— Но мы-то с тобой друзья, — проговорил я и попытался передать ему эту мысль таким же способом, как напугал склиза.

Кот без всякого интереса косо глянул на меня и перевёл взор на клинок демона, смирно лежащий в траве. Черныш подошёл к нему, обнюхал и попытался поиграть с ним, стараясь подцепить когтистой лапой. Но меч оказался слишком тяжёл для него. Тогда кот просто сел подле него.

— Ладно, друг, окажи мне услугу. Верни меня на Землю, желательно в скотобойню, — проговорил я, кое-как встав на ноги.

Они ещё плохо слушались меня, как и руки. Кисти мелко тряслись, а во рту было сухо, как в пустыне. В «клетке» же осталась лишь душа Ириса, вторая ушла на регенерацию, всё-таки победившую яд и комара, и склиза. Но ежели срочно не раздобыть новую душу, то моё тело снова попробует сожрать душу Ириса, дабы добыть энергию для жизнедеятельности.

А кот то ли не понимал меня, то ли не хотел помогать. Он зевнул и неспешно потрусил прочь.

— Да твою ети! — прошипел я, цапнул меч демона и заковылял за Чернышом.

Его хвост мелькнул в каменной глотке, ведущей наружу. Пришлось миновать ее и выбраться из Разбитой головы.

На поляне лежала разорванная на мелкие клочки туша склиза, похожая на холодец, в который засунули петарду.

Кот уселся возле самого большого куска и довольно глянул на меня.

— Это ты сделал?

— Мяу.

А-а-а, кажется, Черныш просто хотел похвастаться. Всё-таки в нём есть не только вселенская скука, что кот и доказал, ринувшись ко мне. Как только его хвост коснулся моей ноги — сразу же возникла темнота перехода между Лабиринтом и миром.

Глава 9

Северная Пальмира, перекрёсток улиц Артиллерийской и Короленко

Возле тротуара сверкали мигалками полицейские машины, пугая ночной мрак. Пожарные уже растянули шланги и тушили пламя, вырывающееся из дверей башенки, где находился проход, ведущий в «Руины разбитой головы».

Зеваки толпились на почтительном расстоянии возле фонаря. А чуть в стороне от них стояло несколько машин скорой помощи. Возле них медики и маги оказывали помощь пострадавшим охранникам. Те с гневом косились на потрёпанных аристократов, гордо задирающих подбородки. Они нехотя цедили свои имена и давали первые показания дознавателям из тринадцатого отдела.

Приехал и сам полковник Артур Петрович Барсов. Он грузно выбрался из большого внедорожника, поправил помятый тёмно-синий китель и взглянул уставшими глазами с трёхъярусными чёрными мешками под ними на своего молодого помощника. Тот подскочил к нему, излучая энтузиазм даже кончиками своих жиденьких усиков, растущих на худощавом лице.

— Ну и что тут стряслось? — вздохнул Барсов, почесав щеку. — То же, что и везде? Маги устроили грызню за право войти в Лабиринт?

— Всё именно так! — звонко выдал парень. — Только здесь всё зашло гораздо дальше! Есть убитые и раненые!

— Хм… даже так… — дёрнул головой полковник. — Докладывай.

— Аристократы сцепились с охранниками. Была применена магия. И все как один участники рапортуют, что спровоцировал схватку человек, удивительно напоминающий Игнатия Николаевича Зверева. Я видел записи с камер, так что могу с уверенностью сказать — да, это именно господин Зверев.

— Он кого-то убил? — медленно проронил Артур Петрович, словно боялся услышать ответ.

— Нет, — сказал парень, сделав вид, что не услышал облегчённого выдоха своего начальника. — Однако он прорвался в Лабиринт без всякого на то позволения, повредив ногу сударю Рязанцеву. Вместе с ним в Лабиринт проник господин Ионов, а также некий неизвестный маг. Мне не удалось выяснить его личность, хотя его лицо попало в объективы видеокамер. Этот неизвестный мужчина зарубил мечом господина Рязанцева, а также двух аристократов в зале, где находится арка с проходом в Лабиринт.

— Мечом? — вскинул брови полковник. — Что за ретроград такой? Из какого он века? И как ему удалось зарубить трёх магов, чей уровень был выше девяностого?

