Смирнов замер, парализованный страхом. Пузырь в центре Желешки натянулся до предела. И я услышал то, отчего холодок пробежал по спине.

Так звучит надуваемый воздушный шар, который готов лопнуть в любой момент.

Глава 4

Желешка продолжала стремительно раздуваться. Её распирало всё больше, и Проводники остолбенели, в том числе и Костя.

Смирнов побелел от ужаса. Он услышал мои слова, подошёл ближе, но понятно, на него рассчитывать не стоит.

Я не стал тратить драгоценные секунды на крики и нравоучения. Сорвавшись с места, оттёр плечом замершего Костю. А затем, не раздумывая, по локоть погрузил обе руки прямо в упругую и опасно вибрирующую массу Желешки.

Слизь охладила кожу, через руки передавалась вибрация.

Так, центр масс, он же Ядро. Его надо поймать. Но как это сделать, если оно постоянно перемещается?

Изредка у желатиновых слаймов такое может случаться во время инициации. Ядро не стоит на месте. Оно хаотично скачет, пытаясь сбросить излишки энергии. Мечется, стараясь выжить.

Если его не поймать и не зафиксировать прямо сейчас, Желешку просто разорвёт на мелкие сгустки. И не факт, что она сможет собраться.

Я закрыл глаза, отсекая паникующие крики Леры и Дэнни на заднем фоне. Почувствовал. Вот оно! Плотный и пульсирующий жаром эфирный узел уже размером с грейпфрут метался внутри тела Желешки, словно загнанный зверь.

Всё же я его поймал. А поймав, резко сжал Ядро в мёртвой хватке. Желешка протестующе булькнула, содрогнулась и попыталась вырваться, но я держал крепко.

Сразу же начал с усилием прокручивать пойманный узел. Вправо. Влево. Ещё раз вправо. Как тугой, заржавевший вентиль, через который нужно сбросить давление.

Руки сводило судорогой от сопротивления массы. Но останавливаться нельзя.

Откуда-то снизу заскулил Живчик, чувствуя, насколько мне тяжело. Искорка замерла в стороне, хотя я чувствовал, что она изо всех сил хочет мне помочь.

Барон Сверчанский бормотал из кармана, насколько Желешке страшно.

Но одно дело массаж, другое — успокоить питомицу Кости, которая вновь содрогнулась, врезаясь в меня желатиновым телом.

Я чуть не выпустил из рук её Ядро, продолжил скручивания. Если так дело пойдёт, Желешка меня отшвырнёт. И тогда… Что тогда случится, понятно. Об этом думать не хотелось. Спасти. Вот что нужно было сейчас.

— Смирнов, очнись, кому говорю! — рявкнул я, не оборачиваясь. — Успокаивай её! Работай по Сопряжению!

Мой голос, наконец-то, пробился сквозь пелену ужаса, в которую укутался Костя. Он судорожно втянул воздух, вышел из ступора. И шагнул ближе.

— Что делать, Артур Виктор-рыч? — буквально выдавил он из себя. Будто уже похоронил свою питомицу.

— Мне тебя учить, что делать⁈ Транслируй ей покой! — выкрикнул я, продолжая массаж Ядра его питомицы. — Иначе я не удержу узел. И мы все тут будем отскребать Желешку от стен!

Костя охнул, закрыл глаза, затем положил трясущиеся ладони на вспухшую и дрожащую поверхность питомицы.

— Всё хорошо… Я здесь, девочка, всё хорошо, — зашептал он, наморщив лоб, пытаясь пропихнуть свои эмоции через ментальный канал.

Когда я подумал, что всё напрасно, команды Смирнова начали долетать до разумной желатиновой массы. Я почувствовал, как пульсация под моими пальцами стала более ритмичной. А попытки меня откинуть прекратились.

Желешка вздрогнула. Огромные щупальца-распорки с влажным чмоканьем отлепились от стен и потолка, втягиваясь обратно в уменьшающееся тело.

С пронзительным свистящим звуком, похожим на сдувающуюся автомобильную шину, гигантский пузырь начал опадать. Затем по его аморфному телу пробежало несколько мощных конвульсивных волн.

Ядро успокоилось. Я это понял по тому, как жар ушёл, а пульсации сошли на нет. Разжал руки, вытащил их наружу. И выдохнул, тяжело дыша.

Желешка уменьшилась до своих нормальных размеров, замерла на резиновом мате. Хотя нет, она чуть выросла. И больше не выглядела болезненно бледной. Питомица Смирнова приобрела насыщенный зелёный оттенок, а структура тела стала заметно плотнее, почти как упругий мяч.

