― Его едва живого нашли, чудом выходили, ― продолжила мама эту печальную историю. ― Было следствие. Надежду лишили родительских прав и посадили, но в колонии у неё действительно съехала крыша.

― То есть она в психушке сейчас? ― уточнила Алиса.

― Нет. Она умерла два года назад. Палёной водкой отравилась.

― Ужас, ― искренне заявила Алиска. ― А почему Сергей в приёмной семье воспитывался? Есть же бабушки и дедушки.

― Я не знаю, Алис. Честно. Это вообще не моё дело. Точнее, было не моим, пока ты не положила глаз на Воронцова. Я против ваших отношений. Надькины родители твоему папе немало крови попортили, да и она тоже не была подарком. С таким наследством в генах…

― Так дело в генах или в том, что Воронцовы папе проблемы создавали? ― подозрительно сощурилась сестрёнка. ― Мам, не надо ваши головные боли на меня перекладывать, ладно? Папа не считает Сергея чудовищем, которого нужно стороной обходить. Даже наоборот ― вон какие хвалебные оды ему пел. Если бы имел на него зуб, стал бы так себя вести?

― Твой папа в некоторых вещах непростительно беспечный, ― ответила ей мама. ― А я боюсь, понимаешь? Если в двух поколениях семьи были волки, то и в третьем родится волчонок. Ты у меня одна, Алис. Самое дорогое и ценное, что есть в моей жизни. Я знаю, что Сергей встречался с матерью, когда вырос, но не могу представить, что она ему наговорила. А если он мстить нам за неё станет через тебя?

― Ну ты уж определись, ― усмехнулась Алиса. ― То говоришь, что с корыстными намерениями на него зариться нельзя, то я вообще должна держаться от него подальше. Мне он гадом не показался.

― А у людей на лицах не написано, гады они или нет, ― возразила мама. ― Мало что ли нормальных мужиков вокруг? Чего ты в этого вцепилась? Если не чувства ищешь, а выгоду, то мы с отцом тебе целый полк женихов подгоним, только намекни.

― Нет уж, ― отказалась сестра. ― Со своей личной жизнью я как-нибудь сама разберусь. Но за информацию спасибо. Теперь хотя бы буду знать, что Бельские с Воронцовыми в контрах. Брак во имя примирения династий… А что? Классная идея!

― Алиса!

Но Алиса её уже не слушала ― в голове моей сестрички начал зреть новый план, а в такие моменты до неё достучаться невозможно. Откровения на этом себя исчерпали, но мама потом долго плакала. Молча. Позже, когда отец вернулся с работы, она попыталась уговорить его вправить Алиске мозги, но он сказал, что Сергей Воронцов ― самостоятельная личность, не обязанная отвечать по долгам отцов и дедов. Да и Алисе палец в рот не клади ― она себя в обиду ни за что не даст. А ещё позже сестрёнка сама подошла к папе и прямо спросила, чем ему насолили Воронцовы.

― Они просто вывели из нашей фирмы все свои активы, когда мы в них очень сильно нуждались, ― ответил ей папа. ― Потаповы, если честно, навредили больше, но я считаю это полезным опытом и ни на кого зла не держу.

― А почему Серёжу никто из них из детдома не забрал? ― повторила Алиса тот же вопрос, который до этого задавала маме.

― Воронцов-старший всю жизнь подкаблучником был. Он забрал бы, но его жена больного ребёнка, рождённого безумной алкоголичкой, признавать внуком отказалась.

― Больного?

― Да. Сергей родился полуслепым и с пороком сердца. Перенёс несколько операций, мотор ему починили, но со зрением у парня проблемы. Он дальтоник. Всё красное видит чёрным. Не помню, как это по-научному называется.

― Но он же водит машину. Разве с такой формой дальтонизма права выдают?

― Я бизнесмен, а не врач, ― заявил отец. ― Если хочешь знать подробности, спроси у него сама. Он и с украшениями успешно работает, хотя рубины красные.

― Ясно, ― кивнула Алиса, недовольно поджав губы. ― А эти, которые Потаповы, тоже из-за болезней от него отказались?

― Нет. Мать Надежды была неходячим инвалидом, а отец по молодости судимость схлопотал. Бизнесу это нисколько не мешало, но опека им отказала.

― А других родственников нет?

― Алис, вопросы нужно задавать адресно, если хочешь получить на них достоверные ответы. Могу пригласить Серёжу к нам на ужин, раз уж ты так им интересуешься.

― Мама будет против, так что не надо, ― отказалась сестра.