— При нём были мощные артефакты, увеличивающие его силу и скорость. Он двигался невероятно быстро.

Барсов нахмурился, потирая подбородок двумя пальцами с обгрызенными ногтями.

— И где сейчас эти трое? Они уже вышли из Лабиринта? — спросил он, глянув на помощника.

— Никак нет. Временный проход исчез, так что господа Зверев, Ионов и неизвестный, скорее всего, никогда не выберутся из Лабиринта, — скорбно поджал губы парень, бросив на начальника печальный взор. Он знал, что полковник водил дружбу с Игнатием Николаевичем.

— Вот оно как… — пробормотал Артур Петрович, уставившись на свои ботинки.

Он провёл ладонью по лбу, дёрнув кадыком. Казалось, полковник не мог поверить в услышанное.

Барсов искоса посмотрел на помощника лихорадочно сверкающими глазами и горячо бросил:

— Ты уверен, что проход закрылся и никто из него не выходил⁈

— Абсолютно.

— Так-так-так… — быстро пробормотал полковник и сделал пару быстрых шагов к башенке, а потом остановился, несколько раз шумно вдохнул и взволнованно вернулся во внедорожник, вытащив мобильный телефон из кармана форменных брюк.

Он уставился на экран, словно больше не замечая помощника. А тот тактично кашлянул в кулак и спросил:

— Какие-то ещё приказы?

— Нет, нет. Всё, ступай, — махнул ему рукой полковник, не отрывая взгляда от номера телефона Владлены Велимировны.

Северная Пальмира, загородный дом Зверевых

Черныш оказался столь любезен, что после скотобойни переправил меня домой, да прямо в спальню, где горела лишь настольная лампа с красным абажуром. Она обосновалась на тумбочке возле огромной кровати, где читала книгу Владлена, прислонившись спиной к резному изголовью и вытянув ноги под тонким одеялом. Ночнушка скрывала грудь, а между бровями пролегла напряжённая складка.

Однако стоило мне появиться в сумраке возле стола с компьютером, да ещё с мечом в руке, как магичка резко вскинула голову и судорожно выпалила, распахнув изумрудные глаза:

— Боже!

— Нет, не угадала, скорее Сатана, — усмехнулся я, чувствуя себя значительно увереннее, отправив в «клетку» три коровьи души.

— Игнатий, ты вернулся! — радостно выпалила она и вскочила с кровати.

Хотела метнуться ко мне, дабы повиснуть на шее, но устыдилась своего порыва и сразу же остановилась. Пару мгновений безотрывно смотрела на меня взволнованно мерцающими глазами, словно опасалась, что я исчезну. А потом она изогнула губы в насмешливой улыбке и сложила руки на груди, вернув свой обычный стервозный вид.

— Вот ничего тебя не берёт, Зверев. Хоть коли тебя, хоть руби, хоть трави… Как на этот раз тебя хотели убить? Судя по твоему виду, тебя пропустили через камнедробилку, а затем накормили мышьяком. Ты такой бледный, что едва не светишься в сумраке. И как ты тут оказался? Опять кот-монстр помог?

— Именно, — кивнул я, положил клинок на стол и огляделся в поисках Черныша.

Тот пропал. Полезный всё-таки он монстр, хоть и непредсказуемый. Возможно, прямо сейчас он отправился пить кровь ни в чём неповинных селян, а я с ним дружбу вожу. М-да…

— Чего ты нахмурился? — насторожилась Владлена, медленно двинувшись ко мне, как хищница, боящаяся спугнуть упитанного кабанчика. — Рассказывай, как прошло твоё приключение. И даже не думай отбрыкиваться! Ты мне обещал поведать всё!

Она топнула ножкой по мягкому ковру, лежащему на дубовом паркете. А головы волков и кабана, висящие на стене, согласно сверкнули стеклянными глазами. Даже чучело медведя в углу вроде бы кивнуло, мол, да, обещал кое-что рассказать Владлене, прям в этой комнате и обещал.

— Может, я хотя бы сперва приму душ? — проговорил я, бледно улыбнувшись.

После всех приключений хотелось как следует отмыться и забыться крепким сном без сновидений.

— Хренушки! — наставила на меня указательный палец красотка. — Ты и из душа можешь куда-нибудь перенестись или найти с кем подраться прямо возле ванны. Рассказывай здесь и сейчас!