Мама, я женюсь! Или уговорим невесту позже

Глава 1. Привет, незнакомка!

Я спала. Могла же я позволить себе в последний раз поспать в нормальной кровати? Вот и я подумала, что могла, поэтому сняла себе номер на хорошем постоялом дворе, вкусно поужинала и пристроила свою буйную голову на подушку.

Кажется, даже задремать успела. Как вдруг…

Бум, хрясть, топот, крики – и все это точно надо мной.

Тут даже мертвый восстал бы – а я знала, о чем говорила!

Спросонья все, что успела, это сесть, распахнуть глаза и сформировать в правой руке простое, но действенное оглушающее заклинание. Только оглушать было некого: все хулиганы были вне зоны моей досягаемости.

Наверху что-то упало – громко! – и покатилось в угол. Удар – кажется, кто-то колошматил в дверь. Скрип в районе окна – и это точно была дверца, но не входная – если мне не изменяла память, этажом выше у номеров были балкончики (мне такой тоже предлагали, но переплачивать за вид на столицу смысла я не видела).

Я только раздраженно вдохнула, мысленно пожелала всем наверху дружно подавиться своими семейными драмами и решила, что, если через минуту не затихнут, я лично поднимусь и помогу им упокоиться.

Судьба, как обычно, решила, что это слишком простой вариант.

Что-то ударилось о мой подоконник. Потом скрежетнуло.

А после в распахнувшееся окно влетело мужское тело.

Именно так. Не «вошло», «заглянуло» или «осторожно проникло».

Влетело.

Я отшатнулась вместе с одеялом, оглушающее заклятие в руке вспыхнуло ярче, а незнакомец, пролетев полкомнаты, с грохотом растянулся на полу у кровати.

На секунду воцарилась тишина.

Потом это безобразие приподнялось на локтях, откинуло с лица темную прядь и ослепительно мне улыбнулось.

— Привет, незнакомка!

Я уставилась на него так, как обычно смотрела на особо одаренных первокурсников перед тем, как отправить их копать могилы для учебных скелетов. Не в переносном смысле. На факультете некромантии переносные смыслы вообще плохо приживались.

Парень был молод. Слишком молод, слишком красив и слишком доволен собой для человека, который только что ввалился ночью в чужое окно. Рубашка расстегнута чуть не до пояса, волосы растрепаны, сюртук держался на одном плече и честном слове, сапог на одной ноге был, на второй нет. Да и вообще вид у нахала был такой, будто он не убегал от беды, а вышел прогуляться и случайно ошибся номером.

— Какого демона, — очень внятно спросила я, — ты тут делаешь?

— Спасаюсь, — с готовностью ответил он, даже не пытаясь подняться. Устроился на полу удобнее, будто так и было задумано. — И, надо признать, удачно. У вас здесь неожиданно уютно.

— У меня здесь неожиданно закрыто. Было.

— Это временно, — заверил нахал. — Я уже почти жалею о вторжении.

Сверху снова раздался грохот.

Женский вскрик.

Мужской рык.

Еще чей-то голос – такой высокий и трагический, что, думаю, он мог принадлежать либо оскорбленной супруге, либо очень впечатлительной служанке.

Я моргнула. Потом еще раз. Потом все сложилось в ту картину, от которой захотелось не просто вышвырнуть гостя обратно в окно, а еще и чем-нибудь тяжелым приложить напоследок.

— О-о-о, — медленно произнесла я. — Так тебя застали в чужой постели!

Парень приложил ладонь к груди.

— Какая грубая формулировка.

— Зато точная?

Он чуть склонил голову набок, словно всерьез обдумывал, стоит ли сейчас лгать женщине в одной сорочке, держащей в руке боевое заклинание.

— Скажем так, — произнес он наконец, — меня крайне несправедливо застали в обстоятельствах, которые со стороны могли показаться компрометирующими.

— Со стороны кровати?

— Вы удивительно быстро схватываете суть.

Я села ровнее, натянув одеяло до подбородка. Не из стыда, просто не любила, когда в моей комнате валялись полуголые мужчины и чувствовали себя при этом хозяевами положения. Это действовало на нервы.

