— Эй! — меня ударяют по спине ещё раз.

Обманчивое тепло тут же испаряется. И я осознаю, насколько сильно замёрзла.

Почти не чувствую конечности. Начинаю испуганно разгонять по венам магию. Она с трудом двигается по ним, врезаясь, как тысяча иголочек.

Проверяю резерв.

Наполнен наполовину.

Сколько же я спала?

— Бабка, да ты совсем заморозилась тут! — вокруг меня хлопочет тот самый подросток, который продал мне лошадь. — Как умудрилась, мороз-то несильный вроде нынче!

Он стаскивает с себя фуфайку и пытается укрыть меня.

— А… ты как тут? — мои губы еле двигаются.

При ближайшем рассмотрении замечаю, что мальчишка на самом деле выглядит не старше одного из моих внуков. На вид лет тринадцать-четырнадцать. Ширину и массивность ему придавала не по размеру большая фуфайка.

— Оденься сам, — говорю ему. — Я справлюсь.

— Да мне не холодно, — гордо отвечает он. — Я же маг.

— Маг?

Мальчишка вытаскивает поводья у меня из рук и забирается рядом.

— Но! Пошла! — командует он лошадке.

Та послушно трогается с места, хотя до этого стояла, как статуя.

Городок, который был виден далеко на горизонте, окончательно скрывается из виду.

— А тебе не надо вернуться домой? — спрашиваю.

— Братья меня выгнали, — вздыхает мальчишка. — Сказали, чтобы без телеги с лошадью домой не возвращался.

Мне становится очень стыдно за то, что так бездумно подставила его.

— Может, высадишь меня? И вернёшься домой с лошадью? — предлагаю ему.

— Э, нет! — не соглашается. — Хватит. Я уже давно хотел сбежать. Братья меня совсем замучили.

Холод отступает, и я согреваюсь окончательно. Снимаю фуфайку и отдаю мальчишке назад. Та странно пахнет. Дохлятинкой. Или это от лошади запах идет?

— К тому же я тебя обманул, — он вздыхает и прячет взгляд.

— В чем обманул? — не понимаю. — В том, что у тебя есть братья?

— Да нет, — потупляется он. — Продал неживую лошадь.

— Как неживую? — не понимаю.

— Ну, она крякнулась недавно. Старая уж была. А братья и так орут на меня постоянно. Ну, я её подлатал немного. Между прочим, удобно, кормить не надо. Но я ж самоучка. Хорошо, сейчас зима, холодно. Она пока ещё не так воняет. Прости, бабка, мне стыдно. Я монету схватил, в лошадь магии влил. Надеялся, тебе до следующего города доехать хватит. А в лошади, видать, магия-то раньше закончилась…

Мальчишка объясняет сбивчиво и путанно.

Сижу и во все глаза смотрю на лошадь. Которая как локомотив, тянет нашу телегу.

— В общем, монету твою они у меня отобрали. Ещё и кочергой отходили. Если поймут, что лошади капут пришел, то не знаю, что будет. Они мне запрещают оживлять зверей. Недавно я попробовал сделать так с крысой. Тоже орали. И кочергой, кочергой…

Поворачиваю голову и во все глаза смотрю на этого худенького паренька? Некромант? Но в этом мире нет такого дара, как некромантия.

Не было. Двенадцать лет назад.

— Что же ты за маг? — спрашиваю его.

— Не знаю, — пожимает плечами. — Братья говорят, что я никакой не маг. А пустомеля. И что вообще в нашей семье ни у кого никогда магии не было. А я им доказать хочу. В академию поступить.

Внезапно понимаю — мальчишка же видит меня без маскировки!

— Слушай, — осторожно говорю ему. — А я на вид достаточно старая?

Он внимательно оглядывает мое лицо.

— Ну, старовата, — отвечает.

Наверное, он как раз в том возрасте, когда люди тридцати лет уже кажутся древними.

— Хоть и не такая дряхлая, как вчера, — продолжает. — Я, когда думал, что ты окоченела, уж хотел магию влить в тебя. Как в лошадь. Но почуял, что ты живая…

— Тебе бы, конечно, лучше вернуться к родственникам, — мягко перебиваю его.

Добреду по дороге до следующего города. А там соображу, как и куда дальше добираться. А юному дарованию действительно бы учиться.

— Ни за что, — крутит головой. — Я решил, что с тобой поеду. О старых же надо заботиться?

Мне невероятно повезло, что я встретила Толли. Этого юного некроманта.

Ему я побоялась назваться Эмилией. Сказала, что меня зовут Надя.

— Надин? — удивился паренёк. — Какое-то заморское имя. Непривычное. Бабка, ты что, не из местных?

— Ну да, — говорю ему. — Я, хм, путешествую.

Добровольно-принудительно.

При приближении к следующему городу решаю умеренно состарить себя. Как раз резерв поднакопился.

К счастью, тот необычный мороз нас больше не преследует. Пропал, будто его и не было.

Объездной дороги нет. Придется ехать через город. Заодно, может, хлеба купим.

Мальчику бы поесть. Он много силы вливает в наш транспорт.

— Слушай, а какая из этих монет самая мелкая? — спрашиваю Толли, извлекая из кармана все свое богатство.

— Вот эта, — он уверенно тыкает в одну из них. — Эх, бабка, понятно, почему ты за лошадь мне столько денег хотела дать. Ты не разбираешься в местных монетах. Но ничего, я никому не позволю тебя обмануть. Главное, не сдавай меня властям.

— Каким властям?

— Ну, я же сбежал из дома, — он начинает шептать и оглядываться. — Как бы меня не вернули братьям.

Оглядываюсь тоже. И сердце замирает.

К нам приближается несколько мужчин в форме стражей порядка. Они едут на лошадях и смотрят на нас сверху вниз.

— Женщина в зелёном! — окликивает меня один из них. — Остановись.

— Если что, ты моя бабушка, — успевает шепнуть мне на ухо Толли.

Он делает незаметное движение пальцами, и наша неживая лошадка встаёт, как вкопанная.

Стражи приближаются. И всматриваются в мое лицо.

— Кто такая? Имя? — не спрашивают, а требуют. — Куда едете?

— Это моя бабка Надин! — встревает мальчишка. — Мы едем из Нордхилла в Нордвиль!

Мужчины переглядываются.

— Вряд ли это она, — негромко говорит один из них своим товарищам.

— Но она в зелёном, — возражает другой.

— Бабуль, так есть хочется! — внезапно начинает канючить Толик. — Когда мы уже поедем дальше?

— Сынки, — скрипучим голосом обращаюсь к стражам. — В какой стороне можно купить хлеба?

— Вон там булочная, — кивает тот, кто первым окликнул нас.

Когда мы отъезжаем от них, навостряю уши. Стражи переговариваются между собой негромко, но разобрать можно.

— Она же в зелёном!

— Ориентировка пришла на молодую. И одну, без внука.

— А вы заметили, как от них воняет?

— Деревенщины из Нордхилла…

Сердце уходит в пятки. Генерал ищет меня.

Нет, бывший ни в коем случае не должен найти меня!

Стараюсь делать вид, что вопросы стражников меня нисколько не насторожили. Мы с Толли — обычные бабушка и внук. Едем по своим делам.

Без лишней спешки двигаемся дальше. Но стражники, к счастью, не преследуют нас.

В этом городе мы не задерживаемся.

— Лошадке нашей не требуются ни еда, ни отдых, — гордо говорит мне Толли.

Мальчишка то и дело пытается показать, что он нужный. Боится, что я оставлю его. Он и деньги сам менял, и еду покупает. И лошадь эту заряжает магией.

Ободряюще обнимаю его за плечи.

Я его и так бы ни за что не бросила.

Где-то по пути мы разменяли сначала одну монету, а потом, чтобы это не выглядело слишком подозрительно, в другом месте и вторую. Таким образом разжились мелочью, на которую покупали хлеб и приобрели пару больших фляжек для воды. Воду набирали в городских общественных колодцах, они не замерзают зимой.

А ещё я прикупила темный старый плащ у какой-то женщины в одном из городков.

Стражники обмолвились, что ищут кого-то в зеленом. Так что следовало переодеться. Что я и сделала как можно раньше.

Личину я держала не всегда. За пределами населенных пунктов приходилось скидывать её, чтобы сэкономить магию и восстановить резерв. На это время я натягивала капюшон как можно ниже.

В северных городках и поселках на землях Норда я чувствую себя некомфортно. Мне очень хочется покинуть эти территории как можно скорее.