Грэя заулыбалась, крепко обняв меня за шею.

— Хочу чтобы ты стал сильным магом! Самым сильным на свете!

— Сомневаюсь что боги будут ко мне так благосклонны, милая. Большинство орков следуют пути Силы. Это наша природа. Да и вряд ли бы из меня получился второй Урзул Горзол.

— Но ты же не орк, — с детской наивностью пожала плечами девочка.

— Твой брат станет великим воином, маленькая Грэя. Не сомневайся, — в разговор вклинился не пойми откуда взявшийся Боргак. К удивлению, он не выглядел опасным, а наоборот, казался… каким-то настоящим что ли. Неужто за личиной монстра прячется сентиментальный добряк. — Я позабочусь о нём. Не беспокойся. Мы с моими парнями прикроем твоего брата. Обещаю.

— Спасибо, большой Боргак! Я буду его ждать. Очень сильно.

Железнолобый потрепал девчонку по волосам, и кивнув напоследок, отправился к своим воинам.

Странный он всё же. Строит из себя последнего отморозка, а душой тянется к детям. Если конечно она у него есть. Ладно. Проехали.

Грэя и так едва сдерживается чтобы не разреветься, да и у меня ком к горлу подкатил.

Из всего моего окружения, больше отца я любил только это крохотное создание, которое отвечало мне тем же.

Наверное, это как-то связано с эпизодом из моей прошлой жизни. Последним эпизодом, если быть точным. Когда я погиб, вытащив из огня…

В общем, пора собираться.

Мы покинули Думград с первыми лучами солнца. Погода в этот день, на удивление, выдалась ясной, так что идти было не в тягость.

Первым шёл Боргак со своими парнями. За ними плелись навьюченные тюками орклины. Замыкали шествие повозки, одной из которых управлял старик Урзул.

В середине отряда шли я… и Зарра.

Её пришлось привязать к повозке.

На одном из привалов она вырубила охранявшего её орклина и попыталась сбежать.

Неугомонная. До сих пор не могу понять, почему отец отправил её со мной?

К концу дня мы достигли границы Мёртвых топей. Воздух стал затхлым и влажным. Пора было вставать на привал.

Лагерь разбили на одном из островков.

Я сидел у костра, наблюдая, как кучка молодых орклинов пытается установить первый шатёр. Распорки всё никак не хотели держаться вместе. Едва на них начинали натягивать шкуры, вся конструкция рушилась и орклины с воплями разбегались в стороны.

И как мы будем с ними восстанавливать острог? Ума не приложу.

Когда шатёр рухнул в третий раз, я вздохнул и подошёл к орклинам. Они тут же собрались в кучку и задрожали, явно ожидая плети.

— Сюда смотрите, — сказал я и взял распорки. — Вот эту ставите сюда, эту вот так… Ты, ушастый! Придерживай. Теперь смотрите дальше.

С моей помощью бедолаги сумели поставить шатёр и пробормотали слова благодарности.

Всё, пора на боковую. Волки накормлены, овцы целы. Первый день можно считать успешно завершённым. Посмотрим, что выкинет завтра Зарра.

— Не в восторге от своих работников, Кром?

Я повернулся на голос и увидел, как рядом присаживается Боргак.

— Угощайся. Тебе не помешает, — он протянул фляжку с чем-то вонючим, но увидев мой настороженный взгляд, с улыбкой добавил. — Не бойся. Не отравлено. На вкус как моча курга, но зато хорошо согревает ночью.

Я посмотрел ему в глаза и сказал:

— Спасибо. Сегодня не хочется. Даже если оно не хуже мочи курга.

Десятник усмехнулся, пряча флягу в подсумок.

— Что думаешь об этой дикарке? — кивнул он в сторону Зарры, по-прежнему привязанной к повозке. — Не боишься, что сбежит?

— Узнаем с утра, Боргак. Надеюсь, твои бойцы не проспят этот момент.

— Можешь не сомневаться, сын Грох’тара. Эта ночь будет спокойной, — неожиданно дружелюбно улыбнулся он.

Хм. Возможно, Железный Лоб не такой уж и придурок, каким мне всегда казался.

Но перед сном я всё равно принял предосторожности. Протянул за входным пологом тонкий шнур и подвесил к нему колокольчик из упряжи мулов. Прикрыл его краем шкуры, проверил — звенит.

