Прямо передо мной лежала уютная долина, окружённая зелёными горами.

На дне долины голубело неправильной формы озеро. Вытянутый овал с когтевидным отростком. К сожалению, вид портили многочисленные объекты явно искусственного происхождения.

Вся долина была превращена в полигон.

И да, скажу прямо, это безобразие по-своему впечатляло. Я впервые видел такой здоровенный полигон. Множество разноплановых участков, вышки для наблюдения за процессом, по периметру — казармы, ангары и уже знакомые мне этажерки. Сейчас я наблюдал за происходящим через гончую и тихо выпадал в осадок от амбиций наших врагов.

Британцы тренировали армию.

Хорвен пролетала над полигоном, и я видел целые орды крангов, разбившиеся на отряды и методично выполняющие боевые задачи. Вот, например, этот отряд штурмует замок, подозрительно смахивающий на один из черноморских фортов Эфы. А вот эти высаживаются с озера на берег, тут же строятся в боевые порядки и идут в атаку. Вон те отрабатывают блокаду транспортной магистрали — полотно специально сделали шестиполосным, чтобы жизнь мёдом не казалась.

В воздухе повисла парочка дирижаблей. И там, в такелаже и на верхних палубах гондол кипело сражение. Тоже тренировочное. Я впервые видел, чтобы кто-то выделил два вполне годных цеппелина для имитации абордажа…

Над долиной прокатился усиленный мегафоном голос:

— Третий сектор! У вас осталось десять минут! Уступайте место следующей группе! Что вы там, как мухи сонные?

Фраза была произнесена на ломаном кечуа.

Не по-английски.

Я получал всё больше интересных картинок. Над полигоном парили левитаторы, некоторые — с мегафонами. Дороги, ведущие в долину, были перекрыты. Имелся укреплённый периметр, стояли хорошо оборудованные КПП, на ключевых позициях дежурили мехи.

Вообразить численность армии вторжения я мог лишь весьма приблизительно. Тридцать тысяч? Пятьдесят? Кранги не только бились с условным противником в виде латников и големов, но и учились работать в смешанных командах с людьми, проходили боевое слаживание. В том числе, с одарёнными бойцами.

Процесс был организован на высшем уровне. Одни группы сражались, другие проходили полосы препятствий, третьи готовились занять сектор, четвёртые отдыхали, пятые проходили инструктаж под маскировочными тентами. Насколько я мог судить, инструкторами были люди и рептилии. Последние разговаривали на неизвестном шипящем языке, сильно растягивая гласные.

Устройств, способных обнаружить или подавить иллюзион, гончая не нашла. Похоже, объект был настолько удалённым и засекреченным, что сюда и так никто не лез. Локаторы были заточены под воздушные цели и не могли засечь биомеха, летающего низко над землёй. Не совсем было ясно по отклоняющим линиям.

Нехилая инфраструктура развернулась и на склонах гор. Я видел жилые комплексы спартанского вида, канатные подъёмники, тучеразгонители и антенны радиосвязи. В разных концах долины я отметил походные кухни, наспех собранные склады и большие шатры для приёма пищи. Кроме шатров были растянуты простые навесы — для крангов. Я видел, как саблезубые тигры едят, склонив головы над большими мисками — то ли керамическими, то ли деревянными. Вепри поглощали еду из продолговатых штук, похожих на корыта.

— Твою мать, — выругался я.

Интересно, сколько уже работает таких тренировочных центров?

Теперь мне стала ясна роль Монголии. Не только прокси-война и удар по конкурирующим сверхдержавам. Ещё и обкатка боевых соединений с воинами из параллельной реальности.

Мои спутники видели лишь общую картину.

С такого расстояния полигоны казались игрушечными, а собранные на них силы — несерьёзными. Но мне уже было понятно, что кто-то в Наска ухитряется пригонять в наш мир полчища крангов. Понятия не имею, что пообещали этим тварям. Но, судя по всему, затевается большой передел.

На сегодня с меня хватит.

Я ещё вернусь в эту долину, и ребятам мало не покажется.

— К югу от озера Байкал идут напряжённые бои, — вещал диктор. — Очередная вылазка монголов, возглавляемых ханом Баяр-Джушегту, показала недостаточную готовность империи защищать свои азиатские рубежи. Слово нашему специальному корреспонденту, Вадиму Нестерову.

