бросила его к ногам некроманта.

Колдун поднял деревянный кружок двумя пальцами и промолвил:

– Я вернусь, когда ты будешь одна. Так или иначе, это случится. А вам, людишки, я бы советовал уже бежать.

Вокруг чародея заклубился чёрный туман, и он исчез. О его недавнем присутствии напоминал лишь рваный след в молочной пелене. Во тьме ночного леса раздался зловещий клёкот, сменившийся удаляющимся хлопаньем крыльев.

– Ох, не нравится мне это, – прошептал Алан.

Джон почувствовал участившееся дыхание стоявшей рядом Лайлы. Аристократически бледная кожа принцессы стала мертвецки белой, а её глаза запульсировали красным, превратившись в два раскалённых угля.

– Что с ней? – с подозрением спросил Рэксволд, оглянувшись на испуганно фыркающих лошадей.

– Судя по всему, ничего хорошего, – следопыт всматривался в изменившиеся черты лица вампирши, слабо узнавая в ней доброжелательную милую девушку. – Лайла?

Принцесса молчала. Вытянутые зрачки, окружённые полыхающим красным заревом, смотрели в пустоту.

– Лайла, – чуть громче повторил Джон, пытаясь пробиться через маску ледяного безразличия. И ему удалось обратить на себя внимание.

Вертикальные зрачки вампирши дрогнули, остановившись на следопыте. Парализующий взгляд голодного хищника объял душу могильным холодом. Это была уже не Лайла. Подобно дикому зверю, девушка повела носом по ветру, явно заметив присутствие ещё двух человек. Как бывалый охотник, Джон даже не сомневался: любое резкое движение лишь спровоцирует вампиршу. Как и тот факт, что он смотрел ей в глаза. Но, подчиняясь неведомой силе, следопыт просто не мог опустить взор, хоть и осознавал, что в столь прекрасном обличье перед ним стояла сама смерть. Поддавшись страху, Алан сделал острожный шаг назад, случайно хрустнув веткой. Вампирша тут же развернулась на него и обнажила клыки. Юнец оцепенел, ощущая, как безвольно подгибаются трясущиеся ноги. Видя, что обезумевшая принцесса сейчас бросится на парнишку, ассасин встал между ней и Аланом, приготовившись к контратаке.

– Нет, Рэкс! – следопыт обхватил Лайлу сзади и оторвал от земли. – Помнишь наш уговор? Это моя проблема, – опешившая вампирша пришла в себя и стала усиленно вырываться. – Лошади беснуются! Мы не так давно проезжали поляну с буреломом. Забирайте их, пока они не сорвались, и мчитесь туда! Если до рассвета мы не придём, то и не ждите…

– Ты уверен? – ассасин строго взглянул на Джона.

– Да! Живее! Я не могу держать её вечно! – принцесса освободила правую руку и ударила следопыта локтем, оставив вмятину на нагруднике. – Проклятье…

Джон лишь мельком видел подтаскивавшего котомки Алана и отвязывавшего брыкавшихся лошадей Рэксволда. Сцепив руки замком, он продолжал удерживать извивавшуюся девушку на весу. Свободная рука вампирши попыталась разорвать цепкую хватку, и Джону показалось, что впившиеся в запястье пальцы сейчас сломают ему кость. Уставшие мышцы горели, словно объятые пламенем. Услышав стук копыт, следопыт испытал непередаваемое облегчение. Ассасин с юнцом, увлекая за собой на привязи Плутовку и Бамбука, помчались прочь.

– Удачи тебе, Джон! – прозвучал угасающий в темноте голос убийцы.