Но при этом она попросила папу ненавязчиво организовать встречу с Воронцовым где-нибудь за пределами маминого личного пространства. Мне это показалось неправильным, потому что из-за Алискиных желаний в семье мог случиться конфликт. Мама нервничает. Если папа пойдёт на поводу у дочери вразрез с мнением жены, они же в итоге поссорятся. Но Алиса всегда так поступала ― если один из родителей отказывал, она шла с просьбами к другому, и плевать ей было на последствия.

Папа сказал, что устроит банкет в честь окончания Алисой учёбы и пригласит на этот праздник Воронцова. На том и порешили. Всё вроде бы улеглось и успокоилось, но мне было не по себе. Впервые, наверное, за всё время своего существования я поймала себя на мысли о том, что во многих своих бедах моя сестра виновата сама. Она смотрит на людей, как на вещи, предназначенные исключительно для удовлетворения её желаний и потребностей. Хамит маме, бессовестно пользуется папиной добротой, ни во что не ставит посторонних. Слово «нельзя» имеет для неё вес лишь тогда, когда она сама его произносит. Во всех остальных случаях ей всё можно. Она не хочет понимать, что своими намерениями просто искалечит жизнь Сергея Воронцова ещё сильнее. Для неё это всего лишь сделка, условия которой будут предусмотрены в брачном контракте. Захомутать, окрутить, влюбить в себя, пользоваться, пока есть эта польза, а что потом? Разведётся и забудет без оглядки на его чувства?

Успокоила себя тем, что видела Воронцова всего один раз и не знаю, насколько он на самом деле хороший. Может, он такой же, как Алиса ― холодный, расчётливый и бессердечный. Удары судьбы ведь способны не только закалять характер, но и менять его не в лучшую сторону. А благотворительностью удобно заниматься напоказ, потому что это полезно для репутации. Мама считает, что Сергей способен на месть, а её мнению о людях я доверяю больше, чем какому-либо другому. Возможно, всё не так уж и плохо. Встретится сестрёнка с ним ещё несколько раз, обломает зубы и поищет себе мужа попроще. Это было бы лучшим исходом, потому что напряжение в семье из-за Воронцова, который нам пока ещё вообще никто, началось как-то уж слишком рано.

Глава 4

Она любит всё красное, а он не воспринимает этот цвет ― кажется, сама судьба против того, чтобы они были вместе. Алиса изменила своим предпочтениям, что делает крайне редко, и попросила оформить зал для вечеринки в чёрно-золотых тонах. Платье тоже надела чёрное. И туфли. Она даже потратила полчаса на изучение в Интернете информации о дальтонизме и причинах его проявления. Выяснила, что эта патология преимущественно наследственная и не лечится, а только корректируется, после чего сердито проворчала: «Да хоть вообще слепой, мне без разницы».

А Воронцов на её праздник не пришёл. Гостей и подарков было много, мама хвасталась всем Алискиным красным дипломом, папа гордо выпячивал грудь, а сестрёнка искала взглядом в толпе того единственного, кого уже видела в мечтах своим мужем. Когда гости начали расходиться, она решительно подошла к отцу и зло спросила:

― Пап, ты Воронцова приглашал?

― Угу, ― кивнул изрядно подвыпивший родитель.

― Как? Лично?

― Ну да. Позвонил ему и пригласил.

― А как ты это сделал? Что сказал?

― Да правду я ему сказал самую что ни на есть. Чего ты волнуешься-то? Не пришёл сегодня, так в другой раз придёт, ― промямлил папа, пошатываясь.

― Какую правду, пап? ― закипела Алиска.

― Ну-у-у… Ты семейным бизнесом не инетесесу… В общем, до фонаря тебе наш бизнес, поэтому мне нужен башковитый зять. Вот. Так и сказал.

У Алисы от возмущения перехватило дыхание. Щёки стали пунцовыми, глаза недобро заблестели, кулаки сжались. К счастью, в тот момент мама как раз провожала последних гостей, поэтому никто, кроме обслуживающего персонала не слышал, как моя сестра оскорбляет любящего отца. Мама пришла в ужас. Позвонила Саше и попросила, чтобы он помог довести своего работодателя до машины. Ссора продолжилась и в автомобиле тоже. И дома, но там уже лопнуло терпение у мамы. Такого скандала в нашей семье никогда не было. Алиса заявила, что ей это всё надоело. Переоделась, побросала в чемодан кое-какие вещи, взяла ключи от своего авто и вознамерилась уехать с ночёвкой в салон. Она тоже пила на празднике, но мама не смогла её остановить.