Сидя на уроке, я зеваю, глядя на льющий за окном ливень. Есть в осени что-то печальное: деревья желтеют и словно медленно умирают, небо хмурое, а дождь идет так часто, что большинство жителей Ривертауна ходят с недовольными лицами, точно амбассадоры депрессии.

– После уроков мы с Дженни идем искать наряды на Хэллоуин, – шепчет Кортни, обернувшись. – Ты с нами?

– Не могу, у меня есть дела.

– Но на сам Хэллоуин ты ведь с нами? Будем как в детстве ходить по соседям и просить конфеты.

– Конечно, – улыбаюсь я. – Я уже приготовила котелок.

– Фрики, – отчетливо доносится сбоку сквозь замаскированный кашель.

Поджав губы, я поворачиваю голову. Растрепанные темно-русые волосы, россыпь едва заметных веснушек и зеленые глаза, в которых отражается издевка. Делая вид, что ничего не говорил, Дилан смотрит в сторону доски и, подняв руки над головой, потягивается. Мне жутко хочется запустить в него карандашом, но я прижимаю кулак к губам и передразниваю его, маскируя за кашлем слово «лузер».

– Только лузеры используют слово «лузер», – бормочет он, не отрывая взгляда от доски.

Мне мешает ответить клоунский смех, звучащий вместо звонка, кабинет наполняется радостными возгласами, и я борюсь с желанием подставить Дилану подножку, когда он встает из-за парты и вальяжно проходит вдоль рядов к выходу.

После уроков я отправляюсь в школьный театр в приподнятом настроении. Под видео с блошиного рынка подписчики оставили множество комментариев, прося меня посмотреть кассету, поэтому мне нельзя затягивать и нужно срочно снять новый ролик. В аппаратной за сценой, среди кучи старого хлама, стоит телевизор с видеоплеером, которым никто не пользовался лет десять. И если он не работает, то мне придется покупать его на «Ибэй».

Зайдя в театральный зал, я прохожу сквозь пустые ряды стульев и проскальзываю за сцену, дверь в аппаратную приоткрыта, и я осторожно заглядываю внутрь. Здесь пахнет затхлостью и пылью, это кладбище ненужных вещей, которые почему-то никто не решается выбросить. Поломанные стулья, неисправные проекторы, усилители и микрофоны. Здесь же – кривые декорации, поеденные молью портьеры и коробки с костюмами.

Проскользнув вдоль стены с выцветшими афишами постановок прошлых лет, я замираю, увидев Дилана Найта. Сидя на полу в окружении проводов и инструментов, он сосредоточенно вертит что-то отверткой в кинопроекторе.

– Ты чего здесь делаешь? – вырывается у меня далеко не дружелюбным тоном.

Подняв подбородок, Дилан мельком смотрит на меня и возвращает внимание к отвертке.

– Тренер попросил помочь с проектором для Хэллоуин-феста, хотят транслировать на стене школы старые фильмы ужасов.

– Ты понимаешь в проекторах?

Потянувшись за изолентой, Дилан тяжело вздыхает.

– Нам необязательно трепаться, у меня здесь аппарат, который не включали со времен Рейгана, нужно сосредоточиться. Давай просто сделаем вид, что нас тут нет друг для друга.

– С удовольствием.

Скорчив недовольную гримасу, я прохожу мимо него и останавливаюсь напротив телевизора с видеоплеером в углу.

– Я не мешаю? – внезапно спрашивает Дилан, заставляя меня обернуться. – Ты наверняка пришла сюда выспаться, Дракула.

Он кивает в сторону кривого гроба, сделанного из выкрашенного в красный цвет картона. Цокнув, я снимаю с плеча рюкзак.

– А тренер прислал тебя сюда, чтобы ты не тратил зря времени на тренировки, потому что от тебя на поле все равно нет никакой пользы, да?

Хмыкнув, Дилан не отвечает. Его молчание напрягает, нужно закончить здесь раньше него, потому что, боюсь, он решит подшутить надо мной и запрет меня здесь на пару часов, а, может, и на всю ночь.

