– Это так очевидно? – с лёгким оттенком грусти вымолвила вампирша.

– Влюблённость не сильно рознит людей, как бы они ни пытались её скрыть, – Эрминия призадумалась. – Рэксволд сказал, что Джон – солдат. Хороший солдат, умеющий держать себя в узде, с понятиями чести и совести. Уважаю таких, но у высокой морали есть и обратная сторона. Готова поспорить, что после сна в обнимку и одной лошади на двоих, он взял вам разные комнаты.

– Взял бы, – вздохнула принцесса, – да мест не оказалось. Поэтому у нас одни апартаменты на двоих.

– Значит, я уверена, вы будете спать на разных концах кровати или же он переберётся на кушетку. Необходимости греться у костра больше нет. Добро пожаловать в комфортные условия, Лайла.

– Но я совсем не хочу, чтобы Джон отдалялся. Ты не представляешь, чего мне стоило, заставить его сделать шаг мне навстречу, – разоткровенничалась вампирша. – Что мне делать?

– Брать ситуацию в свои руки, – решительно ответила Эрминия. – И это платье тебе не союзник. После постоянной близости верхом на лошади, он и глазом не повёл, смотря на разодетых шлюх. Редкая стойкость для мужчины. Но я помогу тебе пробить его броню. Бери свою котомку, и пойдём.

– Куда? – не поняла принцесса.

– Обратно, – воительница устремила взор к лавке с одеждой. – Отношения подобны луку. Твои намерения – это стрела, твоё тело – дуга. Я лишь подберу тебе тетиву.

* * *

Через полчаса Лайла вышла на улицу в новой одежде. Изысканная шифоновая блузка, корсет с изящными пряжками, обтягивающие кожаные штаны, сапоги на высокой шнуровке и лёгкая накидка с капюшоном. Тёмно-коричневая кожа прекрасно гармонировала с неброскими зелёными тканями. Вышедшая вслед за ней Эрминия одобрительно закивала головой:

– Другое дело. На свету смотрится ещё лучше. А платье оставь на особые случаи. Пусть пока пылится в котомке.

– Я чувствую себя неловко, – негромко произнесла Лайла, осматривая новую одежду. – Словно я обнажена.

– Привыкнешь, – отмахнулась северянка. – Теперь усвой один крайне важный момент. Если ты будешь вести себя как затюканная овечка, то будешь смотреться нелепо. Показушная уверенность сделает тебя похожей на высокомерную стерву или развратную портовую девку в зависимости от оттенка наигранности. Последнее, конечно, лучше, и понравилось бы большинству мужчин, но явно не Джону. Будь самой собой. Утончённости и грации тебе не занимать, они и подчеркнут твоё достоинство, – Эрминия на секунду задумалась. – И вот ещё что, – она взяла вампиршу за руку. – Да, у тебя прохладные не только губы. Если ты планируешь внести разнообразие в свою личную жизнь, то не забудь как следует согреть тело в ванне или у очага. Потом, в порыве страсти, это будет уже не важно, но поначалу может оттолкнуть. Для более долгоиграющего эффекта можешь использовать настойку из клубней землехвоя. Один глоток повышает температуру тела на несколько часов. Незаменимая вещь на севере, – воительница прикинула расстояние до того места, куда её водил Рэксволд, и покачала головой. – Лавка алхимика слишком далеко. Мы опоздаем, если попрёмся туда, но думаю, ты можешь скинуть это дело на кого-нибудь из работников гостиницы. У меня всё.

– Спасибо, – не скрывая удивления, ответила принцесса. – За помощь с одеждой, за полезные советы. Непременно воспользуюсь… Откуда ты столько знаешь? Про женственность, мужчин…

– Это ты так спросила, не была ли я в прошлом шлюхой? – Эрминия строго взглянула на собеседницу.

– Нет, – спешно возразила вампирша. – Я совсем не это имела в виду… Просто ты такая…

– Какая? – воительница заинтересованно прищурилась. – Грубая? Холодная? Говори. Я уважаю прямоту.

– Грозная, – подобрала слово принцесса. – От тебя веет силой, в твоей походке читается вызов. Но при этом твой поцелуй нежен, словно лепесток розы.

