Следующим на доклад пришёл управляющий Женскими домами. Он сообщил, что у той девицы, что сбежала, были длинные рыжие волосы.

«Вот он, — подумал я, — тот малый процент, на который не действует Амнезиум. Даже если она не всё помнит, то уже очень скоро память начнёт к ней возвращаться. И надо бы её поймать и уничтожить до того момента, как она вспомнит, кто она. Потому что она явно не с Залаира.» В голове зазвучал охотничий рог.

***

Алекс

Я пришла на тот берег, на котором я ночевала, надо было убрать следы костра так, чтобы точно никто не ничего не нашёл. Собрала свой нехитрый скарб в мешок, проверила насколько хорошо наточен меч и вдруг вспомнила, что ищут рыжеволосую женщину. Посмотрела на рясу, ходить в такой по лесу было бы смешно, да и опасно оранжевая ряса словно огонь будет видно издалека, а вот иметь её наготове, чтобы переодеть, идея неплохая. Потому как в комбинезоне, конечно, меня трудно принять за мужчину, а вот ряса сможет помочь.

Волосы, как же мне было жалко волосы, но за свою свободу я готова была заплатить и более высокую цену. Волосы я сожгла потом, ближе к ночи, когда ушла достаточно далеко от поляны, и от места своего ночлега. Вдоль реки идти было удобно, но иногда приходилось углубляться в лес, были места, где были очень крутые обрывы, а перед самыми сумерками я увидела медведя. Я откуда-то знала, что он так называется, хотя в моей дырявой памяти медведь был немного мельче, а не в два человеческих роста, и лап у него было четыре, а не шесть, да и морда была чуть поменьше и посимпатичней. Я уже не удивлялась тому, что во мне словно бы жили два разных человека, и память подкидывала то одни то другие воспоминания. Меня уже просто радовало то, что память возвращается, пусть маленькими дольками, но каждый раз меня становилось больше. «Медведь» ловил рыбу, и я поняла, что пока не стемнело мне надо сделать то же самое. В этом месте река была широкая и мелкая, и уже скоро стало понятно, что ужин у меня будет. Жаль только соли не было.

Обошла «медведя» стороной и пошла дальше, пора было искать место для ночлега. В этот раз решила на берегу реки не останавливаться. Слишком было открытое пространство, выбрала средний вариант, на кромке леса нашла ёлку, и устроила себе шалаш, правда для этого пришлось побегать, обдирая лапы с других ёлочек, чтобы потеря веток не казалась такой большой и не бросалась в глаза тем, кто возможно выйдет на мой след. Спина была прикрыта, ужин приготовлен и съеден, водные процедуры после дневного перехода показались мне подарком небес, вода, нагревшаяся за день, была тёплой, выходить было прохладно, но теперь у меня не было длинных волос, которые долго сохли, создавая дополнительный дискомфорт. Я вздохнула вспомнив, как я их варварски откромсала боевым мечом, и сейчас намеревалась сжечь. Эта ночь была не такой холодной как прошлая, или у меня что-то произошло с теплообменом. Воздух был насыщен ароматами хвои, запахом свежести с реки, здесь на краю леса, шум реки заглушал странные лесные звуки. Согревшись у костра, я его всё-таки затушила и совершенно случайно подняла голову в небо и не смогла оторвать взгляд.

Небо было высоким, и смотрело на меня равнодушно голубыми льдинками

одна звезда была желтая и почему-то двигалась, но память мне ничего об этом не сообщила.

Налюбовавшись на небо, я всё-таки забралась в блочный шалаш, было колюче жестко, но ароматно. И ещё, когда ночью пошёл дождь, промокла я не сразу.

Утром, взглянув на карту, я поняла, что прошла больше половины, и до деревни мне остался небольшой переход, возможно к середине дня я выберусь из леса, и в деревню войдёт монах.

Но все наши планы, всегда подвергаются коррекции, так случилось и с моим. Не успела я разобрать шалаш и раскидать ветки, как услышала лай собак.

Чувство опасности проснулось моментально, собаки в лесу, это не просто так, за ними всегда стоят люди, либо охотники на зверей, либо на... людей. И что-то мне подсказывало, что эти пришли в лес не зверей искать.

