— При каких обстоятельствах был активирован нейрокогитор?

— Где и каким образом вы приобрели Руну Ложного Стигмата?

— Какие контакты вы имели с кел-существами или Восходящими высших рангов?

— От кого вы узнали о существовании Авроры Мартинс?

На все эти вопросы я спокойно отвечал:

— Вся эта информация является сверхсекретной и будет изложена лично координатору Авроре Мартинс. Требую немедленно сообщить ей!

— У вас была возможность изложить все координатору Рашидову. У него альфа-уровень доступа проекта «Космо».

— Я имею основания ему не доверять. Повторяю — речь идет об информации, жизненно важной как для Колонии Альфа, так и для проекта «Космо»! Но доступ к ней получит только координатор Мартинс!

Мои требования их как будто не удивили и вообще словно пропускались мимо ушей. Я даже начал ощущать некое отчаяние — мы ходили по кругу с небольшими вариациями. Специалисты Альфы спокойно фиксировали мои ответы, замеряли реакцию организма, задавали вопросы снова, уточняли подробности…

Затем… после четырех часов бесполезной болтовни с повторяющимися вопросами меня начали допрашивать по-другому. Нет, пытать или психологически давить не стали, у цивилизованных землян имелись иные, куда более действенные способы. После холодного укола в сгиб руки я ощутил мягкое обволакивающее тепло, мир дрогнул, мысли начали путаться, а Скай сообщила, что нам ввели неизвестный препарат из семейства тех, что в просторечии назывались «сывороткой правды». Секретная земная фармакология достигла высот, и сопротивляться ей не мог даже усиленный организм серебряного Восходящего. Штука оказалась страшной — волевые центры будто отключились, мозги превратились в теплый, плавающий в эйфории кисель, а слова полились сами собой.

К счастью, у меня имелась Скай и Печати Тайны. Даже в таком состоянии она четко контролировала мой организм, вызывая спазм голосовых связок в момент, когда мы оказывались в опасной зоне. А сами Печати Тайны работали так, что при насильственном вторжении в защищенные воспоминания срабатывала Печать Забвения, временно стирающая необходимый участок. Его можно было восстановить по специальному ключу-команде — и моя помощница утверждала, что это в целом безопасно, но в деле мы их еще толком не испытывали. Даже Палач побоялась трогать эти закладки, видимо, опасаясь полного обнуления сознания — Печать Тайны могла скрывать любые сюрпризы.

— Повторяю вопрос: когда вы впервые использовали управляемую инкарнацию?

— После смерти в каньоне, во время рейда на Червей.

— Второй раз?

— В аванпосте Наблюдателя, после сканирования…

Я слышал свой собственный голос — вялый, монотонный, то и дело прерываемый хриплыми спазмами — и не мог его остановить. Защитить всю информацию невозможно, это означает полную потерю памяти, мы еще со времен выхода в Вечность ограничились запечатыванием критических участков — тех, где речь шла о тайных планах, встречах и словах, что могли, как сказал бы Белый Дьявол, «перевернуть сферы». Функционерам Альфы незачем было знать о моих визитах в Вечность, разговорах с Хитрейшим, о планах Тысячи и предложении Ордена — эта информация предназначалась для Авроры. А инкарнация и прочие загадки моего прошлого — пожалуйста, не подавитесь… Я и сам был бы рад узнать ответ.

— Когда и каким образом активировал нейрокогитора…

— Она всегда… Не… Не помню…

Белая, звенящая пустота. Ответ был спрятан под Печатью — и аккуратно вырезан. Тайны Истинных — не для простых смертных.

— Кто дал тебе маскирующий стигмат?

Я уже не помнил. Понимал лишь, что помнил когда-то, но все попытки вспомнить проваливались в мучительную пустоту. Но я знал также, что смогу — когда это будет необходимо.

Были и иные вопросы.

Фригольд. Максвелл. Кассиди. Мое Восхождение. Содержимое Скрижали. Травинка. Росток и Черви. Путь в Альфу. И прочее — практически вся моя жизнь была вывернута и тщательно запротоколирована людьми с равнодушными лицами. Допрос длился, по данным Скай, больше четырех часов, и, когда он закончился, я искренне ненавидел своих мучителей. После того, как химия начала отпускать, меня начало трясти, во рту появился металлический привкус, глаза резало. И мне так и не дали сходить в туалет — видимо, специально, хотя как раз это было меньшим из зол.

