наконец, в нужный кабинет.

– Миледи, – поднялся из-за стола и пошел мне навстречу представительный черноволосый мужчина. Я сразу обратила внимание на безукоризненную военную выправку. – Вы не сочтете за дерзость, если я вам представлюсь сам?

– Нет, милорд. Почту за честь.

– Полковник Гилмор к вашим услугам, – поклонился мужчина.

– Миледи Вероника, – присела в реверансе я.

– Искренне рад, миледи. Мое почтение. Что же привело вас к нам?

– Простите… Я понимаю, что ворвалась к вам, нарушая все правила. Но мне действительно очень надо увидеть мастера Рэма Рэ.

– Я даже представляю себе, по какому вопросу, – нахмурился милорд Гилмор. – За эти месяцы не видел его в таком состоянии. Я дам вам возможность поговорить. Хотя… вчера с ним разговаривал принц Тигверд. Стало только хуже…

– Замечательно, – рассердилась я. – А меня в известность поставить?!

Полковник просто поклонился. Ну да – что я хочу от этого патриархального общества… Тут даже Восьмого марта нет – чтобы был день, когда женщина могла бы высказаться. Ну ничего. Будет! Скоро вам… мало не покажется! Я буду жалить вас печатным словом! Может, переименовать «Имперскую сплетницу» в «Имперскую пчелу»? Или «Имперскую змею»? Нет – змей, пожалуй, и так хватает, а по поводу пчелы надо подумать. Звучит…

– Могу я справиться об остальных сыновьях? Как Пауль? – сменила я тему.

– Пауль? – Исполняющий обязанности ректора явно обрадовался тому, что я не стала скандалить. – Хорошо. «На двух стульях не усидишь» – так, кажется, сказал мальчик. Интересная фраза.

– Да, у нас так говорят. Это что-то вроде пословицы – народной мудрости, – улыбнулась я.

– Понимаю. Знаете, с учениками из других миров всегда очень интересно. Принципы совершенно другой школы фехтования скрестились с нашей и дали, на мой взгляд, прекрасный результат. К тому же он – любимый ученик милорда Верда. Пауль намерен выиграть турнир по фехтованию. Похоже, он отложил решение всех вопросов, связанных со своей жизнью, до финала этого мероприятия. Похвально.

– А Феликс?

– О, его обучение организовал лично милорд Ирвин Лидс. Обычная практика – к нам по очереди прибывают целители из университета. Общие дисциплины мастер Феликс Рэ посещает с первым курсом в общем потоке. Физическую подготовку согласовали с целителями.

– Это замечательно, – растрогалась я.

– Как только вы поговорите с мастером Рэмом, я разрешу вам свидание с ними тоже. Только недолго. Поймите меня правильно – это и так против правил…

– Спасибо вам. Вы даже не представляете, как много для меня будет значить это послабление… Спасибо!

– Я очень давно знаю милорда Верда, – вдруг проговорил военный. – Видел его в разных ситуациях и в разных состояниях. Только не видел его счастливым. Пока не появились этой осенью вы и мальчики. Берегите себя…

В дверь постучали.

– Войдите, – отозвался полковник Гилмор.

– Кадет первого курса Рэм Рэ по вашему приказанию прибыл! – отчеканил мальчишка.

– К вам матушка пришла, – с легкой насмешкой отозвался военный. – Я решил дать вам время поговорить.

– Благодарю вас, милорд, – склонила я голову.

Исполняющий обязанности ректора Академии оставил нас одних.

– Рэм, – подошла я к юному герцогу.

– Я думал, вы не захотите меня видеть, – прошептал он.

– Рэм, что за глупости? Почему?

– Это я во всем виноват. Это из-за меня страдаете и подвергаетесь опасности вы, ваша семья, дети…

– Виноват тот, кто затеял государственный переворот. И я уверена, что он или она поплатятся за все со временем… И это просто счастье – что мы все живы! – Я с силой сжала его плечо, стараясь смотреть прямо в глаза.

