Оставшись обнажённым, Дамир судорожно вдохнул и попытался прикрыть себя. Киро и не думал останавливаться, он снял с себя одежду и наклонился к Дамиру. Он развёл его руки, не позволяя ему закрыться, и прижал к себе.
Дамир чувствовал, как своим дыханием и поцелуями Киро обжигает его кожу, ему казалось, что внутри всё горит. Он никогда не чувствовал ничего подобного. В первый раз в жизни он был так влюблён. В первый раз в жизни он был так близок с кем-то. Он закрыл глаза. Он полностью доверился Киро и отдался удовольствию.
Дамир чувствовал горячее тело Киро, его прикосновения, его дыхание и даже слышал стук его сердца. Оно стучало так же быстро, как и его собственное.
Их одежда лежала на полу, Дамиру казалось, что он не может даже дышать. Киро как будто пил его, припав к его губам. Дамир обхватил его ногами. И вдруг он почувствовал резкую боль внизу. Он закусил губу, сдержав стон. Киро заметил это и подался назад, но Дамир напротив ещё сильнее прижал его к себе.
— Дамир, — прошептал Киро, его голос окончательно лишил Дамира возможности владеть собой.
Он прикоснулся к губам Киро, целуя его вновь и вновь, заставляя его продолжать. Киро продвинулся ещё вперёд. Его движения были медленными и осторожными, Дамир терпел боль, потому что она была гораздо слабее его желания. И постепенно она, смягченная ещё и большим количеством спиртного, отступила. Киро обхватил Дамира руками и прижал к себе. Дамиру вдруг показалось, что они стали одним целым… с одним дыханием… с одним сердцебиением…
Голос разума исчез. Дамир больше не мог ни о чём думать. Потеряв контроль над собой и полностью отдавшись движению, он начал постанывать, окончательно забывшись…
Дамир лежал на спине, безуспешно пытаясь прийти в себя. Он не мог даже пошевелиться. Мысли были похожи на мыльные пузыри… Он глупо улыбался самому себе в темноте. Вес лежащего на нём Киро, который всё ещё глубоко дышал, казался даже приятным. Голова Киро лежала на плече Дамира, и он чувствовал, как губы Киро касаются его кожи. Дамир провёл руками по его спине, стирая маленькие капельки пота, и, повернув голову, поцеловал Киро во влажный висок. Он снова улыбнулся самому себе. Он был счастлив. И не было ни единого сомнения в том, что только один человек может подарить ему это чувство.
Киро поднял голову, до этого лежащую на плече Дамира, и посмотрел на него. Один этот взгляд ясно дал понять Дамиру, что больше ему никогда не быть прежним. Но самым приятным было чувствовать то, что печаль, мучившая его долгое-долгое время, одиночество, разъедавшее его сердце, наконец исчезли, растворились… На душе было так легко, так спокойно…
Киро кончиками пальцев касался лица Дамира, пристально глядя на него, как будто не мог насмотреться. Второй рукой он потянул на себя плед, наброшенный на спинку дивана, и укрыл их обоих. Дамир, ощущая крепкие объятия Киро и его нежность, закрыл глаза и погрузился в спокойный сон.
И только тёмный силуэт наблюдал за ними в кромешной тьме.
Карнетт сидела дома одна. Перед ней стояла уже початая бутылка виски. Она сделала маленький глоток из стакана, который держала в руках, и снова задумалась о чём-то. Донна сегодня не приехала, решив остаться у себя и немного отдохнуть от своей навязчивой подруги. Огонь в камине уже давно погас, но в комнате сохранялось тепло. Женщина сидела в полумраке и о чём-то думала. Вдруг включился телевизор, который она почти никогда не смотрела. Тёмный силуэт стоял в дверях, но его было трудно разглядеть.
На экране телевизора была только черно-белая рябь. Ничего не происходило. Женщина смотрела на него, не отрываясь.
Тёмного силуэта в дверях уже не было. Он стоял прямо позади Карнетт.
— Донна, это ты? — произнесла женщина, почувствовав неладное. Она надеялась услышать ответ из другой комнаты — Милая, ответь мне.
Вдруг тёмная фигура схватила женщину за голову так, чтобы она не могла её повернуть, устремив её взор к экрану. Карнетт словно парализовало, она начала кричать, но её голос застревал где-то внутри, она издавала только хрипящие звуки. Ужас переполнял её.
