Охрана рассосалась в момент. Остались лишь несколько телохранителей, который как цепные псы, следовали за своим хозяином, куда бы он ни шёл.

— Я должен всё проверить, Алексей Михайлович, — мрачно произнёс Державин. — А пока вам лучше покинуть моё поместье.

— Отец, я поеду вместе с ним, — подошла ко мне княжна, взяв под ручку.

— Никуда ты не поедешь, Софья, — протянул князь. — Возвращайся в беседку.

— Я чуть позже тебе позвоню, не переживай, — прошептал я Софье на ухо, и она напряженно улыбнулась, чмокнув меня в щёку.

Больше не о чем было разговаривать. Главная цель достигнута, и с чувством выполненного долга я сел в серебристый седан.

Как только мы отъехали, Пуля взорвался от эмоций, н. Затем и Матвей поддержал его.

Тема была предсказуемой. Очень было опасно и хорошо, что всё разрешилось.

Затем Пуля накрутил на своей шарманке некий музыкальный хит, и под громкую музыку и с ветерком, на крыльях победы, мы полетели в сторону моего фамильного гнезда.

Где-то на дворцовой территории, в это же время

— Накрути сильнее установку, в чём проблема? — Магистр уставился на одного из своих учёных.

Тот аж сгорбился под взглядом советника. Тяжёлый был взгляд. Ещё бы. Магистру сказали, что мощности установки не хватает, чтобы определить точное местоположение пришельца.

— Мы не можем. Есть правила… — забормотал Наум Васнецов, ещё одно светило, которое участвовало в сборке этого мощного техномагического чуда.

— Да чтоб вас всех… — прошипел Магистр. — К чёрту правила. Идите и сделайте. Всё равно никто об этом не узнает.

— Всё же это запрещено в Империи. Есть нормы, не мы их придумали. Так устроен наш мир. И такие действия нужно согласовывать с имперской канцелярией, — робко возразил Наум.

— Некогда согласовывать. Делайте, что велено, — пробурчал Магистр косясь в сторону громадины, на которой мелькали индикаторы. Затем хмуро оглядел горстку учёных, замерших перед ним. — Мир. Нормы. Вы точно на меня работаете?

Найм отчаянно взглянул на своего помощника, Родиона Степанчикова.

— Родион, надо. Всего на пару секунд, — пролепетал он.

Помощник молча кивнул, и они отправились к установке.

— Вот так бы сразу, — ухмыльнулся советник, оглядывая крепкие стены бункера. Да, они под землёй, в исследовательской лаборатории, спрятанной прямо под его резиденцией.

— ХР-Р-РУП! — раздался звук проворачиваемого механизма, затем завибрировал воздух, и… вновь всё вернулось как и было.

Переговорив с подчинёнными, изучив данные, Наум подскочил к нему.

— Игорь Сергеич, не успели, — обратился он к Магистру.

— Держите дольше мощность. В чём проблема? — холодно ответил он.

— Но я бы не рекомендовал… — вновь заблеял учёный. — Две секунды на ста пятидесяти процентах мощности. Даже это было не допустимо.

— Надо найти пришельцев. Поэтому делайте так, как я сказал, — процедил советник, покидая лабораторию.

Его застала вибрация, когда он уже был на поверхности. Стало как-то не по себе. Тревожно что ли. Словно что-то изменилось в энергетическом фоне.

Магистр взглянул на небо и увидел несколько червоточин. Они висели невысоко, полкилометра от земли. И это значило одно. Их появление имеет не природный характер.

— Неужели… Да ну, так быстро?.. — Магистр замер, всматриваясь в тёмные точки на небе, затем протёр глаза.

— Дорогой, будешь ужинать? — услышал он супругу из кухни. — Рита такую лазанью вкусную приготовила!

— Да, иду, мой цветочек! — ответил он жене.

Он вновь смотрел на небо. Вроде бы пятна исчезли, и от сердца отлегло. Что только не придумаешь. Значит Наум и его компания — просто запаниковали. Это не из-за его установки. А уж что произошло — пусть разбираются соответствующие службы. Его это не касается.

Направляясь в гостиную, где гремели столовые приборы и накрывали на стол, Игорь Сергеевич задал себе вопрос. А если бы всё его установка влияла так агрессивно на астральный фон, что бы он сделал?

