На завтрак отвели ровно двадцать минут, и этого времени хватило с запасом. В отличие от интерната, здесь никто не контролировал раздачу еды, и мы могли накладывать себе всё, что захотим, и в любых количествах. А вот на разговоры времени не осталось, и наша привычная утренняя беседа с разбором полётов была вынужденно отложена на неопределённый срок.

Да и вот уроки никто не отменял. Общеобразовательные предметы начались сразу после завтрака. Домашние задания тоже остались на месте. Но когда мы будем их делать, я так и не понял. Загруженность в академии была практически стопроцентной. Впрочем, школа продлилась у нас до обеда, а следом пошла профессиональная подготовка. Пока мы все занимались в общей куче, но каждый раз нам напоминали, что скоро случится разделение на специальности.

С обеда явился Мишка. Довольный, как слон. Естественно, что мы тут же его облепили и засыпали вопросами.

— Ну как ты? — первым делом спросил я.

— Что там с тобой делали? — выпалила Дашка, зачем-то ощупывая приятеля.

— Ну ты чё так долго? — Санёк пихнул друга локтем.

— Да тихо вы! Налетели. — Он слегка отстранился, бережно баюкая правую руку в новой фиксирующей шине. — Операцию делали.

— Операцию? Какую? — удивлённо выпучила глаза подруга. — С тобой что-то не так?

— Да хватит уже щипаться! — нахмурился он и отстранился от Дашки. — Всё со мной так. Просто локоть отремонтировали. Прикиньте: они из меня кровь взяли и на её основе целый сустав на принтере напечатали. Мой собственный, такой, как и должен быть. Потом руку разрезали, старый спилили и на его место новый вставили.

— Какой ужас! — Дашка прижала ладошки ко рту. — Болит?

— Нет, я под уколами сейчас, — покачал головой он. — Мне какой-то новый препарат дают, для ускоренного заживления. Сказали, что через неделю буду уже в строю.

— Это же офигеть не встать! — обрадовался Санёк и приложил приятеля ладонью по спине.

— Да тихо ты, слоняра, не тряси меня! — возмутился Косой. — Вдруг что-нибудь отвалится. А ещё мне новый имплант поставили, на глаза который. Я теперь могу выводить два разных интерфейса…

— Взвод, стройся! — рявкнул староста, и мы быстро встали в одну шеренгу.

В помещение вошёл очередной офицер. На этот раз нам выделили аж целого майора. Так он нам и представился:

— Здравия желаю, товарищи курсанты, — спокойным голосом произнёс он. — Моя фамилия Михеев, для вас я — Александр Петрович или просто: товарищ майор.

— Здравия желаю, товарищ майор! — прогавкал наш взвод.

— Я буду вести у вас предмет «Огневая подготовка». Здесь вы изучите все виды стрелкового оружия, начиная от пистолета и заканчивая станковым пулемётом. Более тяжёлое вооружение уже прерогатива специальных войск. Но уверяю, вам и этого хватит. Итак, сегодня у нас теоретическая часть. Ну а в конце, мы всё же немного поработаем с пистолетами. У кого-нибудь есть опыт обращения с огнестрельным оружием?

На всякий случай я поднял руку. Не сказать, что у меня этот опыт богатый, но две пули я всё-таки выпустил, а значит, он имеется. Кроме меня, руку подняла Карина, чему я, в общем-то, не удивился.

— Ясно, — кивнул майор. — Посмотрим, что вы умеете. Итак, приступим: на конец третьего тысячелетия самым эффективным оружием всё ещё остаётся огнестрел. Да, оно претерпело множество изменений и усовершенствований с момента своего создания, но одно осталось неизменным: это патрон. Он состоит…

А дальше пошла теория с наглядными изображениями в виде голограмм, где в коротких видео, под монотонный голос майора, нам объясняли действие патронов, траекторию полёта пуль и так далее. Также майор рассказал и о других видах современного оружия: лазерные винтовки, плазменные и даже эдакой модификации огнестрела, которая работала на газовой смеси. То есть патроны там как таковые отсутствовали, что увеличивало ёмкость магазина. Однако энергия у таких пуль была слабовата и подобное оружие использовалось только для ближнего боя. Но в целом принцип действия оставался тем же. В специальную камеру поступала смесь газов, которая воспламенялась холодной искрой. Происходил микровзрыв, он-то и выталкивал из ствола пулю. Однако широкого применения данный вид оружия не нашёл.