Телевизор затрещал, появилось изображение, только оно было нечётким. Женщина не могла пошевелиться, а тень продолжала держать её.
На экране что-то происходило, было какое-то движение. Постепенно картинка стала проясняться. И Карнетт увидела, что это двое парней, которые занимаются сексом, причём один из них был её сыном.
— Дамир, — произнёс один из парней.
Весь крик, до этого застревавший внутри, разом вырвался из горла Карнетт, из её глаз и носа брызнула кровь. Силуэт исчез, экран погас.
Утром женщина была найдена мёртвой в своей квартире.
========== Книга I. Усадьба вдовы Роуз. Глава 11. ==========
Поднявшееся солнце, заглянув в окно, застало двух обнажённых юношей, лежащих под пледом. Дамир приоткрыл глаза и первое, что он увидел, было умиротворённое лицо спящего рядом Киро. Сердце радостно забилось, Дамир улыбнулся. Не так часто ему представлялась возможность как следует разглядеть Киро.
Солнечный свет скользил по его по-прежнему бледной коже, блестел в чёрных ресницах. Его губы были чётко очерчены и имели светло-розовый оттенок. Опасаясь разбудить Киро, Дамир легко прикоснулся к ним пальцами, не в силах подавить своё желание. Он подтянулся и поцеловал его. Он чувствовал себя таким счастливым…
«Вот он мой… мой…»
Дамир не мог подобрать слов. Он подвинулся к Киро ближе и положил голову ему на грудь, закрывая глаза от удовольствия. Тепло Киро грело его, и Дамир не хотел, чтобы это заканчивалось. Было так спокойно и тихо, он давно ждал этого.
«Неужели я наконец-то нашёл то, что так сильно хотел?..»
И он ещё сильнее прижался к Киро, словно боясь потерять. Киро, по-видимому, тоже начал просыпаться, почувствовав прикосновение Дамира. Он положил на него свою руку, легко приобняв.
Вдруг за окном послышался звук подъезжающей машины. Дамира, словно молния, поразила мысль: «Сколько времени?»
Он попытался встать, но Киро, который, казалось, всё ещё спал, как будто ничего не слышал. Он только сильнее прижал Дамира и прошептал что-то вроде: «Куда это ты?». Дамир понял, что он не успеет ничего предпринять, входную дверь уже кто-то отпирал ключом.
— Это было так весело! — послышался голос Рене, и через секунду она вошла в дом.
— Ещё бы! Я давно уже так не смеялась, — отвечала вошедшая за ней бабушка. И вдруг она замолчала, застыв в изумлении. — Боже, — только и смогла выдавить из себя Рада, она прикрыла рот рукой, словно была в ужасе от увиденного.
По всей комнате валялись пустые бутылки, стол был перевёрнут, повсюду валялась одежда. Вокруг царил страшный беспорядок, а на диване, накрытые одним пледом, обнявшись, лежали Киро и Дамир.
— Боже, — снова произнесла бабушка, не находя других слов, чтобы выразить все свои эмоции и мысли. Рене удивлённо разглядывала комнату и молчала.
Эта ситуация была хуже всех предыдущих, Дамир покраснел. В поисках поддержки он незаметно для всех под пледом хотел взять Киро за руку. Он хотел почувствовать, что он не один. Но неожиданно Киро резко отдёрнул свою руку от него. В глазах Киро застыл ужас. Он неотрывно смотрел на бабушку.
— У меня что-то, — начала Рада, нарушив эту гнетущую тишину. — В духовке сгорело. Надо поторопиться, — и она быстро вышла за дверь.
— А я останусь, — ехидно проговорила Рене, подливая масла в огонь. Она подняла с пола пустую бутылку и сделала грустное лицо. — Блин! Да вы уничтожили мой годовой запас джин-тоников! Чем мне теперь залечивать свои сердечные раны?! — она усмехнулась. Ей никто не ответил. Она лукаво взглянула на Киро. — Что у вас тут произошло?
На Киро жалко было смотреть, он был уничтожен. Его лицо побелело. Он сел на диване и, сжав кулаки, уставился в пол. Потом он посмотрел на Рене, на его лице больше не было ни тени страха, его взгляд был непроницаем.