всего, лидер какой-то секты и

прокламирует свое учение.

Никакого отношения к кодификации основ канонического

христианства это учение не имеет. Нам работа над ним вообще не

нужна. Мы не в «его» секте.

Опять вопрос – что этот текст делает среди христианских

апокрифов?

Может быть он попал в библиотеку Наг-Хаммади в груде

папирусов, кто-то принял его близко к сердцу, рука не поднялась

выбросить и его воткнули именно в третий Кодекс, потому что в

нем (в Кодексе) есть предыдущая работа автора – «Евангелие от

египтян»?

Мы этот трактат просто пропустим мимо нашего

исследования, добавив от себя лишь одно – эта работа интересна с

точки зрения становления современного типа европейского

мышления. Нашего мышления.

В те времена схватились насмерть два способа работы мысли

– эллинская философия и мифологическая эзотерика всех народов

всех мастей.

Эллинская философия базировалась на трех принципах, на

которых и сегодня базируется всё наше европейское мышление.

Давайте попробуем очень сокращенно, но без искажения

смысла, прояснить эти принципы:

ПРИНЦИП ОНТОЛОГИИ – «никогда не говори о том, чего не

существует в мире наглядно и бесспорно».

ПРИНЦИП ГНОСЕОЛОГИИ – «о чем-бы ты ни говорил, говори правильно: исходи из аксиом, не допускай внутреннего

противоречия, не подгоняй под результат; доказывай гипотезу

только тем, чего нет в самой гипотезе; не подменяй понятий, не

применяй произвольных допущений, не доставай из рукава

необоснованных аргументов и т.д.».

ПРИНЦИП ЛОГИКИ – «линия рассуждений, которую ты

выстроишь, должна иметь принудительную силу для каждого, кто

её увидит».

На этих принципах родилась та самая система познания, которая потом развилась в статистические методы и создала

европейскую науку. А следом и европейскую цивилизацию.

А мифология (главный жанр эзотерики тех времен) сидела

всего лишь на одном принципе:

ВСЕГО ЛИШЬ ОДИН ПРИНЦИП – «Если всё, что я реально

вижу, я могу одновременно помыслить в своей голове, то должно

быть и наоборот – всё, что я могу помыслить у себя в голове, тоже

должно реально где-то существовать».

Трудно понять хоть какие-то обоснования для ВСЕГО ЛИШЬ

ОДНОГО ПРИНЦИПА, не так ли?

Хотя сам прием понятен – если я могу в своей голове сложить

вот такой подробный мир из богов, сил и прочих существ с

именами и половыми связями до седьмого колена, то не сам же я

всё это придумал, если я даже козу подоить толком не умею?

Следовательно – я просто помыслил то, что реально существует.

Где-то. Не видимое никому.

Как видим, прием – несложный. Но его методическое

обоснование – хромает.

Оно и должно хромать, потому что в его составе нет

онтологии (действительного предмета мира), гносеологии

(правильного мышления) и логики (правильного хода

рассуждений).

Поэтому сильная сторона эзотерики – это всеведение, а

слабая её сторона всегда – это факты и доводы.

Оба этих типа мышления (философский и эзотерический) соседствовали в те времена равноправно и зачастую в одной

голове переплетались в одну диковинную картину.

Многие мыслители были стихийными философами, но им не

хотелось идти против доброй привычки вольно «помыслить» что-

нибудь этакое, а особенно каких-либо богов или одушевленную

силу, спрятанную за онтологическим фасадом видимого мира.

Мы помним, что