оказалась на цветущем лугу. Густую зелень трав украшали синие васильки, нежно-розовый кипрей, воздушные белые одуванчики и небесно-голубые колокольчики. Буйство красок заставило вампиршу прищуриться. Ощутив ласкавший волосы свежий ветер, она и вовсе прикрыла глаза, отдавшись мимолётному блаженству.

– Ты в порядке? – прозвучал голос Джона за спиной.

– Да, – оглянулась Лайла и провела ладонью по великолепию цветов. – Я уже и забыла, насколько прекрасен мир… Каково вдыхать все эти чудесные ароматы полной грудью…

– Я лучше бы вдохнул запах жарящегося мяса, – проворчал приближающийся Рэксволд. – У меня уже желудок сводит от голода, а до Карстэнура ещё идти и идти. Нужно раздобыть поесть и желательно чего-нибудь посущественнее ягод. Но сперва разобьём лагерь, – он посмотрел в сторону возвышавшегося за полем леса. – Где-нибудь вон там, на опушке.

– Костёр, как обычно, за мной, – сообщил Алан, проверяя, на месте ли заткнутое за пояс огниво.

– Тогда идите, – махнул рукой следопыт. – А я порыскаю по окрестностям. Возможно, наткнусь на чей-нибудь след. Жаль только, что я потерял свой нож…

– Кстати, об этом, – ассасин достал из сапога охотничий нож и протянул его Джону. – Нашёл в пещере. Похоже мишка был сыт – перекусил нашим оленем…

Принцесса прикрыла глаза и сделала глубокий вдох:

– Я могу помочь выследить зверя. Глаза и уши кормят охотника не меньше твёрдой руки, но, думаю, прекрасное обоняние не будет лишним. Даже сейчас я чувствую больше сотни различных запахов. Мне не составит труда выделить нужный. Правда, у вас нет луков… Кто-нибудь умеет метать клинки? – взглянув на нож в руках следопыта, спросила она.

– Я пойду, – опередил мечника Рэксволд. – Должен же я отыграться за оленя. Присмотришь за сокровищами, Джон?

– Ну… хорошо. Мы будем прямо за полем.

Рэксволд скинул с себя сумки:

– Дотащите или помочь?

– Идите уже, – со смешком отмахнулся следопыт. – А то мы с Аланом с голоду помрём, пока вас дождёмся.

Джон с юнцом побрели по полю в сторону берёзовой рощи, а Рэксволд с Лайлой вошли в ближайший перелесок.

– И зачем ты вызвался идти со мной? Судя по всему, Джон метает ножи не хуже тебя, а, может, даже и лучше, – вампирша холодно посмотрела на ассасина. – Я слышу твоё сердце… Оно бьётся быстрее обычного… Ты нервничаешь… Неужели наконец решился убить меня?

– Нет. Я хочу извиниться…

– Я не попадусь на уловку во второй раз, – принцесса закатила глаза и уже двинулась вперёд, но ассасин взял её за руку. – Тебе преподать ещё один урок хороших манер? – она остановилась, пронзив его недобрым взглядом.

– Серьёзно, – Рэксволд отпустил запястье девушки. – Я могу принести извинения?

– За что? За свой гадкий язык, не раз оскорбивший меня? За злоупотребление моим доверием и последующий обман? Мне не хотелось, чтобы сокровища попали к человеку, от которого за версту веет надменностью. Жаль, что я на минуту усомнилась в этом и поверила в красивые слова… А может, ты вспомнил своё непристойное поведение с распусканием рук? Ах, чуть не забыла, ты же хотел меня убить… Так за что ты хочешь принести извинения?

– За всё, – ответил пристыженный ассасин. – Не могу сказать, что полностью доверяю тебе, но я хотел бы попробовать начать наше общение с чистого листа.

– А стоит ли? – на лице вампирши застыло непонимание. – Через пару дней каждый пойдёт своей дорогой и всё случившееся будет уже неважно.

– Тем не менее, – Рэксволд изобразил подобие простодушной улыбки. – Я не такой плохой, каким могу казаться…

Смерив его оценивающим взглядом, Лайла тоже улыбнулась, правда как-то загадочно.

– А вдруг ты прав и плохая здесь я, – девушка стала медленно обходить ассасина, нежно проводя пальцами по его спине. – Ты пытаешься понять меня как человека, вот только я не совсем человек… – Рэксволд повернул голову, увидев красный отблеск в её глазах. – Что, если ты заблуждаешься, совершая одну из самых роковых ошибок в своей жизни? – вампирша остановилась напротив воина и, грациозно приблизившись к нему, прошептала на ухо: – Вдруг грядущая ночь станет для тебя последней? Может, стоить убить меня прямо сейчас?

Рэксволд не ожидал такого поворота событий. Он стоял в раздумьях, совсем не зная, как реагировать на услышанное.

– Нет? – Лайла отошла, игриво засмеялась и сделала глубокий вдох. – Тогда пойдём охотиться. Я чувствую кролика…

* * *

В Басторге выдался обычный солнечный денёк, постепенно перетекавший в тёплый вечер. Люди занимались привычными делами, даже не предполагая, что сегодняшний день навсегда оставит кровавый след в истории города.

Наконечник стрелы, со свистом разрезав воздух, вошёл в глаз одного из четырёх стражников, охранявших ворота. Прежде чем остальные караульные поняли причину падения своего боевого товарища, сражённый метким выстрелом, рухнул ещё один страж. Пыльное облако, стремительно приближавшееся к Дикой столице лесного королевства, выпустило ещё несколько стрел, отнявших жизни запаниковавших на башне стрелков. Оставшиеся у ворот часовые выхватили копья, но успели лишь поцарапать пронёсшийся мимо лошадиный круп, щедро обдавший их лица шлейфом пыли.

– Мы атакованы! – надорванно заорал закашлявшийся стражник патрулировавшим стены дозорным. – Живо! Закрываем ворота! – схватив за плечо тёршего глаза собрата по оружию, он рванул к арке.

Серая всадница на таком же сером коне ворвалась в город и галопом помчалась по оживлённой площади. Взмыленный жеребец, не разбирая дороги, пролетел прямо через шумную толпу, оставив после себя цепочку из стонущих раненых и трупов. Какая-то женщина издала нечеловеческий крик, увидев раскуроченное копытами тело своего ребёнка. Грузный мужчина с вывернутым плечом пытался отползти в сторону. Захлёбываясь кровью, отчаянно хрипел дряхлый старик с продавленной грудью. Рядом с ним в расползавшейся багровой луже неподвижно лежала его престарелая супруга.

Арбалетный болт, просвистев рядом с всадницей, сломался о камень мостовой. Резким прыжком она пересела задом наперёд и сделала несколько прицельных выстрелов по атакующим на стенах города. Вернувшись в исходное положение, Пустота закинула лук за спину и обнажила клинки, чтобы достойно угостить сталью приближавшихся стражников. Не сбавляя скорости, всадница снесла голову бегущему навстречу воину и направила обезумевшего жеребца в узкие улочки города. Мощное животное, подгоняемое ударами плоскостью меча по крупу, с лёгкостью таранило любого, кто, слыша лихо нарастающий стук копыт, не удосуживался или не успевал отскочить в сторону. С каждой минутой Басторг всё больше утопал в криках боли и ужаса. Стражники пытались перехватить серую убийцу, преследуя её по веренице кровавых следов, но сделать это было весьма проблематично: разбойница хаотично носилась по городу, не забывая сокращать количество его жителей