– Не обольщайся. Он также может быть сух, как пустынная колючка, или дерзок, как танцующий клинок. В зависимости от того, что я хочу донести. И в мужчинах меня научила разбираться война, а не романтика. Я воин, Лайла. Девять из десяти моих противников – мужчины. Поэтому я предпочитаю знать врага в лицо: понимать, чем он живёт, о чём думает, куда сделает следующий шаг и как я могу на него повлиять. Для себя я выделила несколько типов мужей, но попадаются и исключения. Обычно они становятся либо лучшими друзьями, либо врагами, коих так просто не одолеть.

– Рэксволд, конечно же, относится к первой категории? – спросила принцесса, и Эрминия отрицательно помотала головой. – Ко второй? Но вы не похожи на врагов, – на лице Лайлы застыло замешательство.

– С Рэкси всё иначе. Он особый случай, – пояснила воительница, поправив перекрещенные за спиной мечи.

– Исключение из исключений? – улыбнулась вампирша.

– Вроде того, – Эрминия перевела пристальный взгляд на принцессу. – Знаешь, обычно я не переношу долгого пребывания в женском обществе, но ты мне нравишься. Своей неоднозначностью. Ум и сила граничат с хрупкостью и невинностью. Догадываюсь, как ты иногда бесишь Рэксволда, привыкшего всё раскладывать по полочкам, – она отодвинула с лица прядь волос, посмотрела на сереющие на западе тучи и перевела взор на развешивавших вдалеке объявления стражников. – Будет небольшой дождь. Нужно возвращаться, пока улицы не опустели.

* * *

Погода вблизи моря, подобно настроению капризной девицы, не отличалась особым постоянством. За четверть часа небо налилось серостью, скрыв солнце за угрюмыми облаками, и озаренный его лучами белокаменный город в один миг стал бесцветным и унылым. В ветре затаилась неприятная прохлада, заставившая большинство жителей Карстэнура попрятаться по домам. В преддверии прохудившихся небес несколько горожан, не желавших покидать улицу, укрылось под кроной могучего дуба. Лайла и Эрминия вошли в банк за минуту до того, как первые капли дождя упали на пыльную площадь. Они пересекли охраняемый стражниками холл и на пороге комнаты с круглым столом столкнулись с Джоном.

– Вернулись, – смотря на девушек, сказал следопыт. – А я уж хотел вас искать, – он окинул их взглядом и усмехнулся. – А вы времени зря не теряли…

– Мы не опоздали? – встревоженно спросила принцесса.

– Нет. Сейчас банкир укажет в бумагах суммы и можно подписывать.

– Возвращаю, – воительница приложила к нагруднику воина сложенный плащ. – Он мне больше не понадобится.

– Уверена? – Джон взял плащ в руки. – Тебе больше ничто не угрожает?

Эрминия лишь загадочно улыбнулась, подвинула следопыта и вошла в комнату.

– Всё в порядке? – в голосе воина проскользнуло подозрение.

– Не волнуйся. Наёмных убийц мы не встречали, – Лайла прислонилась боком к стене.

– Но проблемы были? – с хитрым прищуром спросил Джон.

– Ещё какие, – вздохнула принцесса. – Тяготы выбора одежды…

– Вижу, они увенчались успехом, – одобряюще покивал следопыт. – Прекрасно выглядишь. Хоть и малость необычно после платья.

Вампирша одарила его обворожительной улыбкой.

– Держи, – воин снял с пояса свёрток и протянул его принцессе. – Отобрал из общей кучи по памяти. Надеюсь, ничего не упустил.

– Что это? – Лайла развернула кусок ткани, обнаружив в нём золотые украшения, снятые ею несколько дней назад. – А я и забыла, – она тут же надела на себя кулон в виде цветущей розы и поцеловала следопыта. – Спасибо, Джон…

В помещении раздались шаги, и в дверном проёме показался Рэксволд.

– Хватит тут стены подпирать, – бросил ассасин. – Там уже всё… – увидев обновлённый гардероб принцессы, он запнулся, – готово…

Они вошли внутрь. Лайла, как самая грамотная в подобных делах, принялась изучать разложенные на столе пять пар листов с печатями банка. Рэксволд встал около Эрминии и тихо прошептал:

– В кого ты превратила принцессу?

– Разве ей не идёт? – негромко ответила воительница.

– Я этого не сказал…

Лайла проверила все документы, сделанные в двух экземплярах, и утвердительно произнесла: