— Послушай, Элизабет… — произнес он несмело в мою последнюю ночь в таверне, потому что на утро мне предстояло уйти с торговым караваном, направляющимся в северные земли. — Я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя. Для тебя это не сюрприз, но никогда раньше я не позволял себе говорить с тобой об этом открыто. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, а Эмми — дочерью. Обещаю, что сумею вас защитить. Но если ты точно уверена, что хочешь уехать, то могу отправиться с вами на север.

Мне стало одновременно тепло и тревожно. Приятно и важно знать, что тебя любят, но я никогда не позволила бы себе играть на чувствах этого замечательного человека, к которому относилась как к брату.

Мужчина правильно понял мое молчание, сдержанно кивнул и отвернулся, пряча выступившие на глазах слезы.

— Извини, но я не смогу выйти с утра вас проводить. Мне это будет слишком тяжело, видеть, как ты, Эмми и Олла уезжаете. Так что лучше простимся сейчас. Все необходимое для путешествия Вилли доставил, там есть и теплые вещи, и обувь на меху, и крем от обморожения. Он специально закупил все в соседнем графстве, чтобы Дарий не узнал о том, что вы собираетесь бежать. Ладно, Элизабет, я пойду. Долгие проводы — лишние слезы. Прощай!

Гарольд вышел из комнаты так стремительно, что я не успела сказать ничего на прощание. Слезы накатили жаркой влагой, щипля глаза, я старалась сдержаться, но капли градом потекли по моему лицу. Пришлось закусить до крови губу, чтобы не разреветься навзрыд, ведь в углу комнаты на своей кровати сопела во сне Эмми.

Лишь она обрадовалась этому неожиданному путешествию, в которое нам предстояло отправиться завтра. Ну хотя бы она забыла о Дарии, обещавшем подарить ей пони.

С тяжелым грузом на сердце, я свернулась на холодной кровати, чувствуя себя совершенно одинокой. Если бы не моя маленькая дочурка, уже бы, наверное, сошла с ума, но ради нее я была обязана оставаться сильной. С этой мыслью я провалилась с тревожный бесконечный кошмар, в котором бежала голыми ногами по снегу от бывшего мужа, удерживая на руках плачущую малышку.

— Госпожа, вставайте! Скоро придет караван! Я сложила все вещи и покормила Эмми. Вам тоже стоит подкрепиться перед дорогой! — раздался надо мной голос Оллы, выдергивающий из липкого сна.

И даже не было сил на то, чтобы напомнить ей в сотый раз не называть меня госпожой.

Дальнейшее происходило, будто в бреду, я с трудом понимала, что вообще происходит и действовала на автопилоте. Вот в таверну вошли высокие, крепкие и суровые мужчины, похожие словно братья. Почему-то представляла себе торговцев иначе, но, чтобы торговать с варварами, наверное, надо и самим выглядеть как варвары.

Они о чем-то побеседовали с Гарольдом в его комнате, ведь хозяин так и не вышел в зал, как обещал мне вечером. Затем наши вещи споро погрузили в повозки процессия, а нам предоставили места в не самой комфортабельной, но надежной кибитке, и процессия двинулась в путь.

Эмми крутила головой и болтала без умолку, восхищаясь медлительными огромными тяжеловозами, которые уверенно тащили телеги, груженные доверху разными товарами. К счастью Олла привычно справлялась с моей маленькой егозой, а у меня было время все обдумать.

Гарольд, мой ангел хранитель написал мне рекомендательное письмо к своему дальнему родственнику, который держал таверну в северных землях, так что хотя бы вопрос трудоустройства меня не тревожил. Больше волновало, каково будет моей малышке среди варваров и сурового климата. Но лишь в тех дальних краях можно было укрыться от всесильного дракона.

Путешествие казалось бесконечным: мы двигались вперед медленно, но неотвратимо, ночевали в паршивых постоялых дворах, которые и в подметки не годились заведению Гарольда. Казалось, что я попала в день сурка. Но вот пейзаж за окном начал меняться и вдруг что-то забелело невдалеке.

— Снег! Эмми, смотри, малышка! Это самый настоящий снег, про который я тебе рассказывала.

Дочка запищала радостно и рассмеялась серебряным колокольчиком. Суровый возница, управлявший нашей кибиткой обернулся и улыбнулся в густые усы.

— Если хотите, можем остановиться! — пробасил он. — Лошадям нужен отдых, да и вам не помешает прогуляться, небось утряслись в дороге. Только от лагеря ни ногой, тут северные земли, где опасность может быть на каждом шагу.

Но стоило Эмми выскочить из транспорта, как она со всей проворностью пустилась бегом к куче снега, белеющей в овраге, не реагируя на мои строгие крики. Конечно, я припустила следом, а за нами подхватилась и Олла.

Ох, вот точно проведу серьезную воспитательную беседу с дочкой, как только поймаю. Я практически нырнула в овраг, надеясь, что сейчас увижу малышку, но ее там не было, лишь маленькая рукавичка лежала на снегу.

— Эмми, где ты⁈ — закричала во все горло, но вдруг чья-то крепкая мужская ладонь закрыла мой рот, а над ухом раздался не слишком дружелюбный голос.

— С девчонкой все в порядке. И будет так же, если пообещаешь не орать!

Неужели люди Дария нашли нас здесь, в землях варваров, недоступных для драконов?

Глава 18

Я попробовала кивнуть, хоть это было непросто сделать, при учете того, что мужская рука держала меня крайне крепко.

— Учти, закричишь, сверну шею в секунду! — пообещал незнакомец и наконец, отпустил меня.

Теперь у меня появилась возможность толком осмотреться, и от увиденного невольно тихо ойкнула и сама накрыла губы ладонью. Я, Эмми и Олла оказались в окружение бородатых мужчин, облаченных в шкуры диких животных, а открытые участки кожи покрывали странные татуировки в виде сплетения магических знаков. Кажется, это и были варвары.

— Пожалуйста, позвольте нам уйти! — произнесла я тихо, чтобы не напугать Эмми, которая сосредоточенно изучала ожерелье из клыков, которое дал ей один из воинов. — У нас нет денег и ценностей.

Побелевшая, как тот самый снег Олла испуганно закивала, подтверждая каждое мое слово. От страха внутри все заледенело, но я старалась держаться и не выказывать паники перед этими варварами. То, как они обращались с моей дочкой, вселяло надежду на то, что нам не причинят вреда.

— Ты не понимаешь чужестранка, женщины южного мира ценятся на нашем рынке дороже специй и золота. Так что нам даже нет смысла грабить караван, с которым вы пришли, эти побрякушки — снежная пыль. А вот вы втроем — настоящая ценная добыча. Так что лучше пойти тебе с нами по-хорошему, иначе сама понимаешь.

Огромный незнакомец, похожий на бурого медведя ухмыльнулся, обнажив острые, словно у хищника, зубы, и я едва устояла на ногах.

— Что вы хотите с нами сделать? — спросила я подрагивающим голосом, но гордо вскинув подбородок.

Варвар улыбнулся еще шире, явно довольный тем, как я держусь.

— А ты не только красивая, но и смелая женщина. Я не поведу тебя на невольничий рынок. Думаю, ты сможешь стать украшением дома нашего ярла!

— Я никуда не отправлюсь с тобой без моей дочери и подруги! — прошипела разъяренной кошкой, ужасаясь, что нас с малышкой могут разлучить.

Мужчины дружно загоготали, но здоровяк махнул рукой и они тут же замолкли.

— Ну ладно, гордая женщина, за троих я точно получу от ярла больше, чем за тебя одну. Но предупрежу тебя один раз, не смей впредь поднимать голос на мужчину, если хочешь выжить.

— Только не смейте трогать малышку! — произнесла я уже тише, но в голосе всё равно звенела металлом уверенность. Ради дочки я бы голыми руками вырвала сердце из груди этого великана, представься мне возможность.

— За кого ты принимаешь нас? Пусть мы варвары, но не мучаем с женщин и детей, если, конечно, они соблюдают правила и не перечат. А теперь пора познакомиться с нашим доблестным ярлом, который хорошо заплатит за такую красотку. И тебе лучше научиться держать язык за зубами и подчиняться ему.

Неужели я сбежала от Дария, чтобы попасться в руки ещё более страшного и свирепого хищника, не знающего жалости?

Глава 19

Главарь отряда усадил меня на лошадь прямо перед собой, разлучив с Эммой несмотря на мои просьбы, а после и мольбы. Девочка, как и Олла поехала в компании других варваров, чьи лошади держались позади нас, и я всю дорогу с тревогой оглядывалась, боясь потерять их из виду. Радовало лишь, что Эмми не боялась, и спокойно дала посадить себя на лошадь: чем-то варвары подкупили ее к себе.