При расставании я "не заметил" протянутой руки барона и долго потом, после его отъезда смывал с себя липкую грязь его присутствия. Даниэль был со мной полностью солидарен. Он даже отказался от засахаренных фруктов, которые я предложил ему "в уплату" за помощь при этом разговоре.

В науке барона Рада я по-прежнему был отстающим. И по времени возможного нахождения в "фокусе" и по самому проценту ускорения восприятия я был хуже даже того же Гуго или своих телохранителей. Единственно, в чём я был лидером - выходить из ускоренного восприятия самостоятельно до истощения по-прежнему мог я один.

День рождения Терезы в этот раз обошёлся без каких-либо сюрпризов, если не считать таковым робкие попытку Гуго поухаживать за Кристи. А я-то думал, что ему нравится Тереза! Впрочем, Кристи настолько явно показывала, что она принадлежит мне, что бедный Гуго скоро отстал.

А ночью после дня рождения, Кристи устроила мне прогулку. Да уж, после этой прогулки, лошади без боя уступили первое место среди моих любимых средств передвижения.

***

Приближение очередного выброса я почувствовал двадцать девятого апреля и тут же сорвался в маркизатство. Там я запланировал провести время до сессии, тем самым "отбыв срок" за лето, поскольку скачки в Аскоте и так лишали меня части законного отдыха. Дожил, уже скачки воспринимаю как тяжкую обязанность! Но ведь так оно и получается! А исполнение тяжких обязанностей требует адекватной компенсации.

Приехав, я тут же озадачил Клода поиском подходящей виллы на Майорке сроком с середины июня по начало июля. Сам же связался с тетей Жаклин и попросил её помочь в поиске. Она с радостью восприняла эти новости и тут же стала строить планы на совместные с её семьёй развлечения для моей "свиты".

Выброс прошёл ожидаемо тяжело, несмотря на то, что в этот раз я нисколько не экспериментировал. Да и резерв в результате выброса вырос всего на восемь десятых эона.

В этот раз я чётко решил отлежаться в постели ровно столько, сколько потребуется для полного выздоровления. Тем более, что до приёма у родовитой Клариссы было ещё три дня.

Вот как раз три дня я и отлежал. Нормально уснуть получилось только уже в пятницу. Правда и уснул я уже так, что на приём меня пришлось поднимать.

Не успел я удивиться многолюдности сборища, как был сразу же "атакован" различными деловыми предложениями. Что меня насторожило - большинство этих предложений исходило от Галлов - либо "Галлов из Галлии" либо Галлов, давно уже живущих здесь, либо людей, известных мне как активные сторонники "прогалльской" партии. Очевидно, со строительством железной дороги увеличение влияния Галлии в этом районе стало несколько больше, чем я или правительство Белопайса рассчитывали.

Чего мне только не предлагали! Самым запоминающимся предложением было строительство крупного рыбоперерабатывающего предприятия. Ага, в десятках километров от моря. В конце концов мне это надоело и я сбежал к дамам, нагло воспользовавшись преимуществами своего возраста.

Мой расчёт оправдался... процентов на пятьдесят. Да, действительно, из-за малых лет я не мог рассматриваться как добыча для этих "светских львиц". Однако, я совершенно выпустил из виду, что на Земле женщины не менее мужчин занимаются делами. Так что, по большому счёту, я поменял лишь источники "соблазнительных" предложений, сами же предложения остались прежними. Так что я натравил их на родовитого Этьена, а сам сбежал.

Остальные дни моего пребывания в маркизатстве запомнились мне лишь эпизодом суда над родителями одарённого мальчика, который устроил выброс и разрушил лавку соседа - горшечника. Не став долго разбираться, я взял с горшечника клятву об истинности ущерба и выплатил его, повесив свою выплату в виде беспроцентной ссуды на мальчика, с обязательством погасить долг в течение двадцати лет. От штрафов же я родителей мальчика избавил, поскольку по их показаниям это был его первый выброс, а сами они были неодарёнными.

