как естественное основание человеческого общества. Ввиду широко распростра­ненного представления о том, что экономический индивидуализм возник главным образом среди бур­жуазии, следует отметить, что лэндлорды, осущест­влявшие огораживания еще до Гражданской войны, уже давали, по меньшей мере, столь же важный по­вод для таких подрывных учений»².

В политической сфере процесс индивидуализа­ции был сопряжен с важнейшим социально-поли­тическим событием эпохи - формированием наци­онального государства и появлением новых форм отношений между государством и индивидами. Национальное государство утверждалось в своей суверенности в противостоянии со всякой реальной феодальной или религиозной властью на своей тер­ритории, а также в противостоянии с наднациональ­ной религиозно-церковной властью. Национальное государство могло выполнять функцию защиты, во­обще обеспечения интересов коммерческих средних классов, экономическая деятельность представите­лей которых носила все более индивидуализирован­ный характер.

Если при рассмотрении процесса экономической индивидуализации в фокусе внимания оказывают­ся Нидерланды и прежде всего Англия, то при рас­смотрении индивидуализации в политической сфе­ре взгляд обращается в первую очередь к Франции. При этом историко-теоретический интерес вызыва-

2 Moore В. Jr. Social origins of dictatorship and democracy. Boston: Beacon Press, 1993. P. 9.

22

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

ет не столько развертывание политической жизни, сколько ее кульминация - Французская революция. Ведь ее результатом стало общее утверждение прин­ципов индивидуализации.

В XVII-XVIII веках индивидуализация как реаль­ный социально-исторический процесс развертыва­ется во всех сферах социальной жизни. В одних он включает большое количество людей (экономика), в других - это элитный процесс (искусство, государ­ственное управление). Норберт Элиас показал роль придворного общества в формировании индивиду­ализированных стратегий самоконтроля и вообще в формировании психологии индивида модерна.

Подлинно массовый характер процесс индивиду­ализации обретает в эпоху Французской революции. «Декларация прав человека и гражданина» (1789) утверждает принцип индивидуальной свободы и де­лает его достоянием массового общественного мне­ния. Утверждается и освящается право собствен­ности. Осуществленные преобразования, прежде всего, действия по отношению к различного рода корпоративным образованиям индивидуализируют и даже сингуляризируют экономическое положение каждого человека. Открывается путь к широкому и атомизированному капиталистическому рынку. По­является, причем в массовом порядке, фигура инди­видуализированного гражданина, а затем и избира­теля. «Гражданский кодекс» интегрирует принцип индивидуализма в систему позитивного права.

Процесс индивидуализации в XVII-XVIII веках нельзя постигать вне связи с религиозной сферой. Достаточно указать основополагающие принципы Реформации и их воплощение в жизнь в XVI-XVII веках. Это была эпоха чрезвычайно интенсивной религиозной жизни - как идейной, так и практиче­ской. Ведутся яростные теологические споры между католиками и протестантами, а также внутри проте­

ГЛАВА 1

23

стантизма. В философии появляются альтернативы традиционным доктринальным позициям, вплоть до отрицания традиционного христианства как та­кового. Все это не могло не вести к индивидуализа­ции религиозной мысли.

Разнообразие религиозной идейной жизни было отражением интенсивной практической религиоз­ной жизни и в свою очередь оказывало мощное воз­действие на социальную практику.

Новое государство оказывало огромное воздей­ствие на религиозную сферу. И в период, и после окончания в Европе религиозных войн остро встала проблема религиозной терпимости по отношению к религиозным меньшинствам, а также проблема ин­дивидуальных религиозных свобод.

Наконец, следует указать на процесс секуляриза­ции, уже протекавший в рассматриваемую эпоху. В нашем контексте, разумеется, речь не идет о таких моментах секуляризации, как переход церковных земель в собственность государства или об измене­ниях в законодательном регулировании отношений между государством и церквами.

Нас должно интересовать, прежде всего, обре­тение модерновым государством светского и суве­ренного характера, а также влияние процесса се­куляризации на сознание индивидов и характер их социальной деятельности.