И тут же ответил. Ничего. Для него дело чести устранить угрозы. Надо поймать пришельцев и выпить их до дна. Так нужно для того, чтобы стать сильнее и без проблем свергнуть действующую власть.

Мы быстро добрались до моего поместья. Вышли из седана и нас встретил Захарыч, уставившись на почерневшие вмятины на капоте и дверях седана.

— Ёлы-палы, куда вы опять вляпались? — просипел он.

— Я тебе всё сейчас расскажу, — довольно сообщил Пуля. — Пойдём.

Они удалились к гостевому дому, я заметил Настюху, которая мелькнула у входа.

Надо ли им сообщать о Шустрихе и Карыче? Хотя о граче они и так знают, правда, не то, что нужно. Нет, если и говорить им что-то — только не сейчас. Может быть далеко потом, а лучше вообще чтобы они не узнали об этом. Ни про них, ни про Небулу, которая скрывается в облике Виктории. Иначе ляпнут кому-нибудь, и сразу же облава на них начнётся. А этого совсем не нужно, особенно сейчас, когда с одной стороны гончие, с другой псих с божественной энергией, путешествующий по мирам, а с третьей влиятельные люди, которые только и мечтают, что разложить в своих лабораториях на атомы чуждых этому миру существ.

— Алексей Михайлович, можем поговорить? — обратился ко мне Матвей.

— Прямо так срочно? — спросил я.

— Да, вы должны это узнать, — признался Матвей. — Чтобы вы правильно меня поняли.

— Ну хорошо, давай поговорим, — кивнул я.

Мы пошли по каменной дорожке, в сторону новой территории. Я увидел домик, слева — здание клиники, фонари, которые освещали территорию, а за ними в полукилометре — межевые столбы с поблёскивающими сигнальными нитями.

— Если вы думаете, что я просто так вышел за ворота — это не так, — тихо произнёс начальник охраны. — У меня есть племянник, Василий. Так уж получилось, что родители его погибли.

— Что с ними случилось? — взглянул я на Матвея.

— Сгорели в своём доме, когда Вася ночевал у своего друга. Но я не про это, — продолжил Матвей. — Я стал ему на время отцом, читал наставления, следил за его учёбой. Он жил у меня и я как мог пытался заменить ему родителей.

Матвей затих, сглотнул застрявший ком в горле.

— Потом он пропал. Просто исчез, как в воду канул, — вздохнул начальник охраны. — И вот я его вижу у ворот. Он зовёт меня. Как и раньше. Дядь Матвей.

— И ты решил, что племянник вернулся, — кивнул я.

— Да, когда мне сообщили, что у ворот какой-то парень, который зовёт меня, я сорвался, выскочил наружу… — Матвей вновь замолчал. — Но это была иллюзия. Эти твари надавили на больное. Я видел, как его лицо оплывает и стекает словно восковая маска под огнём. И потом мне что-то прыснули в лицо.

— Благодарю за рассказ, Матвей, — хлопнул я по плечу начальника охраны. — Хороший ты человек. Теперь хоть понятно стало, почему ты высунулся.

— Вы не подумайте, я это рассказал не для того, чтобы себя оправдать, — пробормотал Матвей.

— Да, я тебя прекрасно понял. Ты хочешь, чтобы между нами сохранились доверительные отношения, — дружелюбно улыбнулся я. — Так вот, для меня ты лучший сотрудник. Я не сомневаюсь в тебе.

— Спасибо, Алексей Михайлович, — Матвей натянул улыбку на своё печальное лицо. — Ваши слова для меня очень важны.

— И ради всех богов, возьми свои сорок тысяч. Ты уже всё доказал, и заслужил эти деньги, — добавил я, когда мы зашли за дом медитации и приблизились к межевым столбам. — Не нужно таких жертв. Тем более у тебя семья, родня. Отдай им, если они тебе жгут ладони.

— Хорошо, так и сделаю, — согласился Матвей, выдавливая улыбку. Затем он остановился, округлил глаза и судорожно схватился за пиджак, из которого доносился неразборчивый звук.

— Пэу-пэу-пэу-пэу… — услышал я сигнал тревоги, когда начальник охраны выхватил его из внутреннего кармана.

Затем и мой телефон просигналил точно так же. Матвей озадаченно посмотрел на меня.

— Тревога сработала, — буквально на выдохе сказал он. — Кто-то прорвал периметр.