Доспех снимать не стал. Кинжал положил под руку.

Вот теперь можно и отдохнуть.

Не знаю почему, но мне снился отчий дом. Тот, который из прошлой, уже почти забытой жизни.

Сад, заложенный ещё моим дедом, клумбы с цветами, над которыми как пчёлка порхала мама.

Школа. Первая любовь. Работа, та самая, что подарила мне надежду, но по итогу забрала душу.

Ту девчонку, которую я спас из огня, но не смог выбраться сам.

Сознание вернулось молниеносно — навык, который я выработал ещё в пожарке. Просыпаться до того, как завопит сирена. Отступить до того как обвалилось перекрытие. Взять на один кислородный баллон больше…

Что это, предчувствие или привычка? Не знаю.

Этот навык спасал меня не один раз, но просыпаться быстро не всегда значит вовремя. Едва открыв глаза, я ощутил холодок стали у горла.

Боргак склонился надо мной так близко, что я ощущал его мерзкое дыхание на своём лице. В свободной руке он держал мой колокольчик, зажав язычок пальцами. Из кулака свисал обрезанный шнур.

Значит, заметил. А я-то считал его просто тупым мясником.

— Ну вот и всё, полукровка, твоё путешествие подошло к концу. Прощайся со своими богами, барза, если они у тебя есть.

Глава 2

Ждать, пока Боргак выговорится, я не собирался, так же как дожидаться одного-единственного движения лезвия, которое завершит мой путь в мире орков.

О том, что ночью будет покушение, догадаться было несложно — лучшего момента было бы не найти. Думград далеко. Вокруг непроходимые топи, где без проблем можно спрятать хоть сотню трупов — вода всех примет и даже не оближется. Да и время подходящее — все вымотались за день и спят как сурки.

Кто будет убийцей, Зарра или кто другой — меня не интересовало, главное, что я был готов встретить его. Почти. Подкрался, надо сказать, он всё же незаметно. Но это его не спасёт.

Моя левая рука, облачённая в железный наруч, втиснулась между шеей и лезвием ржавого орочьего ножа-горлорезки.

Хорошо, что я не полностью снял доспехи перед сном. Говорю же, ожидал нападения.

Затем я сделал то, что умел делать лучше всего. Улыбнувшись в лицо орку одной из самых своих «дружелюбных» улыбок, я выдернул из складок наваленных рядом шкур кинжал и всадил его в бок Боргаку. Почти в подмышку.

То, что убийца будет налегке, я не сомневался, не попрётся же он в полном облачении, с мечом наперевес.

Хлюпание, с каким кинжал вошёл в Боргака, подтвердило мои догадки. Лезвие прошло между третьим и четвёртым рёбрами, и остановило его только упёршаяся в плоть рукоять. Можно сказать, я открыл путь к сердцу этого могучего орка, как бы нелепо это ни звучало.

Боргак был лишь на первом круге Силы, и мало чем отличался от простого смертного. Будь он рангом повыше — я бы просто не смог пробить его тело обычным кинжалом.

Железнолобый дёрнулся, выплюнув на меня сгусток крови, и обмяк, всей своей тушей навалившись сверху. В стекленеющих глазах застыл самый последний вопрос в его жизни — КАК?

В соседней палатке, судя по звукам борьбы, происходило то же самое. В старом шамане я не сомневался, потому просто терпеливо ждал. Рядовому орку вряд ли удастся совладать с мастером пятого круга.

Я на мгновение замер, прислушиваясь, и только когда до ушей долетел условленный сигнал Урзула, схватил тесак и бросился наружу.

Старик справился, остаётся добить остальных.

Посреди площадки догорал костёр. В его неровном свете, взяв наши шатры в клещи, застыли воины Боргака. Они ещё не знают, что план десятника провалился и что его самого уже нет в живых, так же, как и ещё одного из их собратьев.

Хотя, увидев меня, залитого кровью и с тесаком в руке, наверняка догадались, что к чему.

Минус два, осталось девять. Орклины не в счёт — эти трусливые создания никогда не полезут сами в пекло, не погони их туда плетью.

Итого мы имеем: два лучника, два копейщика и пятеро мечников. Боевого мага, к счастью, в отряде Боргака не было. А все воины, насколько я знаю, либо на первом круге, либо, как я, ещё вообще не прошли инициацию.