Annotation

Я пришла работать в гостиницу для собак и в первый же день познакомилась с Бубликом. Сто килограммов шерсти, наглости и абсолютной уверенности, что мир создан исключительно для него. А вместе с Бубликом в моей жизни появился его хозяин Андрей Воронцов. Спокойный, насмешливый и ужасно уверенный мужчина, который сообщил, что я продержусь здесь максимум три дня. Прошло три дня. Потом неделя. Потом Андрей почему-то начал приезжать за своей собакой гораздо чаще. И теперь у меня две проблемы. Бублик отказывается без меня уходить домой. А я всё меньше хочу, чтобы уходил его хозяин.

Лира Ветрова, Анастасия Шерр

Конец ознакомительного фрагмента.

Лира Ветрова, Анастасия Шерр

Я, ты и пес

Глава 1

Я потеряла работу во вторник, а в пятницу уже стояла посреди загородной гостиницы для собак с пластиковым совком в одной руке и пакетом в другой, пытаясь понять, в какой момент моя жизнь свернула с презентаций, таблиц и переговоров к обсуждению чужого пищеварения. До сокращения я семь лет работала в отделе маркетинга крупной торговой компании, знала, какой шрифт начальство считает убедительным, умела улыбаться людям, с которыми хотелось разговаривать исключительно через адвоката, и свято верила, что следующий шаг в карьере будет вверх. Следующим шагом оказалась лужа на плитке. Над ней сидел пожилой спаниель Ричард с выражением глубокого достоинства и смотрел на меня так, будто неприятность случилась исключительно из-за низкого уровня сервиса.

— Поля, не стой над ним с таким лицом, он и так переживает, — крикнула Алёна из комнаты хранения корма.

Я медленно повернула голову.

— Переживает Ричард? Алён, мне кажется, сейчас переживаю только я.

Подруга появилась в дверях с упаковкой одноразовых пелёнок под мышкой. За десять лет нашей дружбы она успела сменить три профессии, выйти замуж, развестись без войны, купить старый загородный пансионат и превратить его в небольшую гостиницу для животных с названием «Хвосты». Когда два года назад Алёна рассказывала о бизнес-плане, я рассматривала фотографии будущих вольеров, кивала и думала, что лично мне никогда не хватило бы терпения работать там, где клиенты линяют. Судьба, видимо, запомнила.

— Через неделю сама будешь различать настроение собаки по одному уху, — пообещала Алёна.

— Через неделю я найду работу.

— Конечно. А пока вытри пол и познакомься с графиком кормления.

Я фыркнула, но спорить не стала. На самом деле предложение Алёны спасло меня от очень неприятного месяца. Квартира была ипотечной, накопления имелись, однако сидеть дома и каждое утро открывать сайты с вакансиями я выдержала ровно три дня. На четвёртый начала переставлять чашки по цветам и поймала себя на том, что разговариваю с кофеваркой. На пятый Алёна позвонила и сообщила, что её администратор сломала ногу, летний сезон забит, а ей нужен человек, который умеет считать деньги, отвечать на письма и не падает в обморок от вида собачьей шерсти. Я ответила, что последнего обещать не могу. Она велела приезжать.

К обеду я уже знала, что шпиц Марс кусает швабру, такса Люся умеет открывать нижние шкафы, а лабрадор Фёдор считает любую еду общей. Мне выдали зелёную футболку с маленькой белой лапой на груди, ключи от административного домика и толстую папку с памятками владельцев. У Ричарда оказалось четыре страницы рекомендаций, у Люси две, у Марса одна строка, написанная крупными буквами: «НЕ ДАВАТЬ КОМАНДОВАТЬ». Марс сидел на подоконнике и выглядел существом, которое уже командовало всей областью.

Около четырёх к воротам подъехал тёмно-синий универсал. Из машины вышел мужчина, а я, стоявшая у стойки с журналом заселения, машинально выпрямилась. Не потому, что он производил впечатление важного клиента. Причина была менее профессиональной. Мужчина оказался высоким, широкоплечим и очень собранным, с тёмными волосами, короткой щетиной и спокойным лицом человека, который редко опаздывает и ещё реже теряет ключи. На нём были светлая рубашка с закатанными рукавами, тёмные брюки и часы, стоимость которых я предпочла не оценивать. Он открыл багажник, и оттуда появился пёс размером с небольшой холодильник.

