– тут же покосился на неё алхимик.

– Долго ещё? – не выдержал Рэксволд.

– Почти… Если вы не будете меня отвлекать…

Эрминия молча вернула пузырёк на полку, продолжая изучать склянки с корявыми надписями. Воительница, обратила внимание, что более опасные реагенты, наподобие змеиного яда или серного концентрата, стоят выше остальных. Внезапно взгляд девушки зацепился за бутылку с сиреневатой жидкостью, стоявшую на самом верху. Заметив её стекленеющий взор и проследив, куда она смотрит, ассасин быстро пересёк комнату и крепко обнял возлюбленную.

– Это всё равно не то, что ты думаешь, Эрми, – он развернул её, акцентировав внимание на себе.

– Пусти меня, – прошептала воительница, попытавшись вывернуться.

– Не дури, – вполголоса сказал Рэксволд, крепко держа её за талию. – Это не может быть «Лотосом счастья».

– Отпусти, – более настойчиво проговорила девушка.

– Что за лиловая бурда у вас наверху? – громко обратился к алхимику ассасин.

– Вы о молочке красной орхидеи? – звеня колбочками, ответил мужчина. – Довольно оскорбительно называть так столь редкий и дорогой ингредиент.

– Вот видишь, – тихо сказал Рэксволд.

– Убери руки или я сломаю тебе рёбра, – холодно произнесла Эрминия, сжав кулаки.

– Ладно…

Убийца отпустил девушку и отшагнул назад, но едва она повернулась к нему спиной, как он сделал крепкий удушающий захват, одновременно зафиксировав её руки. Воительница попыталась сползти на пол, чтобы, получив опору, ударить ассасина ногой в лицо, но Рэксволд удерживал её на весу, позволяя лишь беспомощно стучать каблуками по каменной плитке. Видя, как ошарашенный алхимик набирает побольше воздуха в грудь, намереваясь позвать стражников, убийца быстро бросил в сторону:

– Закричишь – умрёшь.

Мужчина замер и, поникнув головой, шумно выдохнул. Как только Эрминия перестала сопротивляться, Рэксволд осторожно опустил её на пол.

– Она больна. Это для её же блага. Доделывай свою работу, и мы уйдём.

– Всё готово, – алхимик протянул дрожащей рукой три тёплых флакончика и перчатку. – Только не убивайте меня! – взмолился он и спешно полез в свой карман. – Я верну всё золото!

– Оставь себе. Ты заслужил.

Ассасин одел перчатку, откупорил снадобье и залил его в рот лежавшей без сознания девушке. Остальные пузырьки убийца аккуратно убрал в боковой карман. Затем Рэксволд взял воительницу на руки и направился к выходу. Перед тем, как переступить порог, он обернулся:

– Надеюсь, ты не наделаешь глупостей и мне не придётся возвращаться.

Едва ассасин вышел из помещения, алхимик, схватившись рукой за сердце, обессиленно плюхнулся на стул:

– Выходной… Мне нужен выходной…

* * *

Странники вышли на площадь и остановились завороженные великолепием раскидистого дуба. В чарующем шуме листвы витали обрывки негромкого диалога о поставках специй, и вампирша обратила внимание на двух беседовавших под деревом элегантно одетых мужчин. Но уже через мгновение взгляд Лайлы был снова прикован к зелёному великану. Алан запрокинул голову, чтобы охватить взором всю нависшую над площадью крону и почувствовал лёгкое головокружение:

– Ох…

– Никогда не видела ничего подобного, – наконец вымолвила принцесса.

– Я и сам никогда не встречал таких громадин, – впечатлённо сказал следопыт. – По крайней мере, среди дубов, – он вспомнил гигантские сосны священного леса друидов.

– Сколько же ему лет, Джон? – поинтересовалась вампирша.

– Не меньше века… а может, даже двух.

