«Ну, приплыли» — сокрушённо подумал Данила.

Щёлкнул на «сохранить файл» и выключил ноутбук. Всё равно поработать в присутствии этих дев не получится.

Пройдя к стеклянной двери, отодвинул её в сторону, улыбнувшись:

— Приветствую вас, леди.

— Привет, что-то тебя вчера не было, — убирая айфон в карман синего короткого платья, Элина подошла к парню и упёрлась локтём в его плечо, — где шлялся? Колись.

— Уснул на пляже, — хмыкнул Козловский.

— Где там Алинка? — раздеваясь до купальника, недовольно спросила Сусанна.

Собрав белые волосы в пучок, она схватилась за перилла бассейна и стала спускаться в него.

— Алина тобой недовольна, ты в курсе? — пафосно жуя, спросила Элина.

— Да, она мне высказала своё недовольство, — кивнув, парень перевёл взгляд с шатенки на блондинку, — пить будете?

Асимова влетела на задний двор в одном только купальнике. Схватив Элину, потащила к бассейну, намереваясь её сбросить в воду.

— Дура! Только попробуй! У меня айфон в кармане!

Завязалась борьба, приправленная визгами и смехом.

В очередной раз тяжело вздохнув, Козловский вернулся к гостиную, задвинув за собой дверь. Где-то в отдалении пиликал смартфон. Оказалось, он находится на диване под грудой покупок Асимовой.

Номер был неизвестный.

— Алло.

— Данила, это я. Узнал? — голос Майкла звучал приглушённо и, вообще, было странно, что он звонит. И чертовски приятно.

— Да, конечно. Ещё раз привет.

— Я уже ухожу с вечеринки. Ты не хочешь встретиться?

— Можно, — мгновенно отозвался Козловский, будто только того и ждал, — где и когда?

— Давай минут через двадцать у кинотеатра «Севилья»? Я тут неподалёку.

— Отлично, скоро буду.

— Жду.

Нажав на «сброс», Данила поспешил в душ. Ещё нужно было переодеться, чтобы предстать перед Фассбендером в надлежащем виде.

***

Здание кинотеатра находилось напротив старинного собора, закрытого на реконструкцию. Козловский ошалел от красоты, стоило поднять голову: персиковый свет солнца играл с высокими куполами и башнями, обволакивая их.

Парень так и стоял, задрав голову и жмурясь. Свет то появлялся, то прятался за острым шпилем, будто играл со своим зрителем.

— Не знал, что ты любишь и купил две колы, — Майкл широко улыбался, напоминая это самое солнце.

— Кола? Спасибо, — принимая запотевший картонный стакан, Данила задержался взглядом на глазах мужчины, — ты такой…

— М? — ирландец прихватил губами трубочку, с интересом изогнув бровь.

— Солнечный.

Актёр ничего не ответил, медленно потягивая чёрную газировку, в глазах блестели огоньки азарта.

Они молча пошли по широкой улице, наслаждаясь погодой и запахом моря. На душе было столь спокойно и хорошо, что голова шла кругом. В солнечном свете Майкл походил на мифическое существо. Слишком яркий, слишком красивый, слишком притягательный.

— Слушай, у меня возникла идея, — делая последний глоток из трубочки, ирландец выбросил стакан в урну.

— Какая? — улыбнулся Данила, потягивая остатки газировки.

— Давай прокатимся на небольшой яхте? Посмотрим на звёзды в открытом море.

— Что?! — рассмеявшись, он чуть не подавился водой, — чёрт возьми, не знаю… Ею же нужно управлять.

— Да ничего сложного. Идём, — Фассбендер мягко обхватил запястье брюнета, заставляя того невольно вздрогнуть, — идём.

И Козловский сдался, кивнув. Выбросив и свой стакан, позволил повести себя к берегу.

***

Майкл пользовался своим обаянием более, чем успешно. За каких-то пять минут он договорился со смотрителем небольших прогулочных яхт.

— О, сеньор, мы уже закрываемся! — расстроенно начал тот, но Фассбендер мягко сжал его плечо и что-то зашептал.

В итоге уже через несколько минут они находились на яхте, бойко отчаливающей от берега.

Пока Майкл разбирался с управлением, Данила спустился в каюту. В небольшом холодильнике он нашёл красное полусладкое и несколько пачек мясного и сырного ассорти.

Отыскав тарелки и поднос, Козловский разложил нарезку и наполнил вином бокалы. Составив всё, вернулся на палубу.

— Красиво, — произнёс он, устанавливая поднос на полу.

Усевшись удобнее, вытянул ноги и задрал голову к небу. Лицо освежал приятный ветерок, а солнце медленно сползало к линии горизонта.

Фассбендер за управлением казался самым настоящим капитаном.

— Командир, не желаете присоединиться? Тут вино, какое-то мясо, ветчина и сыр, — беря один бокал, шутливо произнёс Козловский.

— Да, сейчас, — удостоверившись, что ветер будет спокойно нести яхту по волнам ближайшее время, ирландец опустился возле русского, — часто бывал в открытом море?

— Нет, — смакуя вино, Данила блеснул карими глазами и улыбнулся, — я живу достаточно спокойной жизнью.

— И как, нравится?

— Вполне. Итак, за что выпьем?

— За знакомство! — по-акульи оскалившись, актёр чокнулся своим бокалом с бокалом русского.

Какое-то время они молча ели и пили вино, блаженно щурясь от ласк южного ветерка.

Майкл думал о том, насколько же красив этот русский. Было в нём нечто тёплое, приятное, домашнее. Крутясь в мире шоу-бизнеса, мужчина не так часто видел что-то чистое, простое. Пусть Данила не был ангел с белыми крыльями, но сердце подсказывало, что «это то, что нужно». Он не такой, как большинство голливудских волчар, и дело не в том, что он не актёр. Майкл видел, как тот засматривается морем, как грезит от звёзд, как ошеломляюще романтично взирал сегодня на купола старого собора, красиво осквернённые солнцем. Не каждый способен на это.