Восьмого мая я выехал в Лилль. Придя к мастеру-ремесленнику, я застал его за необычным занятием. Мастер с остервенением раскурочивал какую-то конструкцию, потерявшую уже первоначальный вид настолько, чтобы я не смог опознать её даже приблизительно, время от времени прикладываясь к бутылке. На мой резонный вопрос - что это такое, он ответил:

- Это? Это мой самый большой провал. Это моя попытка изготовить систему личных накопителей, защищённых от воздействий противника.

- Вы о тех накопителях, которые служат дополнительными источниками энергии в бою?

- О них. - и он выдал мне целую лекцию о таких накопителях, на основании которой я пришёл к следующим выводам.

Накопители, используемые в бою, чаще всего помещали на запястье вооружённой руки. Это было не очень эффективно, увеличивало время на создание заклинаний и выдавало противнику состояние своего резерва. Поэтому разными мастерами предпринимались попытки усовершенствовать эту конструкцию. Результаты одной из таких попыток я и имел честь наблюдать.

Увиденное и услышанное заставило меня задуматься. Но такое размещение накопителей практикуется исключительно из-за слабого развития энергоканалов! Я же могу поместить этот накопитель в воротник, поближе к каналам между головой и средоточием. Это должно уменьшить потери энергии процентов на пятнадцать и сделать автоматическим смешивание энергии из средоточия и накопителя. Кроме того, нестандартное размещение накопителя сделает его незаметным для противника.

Короче, достоинств у подобного размещения накопителя было множество, недостаток же всего один, но зато какой! Попадание заклинания в заряженный накопитель может привести к его взрыву. Но одно дело, взрыв на руке, и совсем другое - на шее. Так что я лучше подожду развития моего резерва до пятидесяти эонов и сделаю всё как положено в Гиперборейской Империи - свяжу свой канал на пространственный план с резервом. Мелькавшие у меня ранее мысли попробовать связать канал пораньше, с меньшим резервом, после моих экспериментов с собственными выбросами куда-то подевались, как и не было.

Мастер-ремесленник же, не имея чёткого представления о системе энергоканалов, проходящих по человеческому телу (мелкие каналы с его уровнем развития магического зрения оставались невидимыми), решил разместить накопители под левой подмышкой, ориентируясь на достаточно крупный канал, проходящий там. Я, естественно, мог указать ему на ошибку - там, где он хотел разместить накопитель, проходит канал не к источнику, а от источника и естественно, вся энергия рассеивается попусту, или, что ещё хуже, накапливается в организме. А последствия накопления в организме чужой энергии, думаю, понятны. Мог, но не стал этого делать. Нет, даже не потому, что пришлось бы признаваться в том, что моё зрение значительно более совершенно, а потому, что взрыв в этой области немногим менее опасен, чем взрыв на шее. Ставить же накопитель туда, где он не причинит при взрыве смертельного вреда и вовсе для жителей Земли, с их развитием энергоканалов, бессмысленно.

Хотя... есть ведь и ещё один вариант. Просидев вечер над принципиальной схемой, я принёс её утром мастеру-ремесленнику. Тот только глянул на неё и сказал:

- Обычный энергетический пояс боевых магов древних времён. Ныне не повторяем из-за отсутствия материалов, с которыми нужно работать для его изготовления.

- Извиняюсь, я просто хотел помочь.

- Спасибо за попытку, но увы...

- Больше в эту сессию ничего выдающегося и не произошло, если не считать мой выдающийся результат в алхимии твёрдого тела - ноль баллов из ста возможных. И то, что алхимию твёрдого тела обычно проходят лишь студенты, то есть одарённые, уже закончившие школу, в глазах профессора де-Эйк меня нисколько не извиняло.

***

Смешно, но попав на Землю уже полтора года как и постоянно перемещаясь с места на место я впервые столкнулся с необходимостью найма экипажа до Кобленца и потом до Люксембурга. Конечно же, я мог сразу переместиться в Люксембург, уж там бы мне в карете бы не отказали, но расстояние от Франкфурта-на-Майне до Кобленца в полтора раза меньше чем до того же Кобленца от Люксембурга.