Глава 13

Алекс

Лай был глухой, гортанный, рвущийся сквозь толщу леса звук, который не спутать ни с чем. Я вначале даже усомнилась, что это собаки. Возникла мысль, а вдруг я зря переживаю и ищут не меня, но всё внутри кричало, что «ищут рыжеволосую женщину». Значит, знают. Знают, что я выжила, и знают или предполагают, что я в лесу.

Я прислушалась. Звук быстро приближался, значит времени совсем немного, но рядом река и вода должна сбить собак со следа. Я решила довериться тому, что в отличие от памяти меня пока не подводило, мои рефлексы. Я больше не раздумывала. Моё тело само знало, что нужно делать. Я быстро свернула мешок, затянула ремни, и закинула за плечи.

В этом месте река была довольно широкая и мелкая, поэтому идти и даже бежать было комфортно. Но вскоре берега словно стали сдвигаться, и река становилась всё более бурлящей, увеличилась и глубина, и, если в начале моего бегства, вода едва доходила мне до колен, то сейчас я шла почти по пояс в воде. Течение становилось всё сильнее, но и на берег было сложно выбраться, почти отвесные обрывы окружали реку. В надежде собаки на другой стороне и не смогут преодолеть реку я всё-таки попыталась выбраться на берег. Земля обрывов была влажная, корни деревьев вылезали на поверхность, и я, ломая ногти, карабкалась наверх. Два раза просто скатилась прямо в воду. Я старалась не дышать громко, но каждый сантиметр давался с трудом, вытягивая силы. И когда я наконец, взобралась на обрыв, я просто растянулась на спине и лежала какое-то время, пытаясь восстановить дыхание. Когда в ушах перестало биться сердце, я вдруг поняла, что меня смущало, вроде бы лай собак слышно не было, но где-то впереди нарастал гул.

«Да неужели?! — подумала я, — водопад. Но почему на карте его не было?» Доставать карту сейчас не хотелось, мешок был насквозь промокший, и я была уверена, что карта испорчена, нужно будет осторожно потом её просушить, а не сейчас в спешке трясущимися руками. То, что больше не было, слышно лая собак, меня не обманывало, это вполне могло быть искажение звуковой волны, из-за пересечений звуков от водопада. Но мои шансы уйти от погони, если она всё ещё продолжается, стремительно уменьшались. Ждать дальше было нельзя, и я пошла туда, откуда раздавался гул, потому что идти туда было менее страшно, чем возвращаться туда, где были собаки. Слух меня не подвёл, и, примерно через пару километров стало ясно, что там водопад, лес расступился. Река была не такой большой по ширине, но скала, с которой она сваливалась, была не меньше пятидесяти метров в высоту, а то и больше.

«Это много», — подумала я. Откуда-то я помнила градацию: сколько метров считается безопасным. Так вот, здесь было в пять, а то и в десять раз больше. Я подумала: «А вдруг погоня прекратилась? Тогда здесь пережду и вернусь. Потом найду какой-нибудь обход».

Потому что моё решение идти вдоль реки привело к тому, что дальше идти было некуда. Я стояла и смотрела вниз. Внизу было небольшое озеро. Отсюда, сверху, оно казалось почти синим. От озера можно было пойти лесом или выйти в долину. С горы отчётливо было видно, что за лесом находится деревня. «Я так поняла, что именно туда я и собиралась идти», — размышляла я.

Никаких следов Обители монахов ордена Матери Пламени сверху видно не было, но я успокаивала себя тем, что обитель точно должна быть…

Но тут же в голове появилась неприятная мысль, а что, если эти «великие воинов», могли уничтожить монахов, ведь убили же они того монаха, которого я нашла в деревне. И вдруг в мои размышления ворвался треск веток под чьими-то тяжёлыми шагами… или лапами.

Как я успела обернуться и вытащить меч, я не знаю. Из леса на меня выбежала огромная, в человеческий рост, и… нет, я бы не назвала это собакой. Это какая-то… химера. Вдруг возникло в памяти название того существа, которое выскочило из леса. Огромная, уродливая голова, треугольные зубы, похожие на лезвия, ярко-жёлтые слюни, капающие из отвисших щёк, бронированная шкура и хвост, на конце которого явно был дополнительный коготь.