– Я тут немножко пошумлю, – предупреждаю я Дилана, цепляя микрофон на воротник футболки. – Нужно снять видео для блога.

– Как скажешь, леди Некролог.

Хочется съязвить в ответ, но лучше не провоцировать Дилана лишний раз, чтобы он не вздумал сорвать мне съемку. Поставив камеру на телевизор, чтобы снимала мою реакцию во время просмотра, я сажусь на пол в позу лотоса и, глядя на себя в экране телефона, поправляю волосы.

– Привет, бесстрашные!

Со стороны доносится глупый смешок. Сжав челюсти, я поворачиваюсь.

– Что смешного?

– Твой голос, – поясняет Дилан, копаясь в коробке с инструментами, – звучит низко и неестественно. В жизни ты так не разговариваешь.

– Это мой сценический голос.

– Господи, – с издевкой вскидывает ладони он, – прости, не подумал.

– Можешь не мешать, пожалуйста? Это очень важный ролик, чем быстрее я его запишу, тем быстрее уйду.

– Молчу.

Вздохнув, я прочищаю горло и возвращаюсь к объективу камеры.

– Привет, бесстрашные! Вы на канале Мэд Мэдди. После прошлого видео вы взорвали мои комментарии просьбой посмотреть кассету, купленную на блошином рынке. Я сейчас нахожусь в школе, нашла видеоплеер, не знаю, работает он или нет, но предлагаю проверить вместе.

Достав кассету из рюкзака, я подхожу к деревянной тумбе, на которой стоит старенький телевизор с выпуклым экраном и кнопками, рядом – видеоплеер и куча проводов. Протянув руку, я нажимаю кнопку «пауэр» и слегка вздрагиваю, когда телевизор издает короткий гудящий звук, а в следующее мгновение экран вспыхивает серой рябью и шипит.

– Работает, – шепчу я, широко улыбаясь.

Вытерев пыль с кончика пальца о джинсы, наклоняюсь, чтобы вставить кассету, но мое внимание привлекает движение на боковой панели плеера. Среди пыли и проводов я вижу то, от чего мои вены покрываются льдом. Паук.

Взвизгнув, я отскакиваю, роняя кассету.

– Что? – взволнованно спрашивает Дилан, поднявшись на ноги. – Что такое?

– Убей его, убей!

Шею что-то щекочет. Чувство, что паук ползет по коже, он сейчас заберется прямо под одежду – я точно знаю. Задыхаясь, сквозь крик, я хлопаю ладонями по шее, пытаясь стряхнуть паука.

– А я говорил, что ты чокнутая, мне не верили…

Не знаю, что там еще хотел сказать Дилан, зато точно знаю, что позже пожалею о том, что я буквально прыгаю в его руки.

– Паук! Он на мне, да? На мне? На шее?

– Тише, на тебе ничего нет.

– Ты уверен? Посмотри повнимательнее.

Дилан наклоняет голову, и по моей щеке проскальзывает его теплое дыхание.

– Ничего. Ты боишься пауков? – вскидывает бровь он, держа меня так легко, будто я ничего не вешу. – Ты смотришь фильмы ужасов.

– Там все ненастоящее, в отличие от паука. – Тяжело дыша, я на мгновение крепко зажмуриваюсь. – Значит, он остался на видеоплеере, умоляю, избавься от него.

– Слезь с меня.

Сглотнув, я продолжаю крепко держаться, на что Дилан закатывает глаза и опускает руки, но это мало что меняет, потому что я продолжаю висеть на его шее.

– Хочешь пойти к пауку вместе со мной?

Коснувшись ногами пола, я тут же отпускаю шею Дилана и отхожу в сторону, продолжая водить пальцами по волосам и шее, чтобы убедиться, что на мне точно нет пауков.

– Он же крошечный, – усмехается Дилан, склонившись над плеером.

– Не нужно описывать его мне, – стону я, – для меня он размером с питбуля.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.