Рикки и Диана - на удивление, они работали вместе - и Пол организовали большую часть наших вещей. Одежда. Еда. Спальные мешки. Одеяла. Фонарики. Батарейки. В общем, все самое необходимое. Наша проблема заключалась в том, что машина Рикки была маленьким VW Jetta, и мы все никак не могли в нее поместиться, особенно с нашим снаряжением. С моим пикапом было то же самое. В кабине пикапа не поместится пять человек. Мне не нравилась идея пытаться проехать на двух разных машинах.

Я позвонил Джимми, и он отправился на разведку по окрестностям.

"Видел трех мертвецов, Стив, но я избегал их. Я ходил от дома к дому, и мне неприятно это говорить, но я думаю, что мы последние живые люди в этом районе".

Это было мрачно, но не хуже, чем я предполагал.

Джимми сильно рисковал, ходя по домам и стучась в двери. Я подозревал, что многие из наших соседей теперь зомби, а те, кто не зомби, могут сначала стрелять, а потом задавать вопросы.

Я рассказал Джимми о нашей проблеме с транспортом. "Да, в мой пикап мы тоже не поместимся".

"Мне не нравится идея слишком большого количества машин", - сказал я ему. "Слишком легко разъехаться".

"У Каслберри есть большой "Субурбан", - сказал Джимми. "Мы могли бы все поехать на нем в высшем стиле".

Это была хорошая идея.

Я попросил Рикки запереть за мной дверь, а сам пошел встречать Джимми на улицу. От того, что я увидел наверху, у меня перехватило дыхание. Дом был разгромлен. Я, конечно, знал, что так и будет, но увидеть это было нечто иное. Мебель была перевернута, некоторая разбита до щепок. Картины были сорваны со стен, плазменный телевизор разбит на куски, компьютерный стол сломан. Жесткий диск был выброшен в окно. Все растения Рикки были разбросаны по дому вместе с остатками горшков, черная земля следовала из одного конца дома в другой. Задние и передние двери были выбиты, сетчатые двери полностью оторваны. Это было просто месиво из грязи, разбитой посуды и осколков стекла, присыпанное мукой, сахаром и почти всем остальным, что было в шкафах с сухими продуктами.

У меня сердце разрывалось при виде этого.

Рикки бы это огорчило.

Но у меня не было времени на такие вещи. Я встретил Джимми на улице, и мы только начали обсуждать наши варианты, когда из двора миссис Хейзен вышел мертвец - не местный. Я почувствовал запах чего-то гнилого, но этот запах улетучился. Теперь это было скорее правилом, чем исключением, поэтому меня это не слишком беспокоило.

Затем эта вонь перешла из разряда плохой в тошнотворную.

Стало жарко и почти невыносимо.

В этот момент появилась мертвая. Женщина в деловой юбке. Ее блузка была разорвана. По всей груди и на животе были пятна запёкшейся крови и слизи. Глядя на нее, я понял, что она пришла не с кладбища и не из морга. Там обычно не хоронят женщин в деловой одежде. Ее лицо было клоунски-белым, как бы опухшим и местами потрескавшимся. Я заметил, что у нее не было губ. Вообще никаких губ. Была только кровавая дыра рта с розовыми зубами, торчащими из нее. У нее были широкие обесцвеченные глаза с крошечными черными зрачками.

Она шла на нас без колебаний, волоча за собой одну ногу, как будто она была повреждена.

Джимми поднял свой 22-й калибр. "Вы всегда можете уйти, мисс", - сказал он.

На это ее лицо исказилось в психопатической гримасе, рот открылся, зубы заскрипели. Она издала какой-то звук. Не думаю, что это была речь, скорее грубое звериное рычание. Струйки черной крови сочились по ее подбородку.

Джимми нажал на курок.

Пуля 22-го калибра попала ей прямо между глаз и выбила выходное отверстие в затылке, забрызгав кусты миссис Хейзен кровью. От удара женщину-зомби закрутило по кругу. Она снова начала идти в обратном направлении... около трех шагов, то есть до того, как, дергаясь, упала в азалии.

Мы с Джимми больше не теряли времени.

Мы пошли к Каслберри.

