нормальных людей. Вместо шумного праздничного
застолья, скучные семейные посиделки. Тот день, кстати, я тоже почти забыл. Вот, жизнь
проклятая…
С тех пор прошло больше десяти лет. Сам удивляюсь, почему мы до сих пор вместе.
Наверно, просто по привычке. Я просто привык каждый вечер видеть её на кухне в старом
халате и стоптанных тапочках. Привык к её вечно недовольной физиономии,
разбросанной по полу, одежде и недоразвитым подружкам. Привык каждый месяц
отдавать ей зарплату, а взамен получать лишь кислый борщ и бесконечное занудное нытьё
по любому поводу.
Интересно, на что Зойка тратит все мои деньги? Ведь питаемся мы только её фирменным
борщом, вареной картошкой, чёрствым хлебом и самым дешёвым чаем. Да и в квартире из
всей “роскоши” лишь старый телевизор, перекошенная мебель да пожелтевшие обои.
Может, Зойка себе любовника завела? Может, приплачивает какому-нибудь молодому
альфонсу-культуристу, чтобы не замечал её серой кожи, редких волос и “потрясающей”
фигуры? Хотя, вряд ли. Всё это не в её стиле. Слишком скучный и ленивый это человек, для таких приключений. Однако деньги всё равно куда-то утекали, словно в чёрную дыру.
Просто интересно становиться. Вот, блин, где задачка для бухгалтера с двадцатилетним
стажем.
Я пошёл в гостиную, и Зойка за мной следом. Я на кухню, и она туда же. Как всегда, в
своём старом мешковатом халате и с бигудями на голове. Как-то она меня начала
раздражать в последнее время. И чем дальше, тем сильнее. Но я пока терплю…
-Авоськин, ты бы хоть соизволил мусор вынести.
Я сделал вид, что не услышал. Молча открыл холодильник, с грустью посмотрел на
пустые полки, затем закрыл и двинулся к газовой плите. А злость и нервозность уже
вовсю бурлили внутри меня. Вот, дожил… блин. Мусор ей вынеси. Сама бедняжка,
видимо, очень устала, просматривая телесериалы и часами болтая с подружками по
телефону. Ах, да… совсем забыл, моя “ненаглядная” сегодня ещё борщ пол дня готовила.
Протянув руку к кастрюле, я снял крышку и заглянул внутрь. В нос ударил запах десятков
неопознанных ингредиентов. Прям, вся таблица Менделеева. И где она только берёт эти
рецепты? Может, на старость лет, отравить меня хочет?
-Зоя, а почему ты никогда ничего не готовишь кроме своего борща?
В ответ она лишь злобно сверкнула глазами.
-Если не нравится, иди по ресторанам питайся! Совести у тебя нет! Бегаю тут перед ним, стараюсь, а он приходит на всё готовое, и чем-то недоволен! Лучшие годы этому мерзавцу
отдала. Да кому ты вообще такой нужен?!
И тут я не выдержал.
-Хватит, уже… Надоело… Видеть тебя больше не могу! Десять лет ты мою кровь пила.
Всю зарплату тебе отдавал, а ты даже нормальный обед не можешь приготовить. Ждёшь, когда я приду с работы, и ведро с мусором вынесу. Зачем ты мне вообще нужна? Всё что
ты умеешь – это пилить меня на каждом шагу. Ни разу слова от тебя хорошего не
услышал. И не говори, что потратила на меня лучшие свои годы. Без меня ты вообще до
смерти сидела бы в старых девах.
Зойка явно не ожидала от меня такого ответа. Это был шок. За минуту она несколько раз
переменилась в лице. Сначала побледнела, затем – покраснела, потом снова побледнела и
снова покраснела. Хотела что-то сказать, но не могла найти нужные слова. Сложно ей
было поверить, что муженёк-подкаблучник способен на такой бунт. Под конец её всю
перекосило и сморщило. Думал, она сейчас расплачется или вцепится мне в лицо своими
когтями. Но вместо этого Зойка вдруг развернулась и побежала в гостиную. Слышал, как
она распахнула дверцу шкафа и начала паковать в чемодан свои вещи. Я остался на кухне.
