Быстро нахожу нужный номер, подношу телефон к уху и жду, пока соединят с оператором.

— Добрый день, служба поддержки «МастерЛок», меня зовут Алексей, чем могу помочь?

— Алексей, здравствуйте, — начинаю я, называю себя и адрес, — у меня установлены ваши двери. Возникла проблема с доступом в квартиру. Мне нужен специалист, чтобы восстановить вход.

— Кодовое слово для подтверждения личности?

Я диктую слово по буквам, сжимая телефон в руке. Алексей проверяет мою личность и обещает прислать инженера в течение часа.

— Отлично. Я жду, — заканчиваю разговор и спускаюсь по ступенькам вниз.

Дождь закончился, но воздух во дворе спертый, влажный, тяжелый. Под стать моему состоянию. Но находиться в таком воздухе не очень комфортно, и я решаю ждать техников в кофейне на первом этаже дома, с входами и со двора, и с улицы, и даже из подъезда — преимущество премиального дома.

Зайдя внутрь, слегка удивляюсь тому, как много столиков заняты — есть и парочки, и одинокие посетители: одни работают за ноутбуком, другие сидят, уткнувшись в телефоны, а одна девушка даже с книжкой. Но свободный стол у окна с видом во двор есть, и я иду к нему — отсюда мне будет видно, когда подъедет машина сервисной службы.

Заказываю средний капучино, хоть и знаю, что пить его, скорее всего, не буду — это плата за вход, да и не помешает чем-то занять руки.

Сижу, посматривая в окно, и мысли мои возвращаются к Алисе и ее странному поведению. Проверяю телефон — нет, дочь так и не перезвонила на кучу моих неотвеченных.

Не понимаю, что у нее в голове. Не понимаю, что это за выпады. Появляется заботливая мысль, нужно ли предупредить ее про сюрприз от папочки, но быстро отмахиваюсь от нее — во-первых, удалить Андрей мог только меня, а во-вторых — если он все же не удалил, а сменил доступ на ключевой, — то после того, как она меня кинула, пусть тоже потанцует под дверью. Ей полезно. Пусть на собственной шкуре прочувствует, на какого замечательного родителя она сделала ставку.

Смотрю на чашку перед собой, на аппетитную пенку и нарисованное сердечко на ней, но пить не могу — не лезет.

Мысли скачут с одного на другое, и в какой-то момент я возвращаюсь к вопросу, как все же Андрей смог провернуть фокус с замком? К замку, вообще-то, прилагается приложение, на которое должны приходить сообщения о неисправностях или попытках взлома и с которого можно было бы управлять замком дистанционно, но Гончаров не доверяет интернету. Он помешан на идее о тотальной слежке, о легком доступе к информации в наших телефонах, поэтому отказался от функции удаленного управления.

А значит, он должен был прийти домой, чтобы перепрограммировать данные доступа. Но как он это исполнил? Как он узнал, что меня в это время не будет дома?.. Он же даже не разговаривал со мной. Не звонил…

И тут у меня в голове будто щелкает тумблер, все встает на свои места., ответ приходит сам собой, и я задыхаюсь от всего ужаса моей догадки.

Я не могу в это поверить, но только так детали паззла складываются. Только так…

Телефон вибрирует, подпрыгивая на столике. Людка.

Мои пальцы одеревенели, но я отвечаю ей.

— Надеюсь, ты уже доехала? — голос подруги резкий, наэлектризованный. Она даже не ждет ответа, сразу переходит к главному: — Карта же не размагнитилась? Это же твой мерзавец ее заблокировал, да?

Я хмыкаю, касаясь подушечками пальцев края толстостенной чашки.

— Карта — еще не самое мерзкое из его проделок.

— Что еще? — она напрягается.

— Сменил замки в квартире.

На том конце повисает тишина.

— В смысле — сменил? Когда бы он успел?

И я понимаю, что коротким ответом не обойтись.

— Ну у нас электронный замок — интеллектуальный. Вход по отпечатку или коду. И вот он мой отпечаток из базы удалил. В общем, попасть я не могу. Но самое ужасное, что, похоже, Алиса в этом деле с ним заодно.

— Алиса?!

— Когда я приехала, у школы ее не было, и на звонки она не ответила. А сама звонила только для того, чтобы удержать меня подальше от дома и дать отцу обыграть меня.