Лазерные винтовки, несмотря на свою современность, тоже не пользовались популярностью. Во-первых, любая зеркальная поверхность уже считалась отличной защитой. А во-вторых, мощный луч мгновенно демаскировал огневую позицию. Плазменное оружие было слишком громоздким и тяжёлым, хотя и имело огромную убойную силу. Увы, но на данный момент свести эти показатели хотя бы к характеристикам огнестрела пока не удалось. Поэтому оружие двадцать первого века всё ещё считалось оптимальным.

Вводная лекция заняла примерно час, а затем началось самое интересное. Нас подвели к рубежу, каждому выдали по штатному пистолету, очки, наушники и по пятьдесят патронов. Минут пятнадцать мы всухую щёлкали курками, привыкая к весу и правильному хвату. Затем набивали и опустошали магазины. И только потом перешли к практике.

Под чутким руководством майора Михеева мы по очереди выпускали магазин в бумажную мишень, а инструктор периодически поправлял нам хват и давал советы.

— Ибрагимова, молодец, — похвалил Карину он. — Ствол держишь уверенно. Продолжай упражнение.

— Замотаев, ну что ты крючок дёргаешь, будто он сто килограммов весит? Нажимай на него… Да не всей рукой, одним пальцем. Вот так, смотри. Понял?

— Горячев, ну как так-то? Ты же говорил, что уже стрелял? Расслабь руку, никуда он не убежит. Не нужно бороться с отдачей, пусть прыгает. Вот так, молодец.

— Господи, Пересветова, ну и зачем ты глаза закрываешь? Он тебя не укусит. Понимаю, что громко, но глаза нужно держать открытыми, иначе в бою ты кого-нибудь своего пристрелишь.

И так майор уделил время каждому курсанту. Досталось даже нашему старосте, Димону. В итоге из всей группы отличилась только Карина, за что и получила первую оценку отлично. Всем остальным майор поставил неуд.

Следом мы отправились в спортивный зал и до ужина махали руками и ногами, отрабатывая приёмы. Затем ужин и два часа свободного времени, чтобы сделать домашнее задание по общеобразовательным предметам. В конце — построение, оценка результатов прошедшего дня и ещё пара часов свободного времени, перед отбоем.

В таком графике пролетела неделя, за ней — ещё одна. Дни сменяли друг друга, и в рутине учёбы время летело незаметно.

Первую неделю тело привыкало к гравитации. Потихоньку я начал возвращаться к своим нормативам. Отжимания и подтягивания уже шли не втрое хуже, а только вдвое. Санёк под чутким руководством Карины потихоньку втягивался в рукопашку. Она продолжала с ним возиться, и у него даже начало получаться что-то похожее на боксёрскую двойку. Дашка мучилась на физухе, но вывозила за счёт упрямства. Вскоре вернулся в строй Мишка. С новой рукой и новым глазным имплантом. Теперь он мог одновременно смотреть в интерфейс визора и следить за происходящим вокруг. Его сразу перевели в группу механиков, и он пропадал там часами, возвращаясь с горящими глазами и перепачканными машинным маслом пальцами.

На вторую неделю наконец-то случилось то самое распределение по специальностям, о котором нам твердили на каждом занятии. Нашу группу растаскивали по разным корпусам: Мишка ушёл в инженерный, Дашка в технический, Санёк — в аналитический. Я остался в общевойсковом потоке, где готовили универсалов. Мы всё ещё пересекались на общих предметах и за ужином, но теперь у каждого появилась своя программа, свои инструкторы, свои нормативы.

Третья неделя принесла внезапный сюрприз. Нас впервые вывели за периметр. Недалеко, всего на километр и под прикрытием двух броневиков и звена дронов. Мы отрабатывали передвижение в лесу. Он оказался ещё более чуждым, чем я думал: мох под ногами пружинил и проминался, обнажая полости с водой, деревья скрипели, а местная живность, мелкие твари вроде шестилапых ящериц, разбегалась при нашем приближении. Один раз вдалеке что-то взревело, и турели на броневиках развернулись в ту сторону, но обошлось. Я впервые почувствовал, что такое настоящий боевой выезд, пусть и учебный.