От лежака так и не отстегнули, опять ввели что-то внутривенно, и я снова отрубился. Чтобы очнуться в гипнотическом, расслоившемся на полупрозрачные слои мире. Передо мной сияла чужая Скрижаль, вспыхивали чужие Руны, в разум ввинчивался чужой разум — у Альфы, помимо земных технологий, нашелся мощный ментал, который хотел переворошить мой разум.

Это было пострашнее сыворотки правды.Мне снова задавали вопросы — методично, безжалостно, возвращаясь к одним и тем же темам снова и снова, подходя с разных сторон, пытаясь нащупать брешь.

— … был активирован когитор?

— … Руны?

— … контакты с Вечностью?

— … знаком этот символ?

Три линии, складывающиеся в странную трехлучевую звезду. Я как будто где-то его видел, но где… Ах, да, у меня есть такой Предмет, Звезда Искателя…

Пустота. Глухая, как абсолютная стена. Я ощущал лишь давление — как будто кто-то пытался вскрыть мой череп монтировкой. И голоса — где-то вдалеке, в тумане…

— Полная блокада реконсолидации… Энграммы сохранны, но реконсолидационный доступ заблокирован триггерными нейропломбами неизвестного происхождения. Можно усилить А-воздействие для блокировки когитора, но есть риск азур-шока и повреждения энио…

— Не надо.

Ничего у них не вышло. Я уже проходил подобную процедуру, несколько раз, с куда более сильными и опытными Восходящими, и потому, даже с заблокированными способностями, Альфа ничего не смогла узнать — сверх того, что я сам пожелал им дать.

На следующий день допросов не было.

Фиксаторы тоже оказались сняты, и я наконец смог со стоном пошевелиться. Но радоваться не стоило — меня будто пропустили через мясорубку. Голова раскалывалась, во рту стоял кислый привкус, а при попытке встать мир качнулся и поехал куда-то в сторону.

Через некоторое время я все-таки сел, а потом кое-как сполз с лежака. И только тогда заметил гладкие матовые браслеты на обоих запястьях. Как будто из пластали, плотно пригнанные к телу, с мигающим зеленым индикатором. И еще один, тонкий, но вполне ощутимый — на шее. Я попробовал подцепить его кончиками пальцев — бесполезно, сидел как влитой. Двигаться они не мешали, но…

Кандалы и ошейник?

Я не ошибся. Скай доложила, что эти устройства — единый модуль А-супрессора с функцией подавления Скрижали. Грубо говоря — земной аналог иллиумовых оков, блокирующих способности Восходящих. Но это были не все подарки Альфы. У меня зверски болело основание шеи, и спустя мгновение когитор доложила почему.

Скай: Командир, нам между позвонками имплантировали капсулу с устройством. Функции — следящий датчик и микрозаряд взрывчатки. Управляется по вокс-каналу.

Не сдержавшись, я хрипло выругался. Выходит, слова мамы Розы были правдой — «не все, мучачо, хотят носить импланты, которые отрывают голову». Вот ублюдки — ничего получше не придумали?

Значит, блокирующий ошейник и бомба в позвоночнике. Иллюзия свободы и ясный сигнал: «не дергайся, мы владеем твоей жизнью». Интересно, от этой штуки можно избавиться с помощью инкарнации? Но если и можно — что, если таких же жуков поставили всей моей команде?

Колония Альфа. Цивилизованные земляне. Проект «Космо». Надежда человечества…

Я наконец встал. Ноги держали, хотя колени подрагивали, а голову и шею при резких движениях простреливала боль. С-суки! Нашел сбоку санитарный блок — маленький очиститель с водяным душем — и минут двадцать стоял под горячей водой, упершись лбом в стену и дожидаясь, пока перестанут дрожать руки. Когда вышел, на кровати лежал серый комбинезон с нашивкой «Колония Альфа», а рядом — поднос с дымящейся едой.

Надо же, какие заботливые. Горячий бульон из сублимата с кусочками овощей, паста со вкусом и запахом лосося, сладкий батончик — вся пища была изготовлена в пищевых синтезаторах, но отказываться я не стал — организму срочно требовалась энергия и глюкоза. Было очевидно, что мне изменили режим содержания — видимо, фаза активных допросов подошла к концу. Печати Тайны выдержали — хоть я сейчас и не помнил, что вообще скрывал под ними. Странное, даже страшное ощущение — знать, что там было нечто невероятно важное, мучительно пытаться вспомнить, что именно, — и натыкаться на пустоту… Что, если я не смогу вернуть память и все потеряно? Скай успокоила: Печати надежны, она была готова восстановить утраченное по условному триггеру — при встрече с Авророй Мартинс.