— Охренеть... - после долгой паузы выдыхает Людка, и по голосу слышно, как она шокирована поступком Гончарова. — Они оба два, вообще, нормальные?

— Очевидно, нет, — соглашаюсь я.

Я вижу в отражении стекла, как напрягается мой подбородок, как вытягивается лицо и стараюсь сделать его мягче.

— Приезжай ко мне, — предлагает она энергично. — Вместе придумаем, как тебе домой попасть.

— Нет, Люд, не приеду. Я уже все придумала. Жду технарей. Слушай, Людок, — быстро меняю интонацию и тему: — Возьми, пожалуйста, у Татьяны номер ее специалиста и скинь мне.

Повисает еще одна, на этот раз недолгая, пауза.

— Ты передумала насчет решалы?

— Да, Люд. Передумала. Теперь я знаю, о чем с ним говорить.

Мое отражение в окне решительно кивает. Я смотрю сквозь него на резвящихся в образовавшихся лужах малышей. Они прыгают и топают, поднимая ввысь грязную воду, и я добавляю мрачно:

— Если Андрей хочет играть грязно, пусть в своей же грязи и захлебнется.

Люда молчит секунду, потом коротко говорит:

— Держи меня в курсе, Ксюх.

— Конечно, — обещаю и сбрасываю звонок, и тут же во двор въезжает черный минивэн с логотипом «МастерЛок».

Я встаю из-за стола.

Время действовать.

Глава 19. No limit

Танин знакомый Константин все еще не вернулся из медового месяца, поэтому я договорилась о встрече с его правой рукой, как назвала его Татьяна.

По телефону он о моем деле слушать не стал, предложил подъехать к нему. Но не в кабинет, а в ресторан, очень дорогой, можно сказать, элитный. Я в нем никогда не была и немного напряглась, когда он назвал место. Но поехала — какая разница где встречаться? Мало ли какие у них методы конспирации…

Алексей уже ждет в приватной комнате, куда меня проводит администратор. Обстановка подходящая: мягкий рассеянный свет, дорогой коньячный оттенок дерева в интерьере, роскошная мебель, запах хорошего кофе и дерева. Все идеально, но без показной роскоши. Продуманно. Как и сам человек, сидящий напротив.

Этот специалист по решение проблем выглядит не так, как я его себе представляла.

Никакого черного кожаного плаща, никакой запредельной брутальности, как у детективов в американских фильмах. Обычный темный костюм, темная же рубашка без галстука, никаких лишних деталей — строго и со вкусом. Яркие, внимательные и кажущиеся умными глаза. Невозмутимый, уравновешенный, собранный — мужчина, которому как будто не присущи эмоции, который привык слушать, а не говорить.

Он поднимается, когда я вхожу. Высокий, крепкий, но не перекачанный. Протягивает мне руку, я пожимаю ее — его ладонь теплая, уверенная.

— Ксения, — представляюсь я.

— Алексей Яшкин, — он кивает и смотрит чуть лениво, но оценивающе.

Я опускаюсь на стул, кладу телефон на стол экраном вниз. Заказ мы не делаем — это не свидание.

— Слушаю вас, Ксения, — переходит он сразу к делу.

Я немного отодвигаюсь назад, сижу с прямой спиной.

— Я развожусь с мужем, — произношу четко и, чуть помедлив, добавляю: — Из-за его измены.

Он никак не реагирует на мои слова, даже не кивает, типа понял или так и думал. И не кривится, не закатывает глаза, что я пришла с такой ерундой. Но может именно поэтому он и не спешит с реакциями, чтобы клиенты вроде меня не спешили с выводами, как он относится к их «проблеме». Скорее всего, ему приходится иметь дело с разными.

Я продолжаю:

— Но разводиться муж, вопреки ожиданию, не желает.

От вертящейся на языке фразе «изменять желает, а разводиться нет» я все же воздерживаюсь — не тот человек. Так язвить я могу с Людкой.

— И пытается… воздействовать на меня и на мое решение.

— Каким образом воздействовать? — все же спрашивает он, обозначая диалог, а то я чувствовала себя как на исповеди.

— Начал мелко пакостить — перекрыл доступ к деньгам, перепрограммировал электронный замок в квартире…