Глаза Желешки удивлённо захлопали. Затем под ними открылось подобие небольшого круглого рта.

— Пф-ф-ф! — разнеслось по притихшему залу, и из Желешки вырвалось облачко густого красного дымка, которое пахло клубникой со сливками.

Вот и всё. Угроза миновала. Инициация перехода на четвёртый уровень прошла успешно.

Я вытер липкие руки о влажную салфетку от Савельевой, повернулся к Смирнову. Парень сидел на полу, обняв свою удивлённо побулькивающую питомицу, и тихо смеялся, больше от перенесённого стресса, чем от радости.

— Ну что, Костя, — я ухмыльнулся, глядя на эту идиллию. — Поздравляю. Твоя красавица официально перешла на четвёртый уровень.

— Четвёртый⁈ — охнул Смирнов.

— Сам смотри, — я уже навёл сканер смарт-браслета на Желешку. Над ним тут же выскочило окошко.

[Вид: Желатиновый слайм — Класс: Фамильяр.

Ядро: Уровень 4 (повышен).

Сила: 2 — Ловкость: 4| Живучесть: 17 — Энергия: 5.

Доступны 4 очка талантов.

Показатель стресса: 35,5%].

Насчёт уровня стресса я не переживал. Он уменьшался.

Костя увидел. А когда понял, ещё сильней обнял Желешку, выплёскивая в её сторону поток нежности.

— Хватит сантиментов, — произнёс я. — Раскидываем очки талантов.

Смирнов торопливо взглянул на показатели своего браслета, убедился, что есть что раскидывать.

— И как лучше? — спросил он, не отрывая взгляда от показаний.

— Бульк-бульк! — отозвала Желешка.

Барон Сверчанский уже сидел на плече. Он деловито покрутил усами, хекнул.

— Желейная мадмуазель говорит, что ей хочется больше энергии, — произнёс сверчок.

— Мало ли что ей хочется, — хмыкнул я. — Будем распределять как правильно.

— Бульк, — обиженно отозвалась Желешка, уловив мои интонации.

— Не буду переводить, — хохотнул Сверчанский. — Ругается.

Костя нахмурился, сделал внушение. Хотя слишком мягко, как впрочем и всегда.

— Ей нужна Сила. Закинь один талант туда. Иначе её новые щупальца будут слишком слабыми. Кого она ими в бою удержит? Мышь? — начал я передавать то, что было сейчас важно для развития Костиной питомицы. — Затем всё та же Ловкость, как и раньше. У слаймов этот показатель напрямую связан со скоростью перетекания в различные формы. И два очка в Энергию.

— Да, я помню про энергию, — кивнул Костя. — Вы говорили. Для перехода на пятый уровень потом пригодится.

— Не только, — поправил я. — Несколько факторов играют роль уже сейчас. Энергия влияет на скорость формирования тех же щупалец. На общую устойчивость её структуры к физическому урону. Распределяй.

Костя собрался, закрыл глаза и положил руки на расстоянии. Желешка вздрогнула, а я почувствовал всплеск эфира.

Смирнов раскидал таланты, как я и говорил. А затем увидел обновлённые данные через свой смарт-браслет и обрадовался так, что чуть из штанов не выпрыгнул. Буквально запорхал вокруг булькающей и моргающей зелёной массы, сюсюкая с ней, как с младенцем.

— Поздравляю, Костян, — хмыкнул Дэнни, сложив руки на груди, затем взглянул на меня. — Но мы с Неоном следующие на повышение. У него уже странная бодрость, и Ядро колыхается.

— Ага, размечтался, мажорчик, — тут же встряла Лера, не упуская случая поддеть Ветрова. — Мы с Бубликом на очереди. Возьмём четвёртый уровень раньше вас.

— Вот вы странные насчёт этого спорить! Вы ещё подеритесь, — улыбнулась Анна, поглаживая лису.

— Тебе-то вообще пофиг, Савельева, — зашипела Лера, зыркнув злобно на блондинку тяжёлым взглядом. — У твоей Матильды вон, уже четвёртый. Сиди и не отсвечивай.

— Закончили радоваться. Прекратили ругаться! — я громко хлопнул в ладоши, обрывая перепалку. — Теперь возвращаемся к тактике. Я покажу приём «Маятник». Это основа уклонения от прямых выпадов. Когда противник оказывается перед вашим питомцем, лицом к лицу.