям. У него очень обширное сознание, но в то же время — лишь в определенном спектре.

В.: То есть все-таки те, кто когда-то были людьми, — у них сознание объемнее?

Г. Т.: Несомненно. Не стоит обольщаться Космосом. И, кстати, некоторые так называемые контактеры, которые пишут о сознании, живущем в других областях Вселенной, на других планетах, во многом правильно отмечают, что возможности Земли уникальны. На других планах существования жизнь более однообразна, чем у вас. Грубо говоря, если на Земле человек имеет семь тонких тел, то в других мирах — в среднем два-три. Вот и подумай…

В.: Два-три? А какие?

Г. Т.: Ну, скажем, астральное, ментальное и будхиальное. Вот и представь себе существование с такими потенциями.

В.: То есть Земля — это уникальная по возможностям планета?

Г. Т.: Одна из… Мне известно, что существуют еще три планеты подобного качества, но там своя специфика. У вас бытует мнение, что Земля — это место для исправления душ. Это не так. Есть такая планета, которая действительно предназначена для исправления, и условия на ней более тяжелые. А Земля даст возможности и для исправления, и для развития того, что нигде и никак иначе не развить.

В.: Почему же большинство людей на Земле страдают? И живя, и умирая?

Г. Т.: Эпоха сейчас такая.

В.: Это ведь не только сейчас, но несколько тысячелетий…

Г. Т.: Я и говорю, что это эпоха. Она ведь не годами и не столетиями измеряется, а как раз тысячами лет. И то, что Солнечная система попала в некое облако неблагоприятных энергий, — это тоже верно. И еще — у человечества накопилось большое количество недоделок. Если говорить на вашем языке — незавершенных гештальтов в общечеловеческом масштабе. Все откладывали, надеясь непонятно на что, и вот пришла пора разбираться. Дальше откладывать некуда. Опять же — ярко выраженные, личностные, эмоционально окрашенные пристрастия людей… Как ты думаешь, где бы я был, если бы имел эмоционально окрашенные пристрастия?

В.: Где?

Г. Т.: Я был бы в Аду…

В.: А что такое Ад? И как это сочетается с идеей перевоплощений? Ад и Рай — это не метафоры?

Г. Т.: Ад и Рай — это позиции сознания.

В.: И туда попадают навечно?

Г. Т.: Нет, не навечно. А почему ты спросил?

В.: Существует христианская модель мироздания, согласно которой души после смерти попадают навечно в Ад или Рай…

Г. Т.: Эта модель — пугало, чтобы деньги собирать. И там, в Аду, долгое время — по земным меркам — парятся как раз те, кто подобные модели насаждает и запугивает ими людей.

В.: Надеюсь, что и они, очистившись, перевоплощаются?

Г. Т.: Поджарятся как следует, потом перевоплотятся. Пока эти убеждения не выгорят в них… А мера определяется самим человеком, его деяниями.

В.: Почему для большинства людей закрыта информация о прошлых воплощениях?

Г. Т.: Они ее не хотят сами. Нужно безразлично относиться к своей судьбе, чтобы получить достоверную информацию. А глюков у людей на этот счет тоже предостаточно. Лишь немногие получают реальные откровения о предыдущих жизнях. Дело в позиции «делателя». Пока человек находится на этой позиции, а таковых — подавляющее большинство, он считает, что «знает», как оно все на самом деле. И лишь когда человек становится отрешенным от собственных эмоционально окрашенных приоритетов и желаний, тогда появляется шанс получить живую информацию. Таких людей на Земле очень мало.

В.: Поясни, пожалуйста, про позицию «делателя».

Г. Т.: Это, выражаясь вашим языком, одна из субличностей. Ты должен исчерпать субличность, чтобы стать самим собой. Но, к сожалению, большинство людей так всю жизнь и остаются «делателями».

В.: Тогда нужно прийти просто к созерцанию?

Г. Т.: Что субличность «делателя», что субличность «созерцателя» — это все равно не ты. Ты входишь по своему желанию в ту или иную субличность. «Делатель» нужен на определенном этапе жизни человека, до определенного момента, чтобы включить некую творческую активность. Но ловушка заключается в том, что, когда эта активность включилась, человек становится ее рабом. Рабом «делателя». Это как в даосизме — ложное промежуточное знание, которое нужно-таки ученику, прежде чем он подойдет к Знанию. Сама субличность «делателя», ее атмосфера проникнута борьбой. Одна из основных причин, по которым люди слипаются с «делателем», — доказать, что они достойны поощрения, любви, а не поругания. А поругание у большинства людей, так или иначе, случалось в детстве, поэтому этот момент запечатлелся и вошел в субличность «делателя». Образуется замкнутый круг… И «делатель» непосредственно связан с тем, что в широком смысле слова называется неврозом. Когда не нужно ничего никому доказывать, то и невроз пропадает. Но это случается с немногими людьми.

В.: Что человеку нужно делать, чтобы исчерпать «делателя» и прийти к себе?

Г. Т.: Скорее, не делать… Первым шагом может быть тот же «созерцатель». Это тоже образ, который появляется еще в детстве. Это предоставленный самому себе маленький человек, лишенный возможности действовать. Его оставили одного, без инструкций. Просто «Стой тут» — и он погружается в свой внутренний мир. Именно поэтому присутствует ощущение, что чего-то не хватает. А не хватает именно жизни. Ты знаешь, что с тобой никто ничего плохого не сотворит, поэтому ты спокоен, но и делать ничего нельзя. Глубинного созерцания в этом нет.

В.: А как сделать шаг к себе?

Г. Т.: Посмотреть, находясь в «созерцателе», к чему душа потянется, выждать некоторое время. Здесь ничего нельзя притянуть. Выждать — да. Иногда этот процесс у людей происходит спонтанно после пересмотра жизненных ценностей в возрасте около сорока лет.

В.: Кризис среднего возраста…

Г. Т.: У вас это называется так… Когда надоело все, чем человек занимался раньше, а что делать вместо этого, он еще не знает. Тут совет прост, хотя и труден в исполнении: избавься от лишней мотивации, и тогда что-то станет тебе действительно интересно.

В.: Эта излишняя мотивация связана, видимо, с ожиданием успеха и тщеславием?

Г. Т.: Долг, тщеславие, тяга к признанию, необходимость кому-то что-то доказывать… Ощущение своей особой миссии, «призванности»…

В.: То есть делать только потому, что это интересно, а не потому, что от этого должен быть некий эффект?