С точки зрения исследования процесса индиви­дуализации в эпоху европейского модерна самое важное, на наш взгляд, заключается в появлении возможности нецерковной и даже нерелигиозной санкции социальной деятельности индивидов, а так­же возможности дистанцирования и автономизации индивидов по отношению к религиозно-церковной сфере. В принципе это означало обретение инди­видами поначалу режима религиозной толерантно­сти, а затем обретение и того, что принято называть

24

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

религиозными правами и религиозными свобода­ми.

Указанные выше процессы в экономической, по­литической и религиозной сферах означали суще­ственные трансформации и в институциональных структурах, и в структурах и характере агентности индивидов, в том числе в виде появления принци­пиально новых форм социального действия и пове­дения.

Эти трансформации сопровождались известным переопределением фундаментального отношения между основными социальными институтами и ин­дивидами в направлении укрепления и усиления ин­станции индивидуальной агентности.

Вследствие разнообразных процессов структур­ной дифференциации диверсифицируются формы и способы социальной активности. На ранних эта­пах истории эти процессы ведут к увеличению числа форм и способов индивидуализированной деятель­ности. Это означает усиление потребности в инди­видуальном социальном самоопределении.

Увеличиваются возможности индивидов оказы­вать воздействие на условия своего существования, вплоть до возможностей воздействовать на базовые социальные институты. Это не могло не вести к по­явлению представлений об изменчивости социаль­ных образований как производной, по меньшей мере отчасти, от желаний, намерений и действий индиви­дов.

1.2. ИДЕЙНАЯ ИСТОРИЯ ПРОЦЕССА

ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ

Говоря о процессе индивидуализации, следует проводить четкую грань между реальными социаль­но-историческими явлениями, с одной стороны, и разнообразными теоретическими и идеологически­

ГЛАВА 1

25

ми образованиями, в которых он представал, с дру­гой стороны. Вместе с тем отношения между реаль­ными социальными явлениями и их теоретическим постижением не носят только характер последующе­го идейного отражения первых во вторых. Именно применительно к процессу индивидуализации пра­вомерно говорить о серьезном формирующем воз­действии идейной жизни на социальную практику.

Идейную историю процесса индивидуализации в Новое время следует, разумеется, предварить рас­смотрением некоторых явлений эпохи Ренессанса. Вместе с тем целесообразно указать, что средневе­ковые общества при всем своем коммунитарном характере являли, по меньшей мере с XII века, то, что можно назвать социальными формами христи­анского индивидуализма: странствующие монахи, паломники, отшельники³.

Оформление индивидуализма связано, по всеоб­щему признанию, с эпохой Ренессанса. Отчасти в XIV, а затем в XV-XVI веках появляются новые спо­собы организации индивидуальной жизни, новые формы индивидуальности. Индивиды начинают из­бавляться от традиционных видов социальной опе­ки и контроля, определявших их судьбу. В социаль­ном мире утверждается возможность для индивида ориентироваться на самого себя, а не на какие-то высшие силы и инстанции.

Идейная история процесса индивидуализации в XVII-XVIII вв. соотносится, с одной стороны, с ев­ропейской традицией социальной мысли, а с дру­гой - с реальным социально-историческим процес­сом индивидуализации, который был кратко оха­рактеризован выше.

Классическая христианская традиция социальной мысли базировалась на идее, что люди объединя-

3 Bedos-Rezak В. et Iogna-Prat D. (dir.) L’individu au Moyen Age. Paris: Aubier, 2005.

26

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

ются в различные иерархическим образом органи­зованные сообщества. Правящие суверены правят «милостью божьей». Жизнедеятельность этих сооб­ществ должна быть устремлена к реализации опре­деленных целей. Такое телеологическое понимание социальности базируется на провиденциалистском принципе.

Положение и функционирование индивида, разу­меется, понималось в свете фундаментальной идеи традиции. Оно определялось его местом в той или иной социальной иерархии, фиксировалось, защи­щалось и легитимизировалось божественной санк­цией.

Идейная история индивидуализации в XVII- XVIII веках, о которой пойдет речь, означала транс­формацию традиции, отход и в некоторых случаях принципиальный отказ от нее. Эта