— Вон.

Учитывая, что руки у меня были заняты, пришлось указать на дверь подбородком.

Незнакомец вздохнул.

— Боюсь, это затруднительно.

— Я сейчас тебе помогу.

— Не сомневаюсь. Но, видите ли, этажом выше, кажется, уже находится муж. И если я сейчас проявлю себя, как честный человек, то меня, вероятнее всего, попытаются убить.

— Какая потеря для общества.

— А я обществу еще нужен.

— А мне – нет!

Наверху кто-то заорал:

— Куда он делся?!

Женский голос – оскорбленно и истерично:

— Я не знаю!

Еще один – с придыханием:

— В окно! Он выпрыгнул в окно!

Визуалы

Арчибаль Стоунхарт. Курсант, выпускник столичной военной академии. Наша главная героиня. Имя пока оставим в секрете, пусть Арчи сам узнает) ___ Постараюсь давать новые главы каждый день! Как вам герои? А как знакомство? В духе отца?)

Глава 2. Пока, незнакомец!

Я так ни разу в жизни не целовалась.

Не то, чтобы у меня был обширный опыт в этом плане – так, скорее, баловство с проверенными лицами, с которыми кроме этого самого баловства ничего и быть не могло. Но в моей голове поцелуи выглядели… иначе.

Скромнее. Понятнее. И уж точно не так, будто из-под ног внезапно выдернули пол, потолок и заодно здравый смысл.

У него были теплые губы, наглые руки и совершенно возмутительная способность делать вид, будто все происходящее – не бедствие, а вполне естественный ход вещей. Будто мужчины каждую ночь падают в чужие окна, валят на кровать незнакомых женщин и целуют их так, что у этих женщин на несколько бесконечно долгих мгновений перестает существовать все остальное.

А я, между прочим, была некроманткой.

Я имела дело с поднятыми покойниками, кладбищенскими прорывами, проклятыми костями, вдовами с топорами и одним особенно упрямым духом, который три недели подряд приходил ко мне жаловаться на собственное завещание.

Меня было сложно впечатлить.

Но этот поцелуй…

Проклятый, невозможный, совершенно недопустимый поцелуй вдруг оказался не просто поцелуем, а целым новым миром, о существовании которого я до сих пор как-то не удосужилась задуматься. Не потому, что боялась. Просто… зачем? В моей жизни и без того хватало интересных занятий. К примеру, раскапывать старые захоронения и спорить с мертвыми было куда предсказуемее, чем иметь дело с живыми мужчинами.

А тут оказалось, что живые мужчины иногда умеют делать такое, от чего все мысли в голове дружно сбиваются в кучу и перестают быть полезными.

Я даже не сразу поняла, что дверь, кажется, перестали открывать.

Голоса за ней стихли, потом кто-то сдавленно кашлянул. И другой голос – уже совсем смущенный – пробормотал что-то вроде:

— Кхм… госпожа, мы… полагаем, у вас все в полном порядке.

Следом раздались поспешные шаги.

Только после этого снаружи очень вежливо, с отчетливым желанием оказаться как можно дальше от моего номера, повернулся ключ.

Щелк.

Вот этот звук и привел меня в себя лучше любого ледяного обливания.

Я распахнула глаза и осознала три вещи сразу.

Во-первых, мерзавец все еще находился сверху.

Во-вторых, одна его рука лежала у меня на талии самым неподобающим образом.

В-третьих, я только что позволила неизвестному нахалу заткнуть мне рот поцелуем и почти забыла, что собиралась сдать его первому же озверевшему супругу.

Это было уже чересчур!

— Ах ты...

Договаривать я не стала.

Вместо этого просто вскинула ладонь, и волна силы ударила в наглеца снизу вверх с таким удовольствием, будто сама давно ждала подобной возможности.

Парня оторвало от меня, как плохо прибитую гардину в бурю. Он перелетел через полкомнаты, впечатался спиной в стену, сшиб стул, а потом еще и получил сверху подушкой, которую я метнула уже исключительно из принципа.