Я мысленно взвыла. Его ответ всё очарование момента убил.

Что у них за секта такая? Мало того, что в волков обращались все, так ещё и похищениями занимались.

Куда я попала?!

Я даже не сразу поняла, что этот их Уайетт не один. Рядом с ним каменным изваянием чуть в стороне, прислонившись спиной к дереву, застыл ещё один парень. Того же возраста, но темноволосый, отдалённо похожий на араба. Волосы у него были коротко стрижены, а одежда вся чёрная и более городская: джинсы и футболка.

— А это кто? — кивнула в сторону заинтересовавшего меня парня.

— Это Калеб. Тоже двоюродный брат. Но по сводной сестре моей матери.

— Тоже похитил свою жену? — уточнила уже без надежды.

— Нет, — коротко хохотнул рыжий, заглушая двигатель. — У них с Кейтлин история вышла похожей на «Ромео и Джульетту». Два враждующих клана, и всё такое. Никто не хотел уступать. Благо всё закончилось не так плачевно. Тоже потом расскажу полнее, если захочешь.

Вряд ли захочу, но на деле согласно кивнула. Да и то больше своим мыслям.

Чем дальше в лес, тем хуже перспективы…

— Отлично, тогда на выход, Снежинка. Будем лично знакомить тебя со всеми, — с энтузиазмом произнёс рыжий нахал, отстёгиваясь.

— Что, и с мамой? — не удержалась от сарказма.

— С ней в первую очередь, — подмигнул он мне.

И пока я переваривала это ужасное заявление, этот ненормальный уже вылез из машины. А я подумала, подумала и решила, что мне и так неплохо.

В смысле не стала я никуда выходить. Осталась сидеть в тёплом салоне. И даже отстёгиваться не стала. А потом… Даниэл направился не ко мне, а к своим братьям. И я решила, что это шанс.

Отстегнув ремень, перебралась за руль, вывернула его в сторону и включила двигатель. После чего вжала педаль газа до упора.

Русских так просто не возьмёшь!

История родителей Даниэла: https://litnet.com/shrt/qXCX

История Уайетта: https://litnet.com/shrt/_4RE

История Калеба: https://litnet.com/shrt/E1PH

Глава 10

Даниэл

Она пахла терпкой корицей, свежеиспечёнными булочками и сахарной пудрой.

Сводящий с ума аромат.

Нет, серьёзно. Если бы кто-то придумал оружие массового поражения на основе этого запаха — я бы уже капитулировал и подписал все разрешительные бумаги собственной кровью. Добровольно. С улыбкой идиота.

Это откровение настигло меня в момент, когда я вышел из продуктового магазина, куда заехал по дороге к брату. В первое мгновение решил, что просто голоден. А запах доносился из пекарни неподалёку. Обернулся, подумав зайти и туда.

И не зашёл. Завис.

Слуха коснулся девичий смех. Тихий, мягкий, как перезвон маленьких колокольчиков. Ещё не понимая, что именно произошло, я повернулся на этот звук и остолбенел.

Это было как вспышка, озарение, удар молнии. Всё вместе и сразу — чётко в самое сердце. Прожгло насквозь. Лёгкие сжались, а потом окончательно схлопнулись, оставляя её аромат навсегда внутри них.

Так бывает, когда жизнь берёт тебя за шкирку, трясёт, а потом говорит: «Вот. Это твоё. Поздравляю. Дальше сам».

Она пахла домом.

Чёртовым раем.

Чертогами вечности, где повсюду развешаны её портреты, а небеса по цвету похожи на её глаза — лайм, припудренный сахаром.

С этой минуты я только её видел, слышал, знал.

И, судя по всему, окончательно утратил способность вести себя, как взрослый разумный мужчина.

Ветер доносил её сладкий аромат, я его вдыхал и улыбался, как дебил, предвкушая, как скоро он изменится. Для меня. Смешается с моим запахом. Чтобы все знали.

Моя девочка. Только моя.

Да, звучало как диагноз. Но оборотни вообще не отличались скромностью в вопросах собственности. И я глотки всем за неё перегрызу. Уничтожу любого, кто позарится на моё сокровище. Плевать даже, что она всего лишь человек. Что меня могут казнить за её совращение. Человек оборотню не пара. Так гласили законы Совета, древние, как сам наш род.