Следопыт отпустил вампиршу. Мгновенно развернувшись, она рывком притянула воина к себе и бесцеремонно вонзила клыки в его шею. Сомкнувшиеся на спине руки надёжно держали пойманную жертву. А едва прохладные губы девушки ощутили горячую кровь, как броня Джона заскрежетала от усилившейся мёртвой хватки. Противостоять такой нечеловеческой мощи было просто бессмысленно. Превозмогая пульсирующую боль, следопыт лишь стиснул зубы:

– Лайла… Я знаю, ты где-то там… Остановись… Чтобы не наговорил этот колдун, ты человек, а не зверь… Борись… Вспомни, кто ты на самом деле…

Не обращая внимания на его слова, принцесса жадно глотала вытекавшую из его шеи тёмную кровь. Джон и не предполагал, насколько глупо было надеяться на проблеск сознания у впервые потерявшего контроль вампира. Мёртвым кровопийцам требовались десятилетия, чтобы научиться хоть как-то сопротивляться одолевавшему их дикому голоду. Но даже умудрённые опытом ночные охотники могли сорваться в любой момент, в одночасье предавшись кровавому безумию. Ощущая подступающую слабость, следопыт устремил взгляд к нависшим над ними деревьям. В просветах между покачивавшимися ветвями, очерчиваемыми отсветами догоравшего костра, промелькивало звёздное небо. Джон обнял девушку, нежно перебирая пальцами её каштановые волосы:

– Лайла… Помнишь ту ночь, когда мы смотрели на звёзды? Признаюсь, твой лик, озарённый лунным светом, был для меня краше всех созвездий… И я хочу видеть его снова… Сегодня… Завтра… И всегда… За последние десять лет ты единственная девушка, заставившая моё сердце биться чаще… И я не верю, что всё закончится так…

Джон с усилием оторвал голову вампирши от своей шеи и, прижав к себе, поцеловал в губы. К сожалению, он не успел увидеть, появились ли хоть какие-нибудь эмоции на её лице. С порывом холодного ветра последний огонёк костра потух, оставив в окружавшей его темноте лишь вкус собственной крови и красные светящиеся глаза напротив.

* * *

Яркий полумесяц, замерший на усыпанном звёздами небесном полотне, помог всадникам разобрать дорогу и найти обусловленную поляну. Когда-то давно в этой низине возвышался сосновый бор, но постоянная мокрядь, неблагоприятно сказывавшаяся на деревьях, с годами превратила их в ветхий сухостой, завалившийся при первой же буре.

– Алан, разведи костёр, а я пока привяжу лошадей, – спешиваясь сказал Рэксволд. – Лайла прекрасно ориентируется в темноте. Не хочу ощущать себя слепым кротом, если она доберётся сюда.

– Думаешь, у Джона не получится? – спрыгивая с Бульбы, разочарованно произнёс юнец.

– Какие шансы есть у обычного человека против мощи чёрной магии, чёрт бы её побрал? – ассасин успокаивающе пошикал на всё ещё нервничавшего Ветра, чтобы тот перестал пятиться назад. – С такой силищей не то что подковы можно разгибать, а деревья с корнем вырывать. Добавь к этому дикое желание убивать, и всё сразу встанет на свои места, – он помолчал и продолжил: – Я не питаю иллюзий. Скорее всего, Джон уже мёртв. Молись, чтобы она не пришла за нами.

Алан ничего не ответил, в спешке наламывая ветки с валявшихся повсюду полугнилых стволов. Уже через минуту сложенная кучкой сыроватая от тумана древесина неохотно разгоралась.

– Вот почему всё не может быть нормально? – юнец отмахнулся от едкого дыма. – Мы же почти добрались до Карстэнура.

– Потому что мёртвые должны оставаться в своих могилах, а не разгуливать среди живых, – Рэксволд уселся у костра. – Всегда так считал, когда слышал байки о восставших мертвецах. Лайла заставила меня пересмотреть устоявшуюся точку зрения и, похоже, зря… Да и этот желтоглазый, растворяющийся в чёрном тумане… Сколько ему веков, и почему он до сих пор не сдох? Я начинаю люто ненавидеть тот день, когда вообще решил отправиться на поиски сокровищ. Жил бы себе дальше и не знал