Картинка на экране зомбоящика сменилась.

Я увидел напряжённого бритоголового мужика, за спиной которого виднелся круглый иллюминатор.

— Здравствуйте, дорогие друзья, — сказал мужик. — Я сейчас нахожусь на стратолёте МТВ, который пролетает над юго-западным побережьем озера Байкал. Чтобы нас не сбили раньше времени, пришлось подняться в верхние слои атмосферы. Но чего только не сделаешь для погони за горячим материалом!

В левом верхнем углу появилось окошко с диктором новостей.

— Добрый день, Вадим. Что удалось выяснить к этому часу?

— Николай, не так уж много. Мы пролетели над разорёнными деревнями Забайкальской губернии. Должен отметить, выглядит там всё жутковато. Держите детей и внуков подальше от экранов, друзья.

Пошли кадры с выжженными дотла посёлками, грудами сваленных посреди улиц и площадей тел, разрушенными домами. Комментарии специального корреспондента звучали фоном.

— Как видите, тут поработали мощные одарённые, не только звери. Мы до сих пор не знаем, кто они и откуда, но тактика у сепаратистов простая: они бросают на пехоту бронированных тигров и вепрей, а также отряды боевых големов. Против механизированных бригад сражаются как мехи, так и вражеские одарённые. Никаких опознавательных знаков. Но по информации, полученной от военных Дома Волка мы знаем, что у монголов имеются шагатели европейского производства, а также ударные мехи Наска.

— Значит ли это, что перуанцы и Евроблок объявили нам войну? — спросил диктор.

Кадры разрушения вновь сменились лицом специального корреспондента.

— Нет, Николай, не значит. Официально даже Монголия нам войну не объявляла. Но звериные орды, да и не только звериные, лезут через границу.

— Почему же они не идут в Небесный Край? — удивился диктор.

— Мы можем лишь предполагать, — щека спецкора дёрнулась. — Так или иначе, в Сибирь начали стягиваться войска. Захватчики, если их можно так назвать, крушат всё на своём пути, но вряд ли они сумеют выйти к Иркутску, не встретившись с двумя нашими армиями.

На экране высветилась карта с изогнутыми красными стрелочками.

— Вот эта армия движется со стороны Никополя, — пояснил спецкор. — Из Владивостока, насколько мне известно, подтягиваются десантные дирижабли Тигров. А вот это — собравшееся ополчение дворян Иркутска, выставивших свои гвардии, чтобы остановить агрессора.

Я посмотрел на часы.

Через двадцать минут можно будет поговорить с Администратором.

После своей вылазки в транспортную сеть Древних я скинул слепки Барскому, а тот передал информацию разведке Небесного Края. Рано утром со мной связались представители китайского императора и сообщили, что моя работа их полностью удовлетворила, и вскоре мне перешлют все необходимые разрешения для открытия официального представительства «Стрижа» в Пекине и других крупных городах Поднебесной. Чуть позже будет подготовлен пакет документов для торговли во всех провинциях нашего юго-восточного соседа.

О вылазке крангов в Забайкалье сибиряки узнали ещё в те часы, когда мы с инквизиторами отирались возле первой базы. Те, кому надо, следили. Говорят, не последнюю роль сыграли ясновидящие. И китайцы, запускающие в стратосферу разведывательные дирижабли, поделились данными с русскими. В одной лодке теперь.

Из Супремы пришла весточка, что я получаю особый статус.

Это прям вишенка на торте.

Особый статус, Карл!

То есть, меня и мой Род назначили внештатными помощниками, было успешно выполнено некое задание, и теперь «частично сняты ограничения, наложенные Кодексом». Далее прилагался список того, что мне можно делать, а что — нет. Разглашать содержимое договора в любой форме категорически воспрещалось. Мне пришлось подписать соответствующее обязательство. Что ж. Это не индульгенция в чистом виде, но конфликт с Супремой временно решён. Или отодвинут в будущее, потому что не всегда же у руля будет стоять действующий протоинквизитор? Его преемник имеет полное право не соблюдать текущие обязательства. А мне остаётся лишь пожелать Его Святейшеству долгой и счастливой жизни, хо-хо-хо!