Мы обошли их сбоку по аллее и тут же пожалели о своем решении. Там Каслберри держал клетки для своих биглей. Я помню, сколько раз они раздражали меня своим лаем и тявканьем, но теперь они уже никого не раздражали. Двери в клетки были распахнуты, и останки собак были разбросаны по аллее. Повсюду были засохшие лужи крови, размазанной и разбрызганной. Я увидел кровавые отпечатки, двигавшиеся по аллее. Они были похожи на следы ребенка, и у меня в голове возник ужасный образ какого-то зомби, грызущего тушу бигля, пока он или она, шатаясь, уходит.

"Не думай об этом", - сказал мне Джимми, словно прочитав мои мысли.

Задняя дверь была разбита. Мы прошли через нее с пистолетами наизготовку, как пара полицейских из телевизора. Повсюду были обломки. Мы не нашли ни Каслберри, ни его жены Мирны. Что мы нашли, так это кровь, забрызгавшую стены. Размазанный след от нее вел к входной двери, которая была широко открыта. Было похоже, что кто-то истекал кровью, волочась по стене, затем пролез через дверь и продолжал ползти вниз по ступенькам и в траву. Самой показательной вещью, которую мы нашли, была выброшенная почтовая сумка. Остальное мы смогли собрать воедино.

Мы нашли ключи на колышке и запрыгнули в большой бордовый "Субурбан" Каслберри. Я надеялся, что мы начали делать успехи.

КЛАДБИЩЕ

В Suburban был полный бак бензина, что было плюсом. Мы отвезли его к Джимми и погрузили его вещи. Ничего особенного. Спальный мешок и пара вещевых мешков.

Затем мы поехали к моему дому и заехали на подъездную дорожку.

Пока Джимми стоял на страже, мы погрузили свои вещи и забрались внутрь. Джимми сел за руль, а я ехал рядом. Пол сидел сзади между Рикки и Дианой. Обе они были странно тихими, и у меня возникло ощущение, что они ввязались в еще одну драку, пока меня не было.

"Куда мы едем?" сказал Джимми. "Есть идеи?"

"Давай прокатимся по городу, посмотрим, что увидим".

"Достаточно хорошо".

Пока мы ехали, Джимми то и дело бросал взгляды на Пола, который был нехарактерно молчалив. Джимми всегда был очень добр к Полу. Он был ему практически как дедушка. У Джимми не было своих детей, поэтому он никогда не имел удовольствия быть дедушкой. Когда я был занят на работе или на войне, Джимми ходил с Рикки на игры Малой лиги, учил моего мальчика бросать и отбивать мяч. Он брал их с собой в походы, пока я был в Ираке. Всегда привозил подарки на день рождения и Рождество для мальчика. Между Биллом ДеФорестом и Джимми у нас все было чертовски хорошо. Я начал думать о районе. Мне будет его не хватать. Я начал злиться на проклятых зомби.

"Это будет приключение, а, Скип?" сказал Джимми. Он всегда называл Пола Скипом по неизвестным причинам.

"Конечно, Джимми. Это будет похоже на войну или что-то в этом роде. Ты ведь был на войне, не так ли?"

Джимми кивнул. "Да, много лет назад".

"Что ты делал?"

"Я служил на флоте, Скип. Я был наводчиком на ПБР".

"Что такое ПБР?"

"Это по-флотски - патрульный катер, река. Мы устроили Конгу ад в Дельте. Когда-нибудь, если ты мне напомнишь, я расскажу тебе об этих ПБР. Это было нечто".

"Вьетнам", - сказала Диана. "Легендарная трава".

Джимми начал смеяться.

Он отъехал по Холли-стрит в сторону Сент-Джонс-авеню, направляясь на север. Мы не успели дойти до конца квартала, как кто-то бросился на нас. Они бежали, поэтому я не подумал, что это зомби.

Но это был не зомби.

Это было хуже.

Это был Дик Никерсен, бич всего района. Единственный парень, которого я надеялся никогда больше не увидеть.

"Прошу разрешения прибить его задницу", - сказал Джимми.

"Стоп!" сказала Рикки. "Ты должен помочь ему!"

Диана покачала головой. "Так говорит Полианна".

"Он какой-то мерзкий", - сказал Пол.