Бернский зенненхунд тяжело спрыгнул на землю, встряхнулся и тут же обдал хозяина слюной.

Моя симпатия к собаке возникла мгновенно.

— Добрый день, — сказала я, выходя на крыльцо. — Вы к нам?

Мужчина посмотрел на вывеску над моей головой, потом на меня.

— Надеюсь. Иначе я оставлю Бублика в бухгалтерии соседнего автосервиса.

Я опустила глаза на пса. Тот радостно открыл пасть.

— Бублик?

— У меня был сложный период, когда я выбирал имя.

— Понимаю. А у него?

Уголок мужского рта дрогнул. Так быстро, что я едва заметила.

— У него этот период продолжается шестой год.

Он протянул мне ветеринарный паспорт и представился Андреем Воронцовым. Я нашла бронь в системе и мысленно обрадовалась, что хотя бы с компьютером здесь всё знакомо. Радость длилась до момента, когда Андрей поставил на стойку холщовую сумку, достал контейнер с кормом, пакет лакомств, складную миску, другую миску, щётку, полотенце и жёлтого резинового утёнка с откусанным крылом.

— Утёнок обязателен? — спросила я.

— Если хотите спать ночью, да.

— Я домой уезжаю.

— Тогда можете рискнуть.

Я снова посмотрела в анкету. Там значилось, что Бублик кормится два раза в день, принимает одну добавку для суставов, любит яблоки, не любит бананы, боится пылесоса и тревожится во время грозы. Следом шло ещё несколько пунктов, и каждый делал моё лицо серьёзнее.

— Он не ест из металлической миски, — сообщил Андрей. — Только керамика или пластик. После вечерней прогулки нужно вытирать лапы. Полотенце своё. Если предложить таблетку отдельно, выплюнет. Лучше спрятать в кусочке сыра.

— А если сыр будет недостаточно выдержанным, он подаст жалобу?

Теперь Андрей улыбнулся уже заметно. Улыбка у него оказалась неожиданно тёплой и сильно мешала мне считать его занудой.

— Может написать отзыв.

— Тогда сыр будет хорошим.

Алёна появилась из коридора, поздоровалась с Андреем как со старым клиентом и, к моему раздражению, оставила оформление на меня. Я провела Бублика к большому номеру с выходом в отдельный мини-дворик. Пёс шёл рядом, временами прижимаясь боком к моей ноге. Весил он, вероятно, почти как я, поэтому после второго такого проявления чувств меня внесло плечом в стену. Андрей успел поймать меня за локоть и тут же отпустил. Короткое прикосновение почему-то я заметила сильнее, чем стоило.

— Он считает себя компактным, — сказал Андрей.

— И скромным.

— Это тоже.

В номере Бублик обнюхал лежанку, миски, дверь, мою обувь и наконец уселся. Андрей присел перед ним, погладил огромную голову, что-то тихо сказал, а потом поднялся. В этот момент его спокойная деловитость исчезла на пару секунд. Я увидела мужчину, которому тяжело оставлять собаку, и поняла, зачем в сумке собственное полотенце, утёнок и пять видов инструкций. Внутри стало мягче.

— Я буду присылать фото вечером, — пообещала я. — И если что-то изменится, сразу позвоним.

— Спасибо.

Бублик проводил хозяина взглядом, дождался, когда закрылась дверь, и тяжело вздохнул.

Я присела рядом на корточки.

— Не переживай. Пять дней быстро пройдут.

Пёс положил мне лапу на колено. Лапа была размером с тарелку.

— Только давай без зависимости, хорошо? Я здесь временно.

Бублик лизнул меня в подбородок.

Вечером, уже в машине, я получила сообщение от незнакомого номера: «Как он?» Под сообщением стояло имя Андрей, потому что я успела сохранить контакт клиента. Я отправила фотографию Бублика, который спал на спине, раскинув лапы, а на животе у него лежал тот самый утёнок.

Ответ пришёл почти сразу: «Предатель».

Я улыбнулась экрану и впервые за пять дней не подумала о работе, которую потеряла.