Законы, кстати, писали те, кто свои пары уже нашёл. Очень удобно запрещать то, что тебе больше не нужно.

Истинная пара для оборотня — это не просто любовь, не страсть, не влечение. Это связь, которую высекает Луна в самой глубине души. Когда ты встречаешь её, мир перестаёт существовать. Остаётся только она. Её запах, её голос, её сердцебиение, которое отныне звучит в унисон с твоим. Ты можешь учуять её за тысячу шагов, за милю, за три. Сквозь ветер, сквозь толпу, сквозь время.

И если она человек... ты либо отказываешься от неё и медленно сходишь с ума от боли потери, либо принимаешь бой со всем миром.

Я выбрал бой. Не потому что я герой. Просто я не настолько идиот, чтобы отпустить собственную душу и жить дальше, делая вид, что всё нормально. Оборотни умеют многое. Самообман — не наш профиль. Если не она, то больше никто. В конце концов, правила созданы, чтобы их нарушать. Да если бы мой отец придерживался всех правил, меня бы и сестёр на свете не было. Так что...

Я проводил её фигурку взглядом, когда она вместе с толпой других туристов отправилась к подъёмникам, неспешно допил кофе, унимая разбушевавшийся хаос в своей голове, а после запрыгнул в машину и поехал на окраину города, где разделся и обернулся.

Никто не должен знать обо мне. Хотя в образе волка я уже особо не скрывался, выпрыгнув на склон, игнорируя крики напуганных людей.

Простите, дамы и господа туристы, у меня тут личная жизнь налаживается.

К тому же меня интересовала только одна из них. Та, что уверенно скользила на лыжах, не подозревая о таящейся впереди опасности. А вот я слышал. И огненной стрелой мчался за ней, надеясь успеть перехватить до того, как случилось бы непоправимое.

И вот мы здесь. В моменте, где я стоял перед воротами кланового особняка брата. И смотрел, как Снежинка угоняла его джип в очередной попытке удрать от меня.

— Что-то вы долго, — лениво протянул Уайетт, наблюдая, как белая машина сдаёт назад, разворачивается и, взвизгнув шинами на снегу, уносится прочь по дороге, ведущей к выезду.

Я даже не дёрнулся. Только улыбнулся, провожая взглядом начинающие удаляться габаритные огни. Медленно, неспешно. Как сытый кот, который знает, что мышка никуда не денется.

Хотя мышка, конечно, считает себя тигрицей. И у неё в лапах джип.

— Все претензии к твоей машине, — ответил я брату. — Почему она не ездит по бездорожью и горам? За прошедшие три года мог бы и придумать уже что-нибудь.

Уайетт хмыкнул, скрестив руки на груди. Его светлые волосы шевелил лёгкий ветер, а в глазах плясали насмешливые искры.

— Во-первых, это не моя машина, а клановая. Во-вторых, это джип, а не танк. И в-третьих, — он многозначительно посмотрел на меня, — кто-то явно не рассчитал свои силы, раз его пара сбегает при первой же возможности.

— Это не «сбегает», — лениво отозвался я, разминая шею, пока пальцы тянулись к краю футболки, чтобы стащить её через голову. — Это она просто так тренирует выносливость. И мою, и свою.

Норвежский мороз приятно охладил разгорячённую кожу, но внутри всё горело предвкушением погони. Хорошей, правильной погони за тем, что принадлежало мне по праву.

Я, конечно, понимал, как это звучало. Но если бы вы хотя бы раз почувствовали собственную пару, вы бы тоже перестали подбирать слова и просто начали действовать.

— Что, и даже нормальную фору не дашь? — подал голос Калеб, до этого молчаливо наблюдающий за происходящим, прислонившись к дереву.

— Она ногу повредила, когда упала на склоне, — ответил я коротко.

Повисла тишина. Уайетт перестал улыбаться. Калеб выпрямился, и в его тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

В любом случае мне было уже не до них.

Вдох, и тело будто вскипело изнутри. Кости потекли, сместились как вода, принимающая иную форму. Выдох, и на снег приземлился на все четыре лапы уже волк.

Мир изменился. Стал ярче.

Звуки — громче. Запахи — плотнее.