Поставил на плиту чайник, засыпал в кружку заварку и принялся ждать, когда всё это
закончится. Уходя, моя “ненаглядная” на секунду остановилась и смерила меня взглядом
полным ненависти и презрения.
-Пожалеешь ещё, Авоськин. На коленях ко мне приползёшь.
Я больше не стал спорить. Ещё через секунду Зойка выбежала из квартиры, громко
хлопнув за собой дверью. Я остался один. Просто сидел на диване и пил чай. Сначала я
чувствовал лишь растерянность, затем спокойствие и, наконец – блаженство. Сколько лет
я был лишён такой роскоши – просто сидеть на кухне и наслаждаться тишиной.
Видимо, ссора с Зойкой и запустила ту самую цепочку случайных событий, мгновенно
перевернувших мою прежнюю жизнь. В тот вечер у меня было слишком хорошее
настроение, чтобы сидеть дома. Поначалу я думал просто пройтись по городу. За
последние десять лет я почти никуда не выходил, кроме работы. И на всякий случай взял
из шкафа заначку в три тысячи. Затем спустился на лифте, сел в первый попавшийся
троллейбус и закрыл глаза. И на душе такое спокойствие. Какой же это кайф – ехать куда-
то без цели по вечерней Москве. Сколько лет я не мог себе этого позволить. Зойка ведь
всегда устраивала скандалы из-за любой моей незапланированной отлучки. Странная она
женщина. Всегда говорила, что я худший муж на свете, но при этом умудрялась ревновать
меня ко всему, что движется. А теперь я, наконец, от неё избавился. Поверить не могу в
такое счастье. Еду, куда хочу. Делаю, что хочу. И вот я откинулся на спинку сиденья, смотрю в окно, а сам весь сверкаю от счастья. Улыбка до ушей. Напеваю под нос какую-
то дурацкую попсовую песенку. Люди в троллейбусе уже начали как-то странно на меня
коситься. А мне на всё плевать. У меня сегодня праздник. Блин… за последние десять лет
я совсем забыл свой родной город. Почти никуда не хожу и нигде не бываю. Дом – работа, работа – дом. Вот, жизнь проклятая…
Из троллейбуса я вышел на ближайшей остановке. Электрозаводская улица. Сто лет уже
здесь не был. Двинул в первый попавшийся кабак, с поэтичным названием "Душевный
разговор", уселся за стойку и заказал себе рюмку водки. Рядом ещё сидел какой-то пьяный
мужичёк с грустными глазами. Постепенно разговорились. Оказался бывшим гаишником, недавно уволенным за взятку. Смешной такой. Всё жаловался на свою тяжёлую жизнь и
несправедливую судьбу. Типа, он честный мент, отдавший лучшие годы службе
Отечеству. Ну, подумаешь, взял один-единственный раз денег у хорошего человека. Все
теперь так делают. А чем он хуже остальных?
Короче, вечер пролетел незаметно. Из кабака я вышел где-то в половине первого, уже в
изрядном подпитии. Сразу было двинулся к автобусной остановке, но там как назло
стояли два полицейских. Тихонько сам про себя выругался и повернул в другую сторону.
Не хватало ещё сегодня получить штраф за нахождение в нетрезвом виде. Следующую
остановку мне также пришлось обойти стороной. Там заседала компания местных
гопников. Грубый смех, вызывающие жесты, мат и полублатная речь. Почему-то полиция
их не замечала. Я снова тихонько выругался и пошёл дальше. И что это за день такой?
Видимо, не судьба мне сегодня уехать домой на общественной транспорте.
А тут ещё в кармане зазвенел мобильник. Я почему-то сразу вспомнил о Зойке, но это
была не она.
Ознакомительный фрагмент (4 стр. из 19)