– Вы злитесь?

– Конечно, нет! Я обустраиваю свою жизнь, нашла дело, которым хочу заниматься. С осени, если принц Ричард Тигверд не прекратит меня злить, организую себе несколько лекционных пар в неделю. Где-нибудь… Да хоть у вас, в Военной академии. Ты не против? Будешь ходить?

Рэм несмело, но хихикнул.

– Вот-вот, – одобрительно кивнула я. – Так-то лучше! А в целом… Рэм, поверь мне, все хорошо! Ты знаешь, я решила издавать журнал имперских сплетен. Через месяц – бал в Императорском дворце. Так что жизнь ожидается насыщенная…

– Я завидую Паше. И Феликсу.

– Но почему?

– Я очень люблю свою маму, миледи. Уважаю безмерно… но она прежде всего герцогиня. И мой сюзерен. Близких, домашних… нежных отношений у нас в семье никогда не было. И теперь уже никогда не будет. Мне жаль, что это так.

– Только не забудь этого, Рэм, когда у тебя будут свои дети, – улыбнулась я ему. – Пожалуйста, будь им сначала отцом. А потом уже повелителем… Обещай мне.

– Слушаюсь, миледи Вероника! – насмешливо склонился он передо мной.

– Я не шучу… Пожалуйста, обещай мне! Это важно…

– Обещаю, матушка. Вы моя вторая мама, и я выполню ваш наказ. – Рэм улыбался. Озорно, светло, искренне. В основном он был серьезен и даже немного печален. Тем ценнее были для меня те немногие моменты, когда он улыбался.

– То есть теперь ты отменишь побег?

Рэм посмотрел на меня изумленно.

– Даже Пауль и Феликс не знают, что я собрался уйти. А вы?..

– Почувствовала. Ты что-нибудь знаешь о маме?

– Идет война, но перевес уже на нашей стороне – осталось немного. Герцогиня просила пока оставаться в Академии, – тихо сказал Рэм. – Но я решил…

– Она против того, чтобы ты присоединился к ней?

– Ее гнетут какие-то предчувствия. Она запретила. Говорит, что нет ничего важнее моей безопасности, что это очень важно. Я – наследник.

– Рэм… Я уверена, что герцогиня Рэймская права. И как герцогиня, и как мама. Я нисколько не сомневаюсь в зрелости твоих решений. Ты не поступил бы безответственно, но…

– Вы мне льстите… – Бледные щеки юного герцога чуть-чуть порозовели.

– Ничуть. Мои слова совершенно искренни. Я очень горжусь тобой, Рэм, и часто ловлю себя на мысли, что мне есть чему у тебя поучиться. Но сейчас очень прошу – пожалуйста, послушайся герцогиню. Обещай, что как минимум сообщишь заранее о своих действиях.

– Обещаю, – нехотя, но все-таки сказал юный герцог.

Через какое-то время к нам присоединились остальные сыновья. И если Феликс был молчалив – просто подошел и сел рядом, то Паша был в ударе. Это его настроение я называла: «Цирк уехал – клоуны остались!» Он смешил нас с юным герцогом и младшим братом. И делал он это не просто так. Он хотел помочь братьям – разрядить обстановку. Он маскировал свое детское желание просто обнять меня, как раньше. Иногда я замечала, что он мне подмигивает и смотрит совсем другими глазами… Умными, серьезными… Печальными.

Мальчишки росли и превращались в молодых мужчин. А я… Я не успела! Я не успела к этому подготовиться, я не успела с собой договориться, я не успела достаточно состариться душой и не душой, чтобы быть мудрее, сильнее – настолько, чтобы они могли на меня положиться.

Я вспомнила сказку о Золушке – король возмущенно кричит, что ему не доложили о том, что его сын уже вырос… Вот и мне… не доложили. А они уже выросли, и что мне теперь делать? Мои