Воин осмотрелся. По левую руку находилось строение с мощными колоннами. Висящие на фронтоне кованые буквы гласили: «Великий банк семи королевств», а прямо над ними красовалась золотая эмблема в виде семи располагающихся по кругу четырёхконечных звёзд. В дальней части площади белело напоминавшее крепость высокое сооружение. По многочисленным флагам с гербом города, изображавшим дубовый лист, Джон узнал префектуру. С правой стороны не могло остаться незамеченным широкое четырёхэтажное здание с облицованной мрамором лестницей, охраняемой статуями львов. Над двустворчатым входом висела вывеска в виде белого круга с серебряным окаймлением и завитушистой надписью: «Жемчужный дол».

– От банка до гостиницы рукой подать. Это радует, – Джон оглянулся назад, пробежав глазами по улице с одинокими прохожими. – Догонят они… Как же… Что ж, пойдёмте пока наведаемся в «Жемчужный дол», узнаем, есть ли вообще свободные комнаты.

– Ты только посмотри на этих оборванцев, – вдруг донеслось до ушей принцессы, и она осторожно покосилась на мужчин у дерева. – Стража совсем обленилась: пускают сюда всякий сброд, – сокрушался господин с тростью. – Взгляни, как она высоко держит подбородок. Нацепила изящное платье и сразу же возомнила себя куртизанкой, а у самой весь подол в грязи. Тьфу. Терпеть не могу дешёвых потаскух.

От возмущения и досады у Лайлы аж дыхание спёрло. Она отчётливо почувствовала, как где-то внутри неё мелькнула тень тёмной сущности, каждый раз просыпавшейся от сильных потрясений. Вампирша знала, что через считанные секунды биение сердец станет единственным звуком, заполняющим гулкую пустоту окружающего пространства, а неутолимая жажда крови напрочь затмит разум. И чтобы этого не случилось, Лайле нужно было срочно отвлечься от неприятных мыслей. Помня, что спасло её в прошлый раз, принцесса вновь оживила в памяти образ белого единорога, его бархатный нос, осторожно касающийся её ладони… Удерживая тёплое воспоминание, она устремила взор к развесистой шелестящей кроне дуба, наслаждаясь нежными, словно рорхский шёлк, дуновениями ветерка. Живущий в её душе зверь прикрыл веки, вновь погружаясь в глубокий сон.

– Лайла, ты идёшь? – раздался голос следопыта справа.

Вампирша посмотрела на стоявших на отдалении Джона и Алана.

– Это дерево воистину прекрасно, – принцесса сдержанно улыбнулась и направилась к спутникам.

* * *

Эрминия почувствовала лёгкое прикосновение к своей щеке и открыла глаза. Чёрное расплывчатое пятно преобразовалось в сидевшего на корточках Рэксволда, внимательно следившего за каждым её движением. Внезапно, ощутив на языке горький привкус, воительница скривила лицо.

– Пекло, что за дрянь побывала в моём рту? – Эрминия напряглась, вспоминая, что произошло. – Ты меня придушил, – с возмущением проговорила она.

– Всё ещё хочешь сломать мне рёбра? – кольнул её взглядом ассасин.

– Нет, – девушка покрутила головой, обнаружив себя сидящей у стены какого-то узкого проулка. – Где мы, Рэкси?

– Неважно. Далеко от алхимической лавки. Если нападёшь на меня или попытаешься улизнуть, я снова тебя придушу. Идёт?

Воительница кивнула, и Рэксволд помог ей встать. В каждом движении ассасина скрывалось напряжение. Сейчас он не доверял ей и готов был выполнить своё обещание в случае малейшего намёка на угрозу. Неожиданно Эрминия поймала себя на мысли, что впервые за долгие месяцы болевые фазы сиреневого дурмана нарушились. Привычные усиливавшиеся боли от отсутствия «Лотоса счастья» стали едва заметными. И сейчас наибольший дискомфорт ей доставляли ушибленный бок и рана от удара по голове.

– Не может быть, – удивлённо произнесла Эрминия. –