— Вот и ладушки. Да. Вот тебе деньги. Прикупишь провизии в дорогу, на четверых. Дня на три, не больше.

— Понял. Все сделаю.

Иван с довольной улыбкой проводил парня. Все же, приятно сознавать, что люди к тебе тянутся и готовы ради тебя рисковать. А еще, не задавая вопросов выполнять все твои приказы, и следовать за тобой куда угодно, полностью вверяя тебе свою судьбу. Хм. С одной стороны, приятно. С другой, страшно. Ведь при этом ты взваливаешь на себя ответственность за судьбу доверившегося тебе.

Задерживаться на постоялом дворе не стали. А то мало ли как оно все обернется. Чай государевы преступники объявились. Глядишь так возбудятся, что еще и хвост прищемят. Игра-то идет по взрослому. Тех, кто в курсе происходящего по пальцам счесть можно.

А Москва что? Большая деревня, только и того. Так что, народу способного его опознать предостаточно. Это он просто расслабился, вот и разгуливает по столице, как у себя в горнице. Оно конечно, внешность при сбритых усах и бородах у них сильно изменилась. Но к чему рисковать.

Опять же, Селин наверняка сообщил, что они с голыми лицами. А таковых на Москве, и уж тем более, среди русских, не так чтобы и много. Да чего уж там. Единицы. Так что, примета верная, даже для тех, кто и в глаза их не видел.

Поэтому, Иван поспешил покинуть пределы Москвы. Разве только прихватили с собой харчи. Вряд ли им получится нормально пообедать. В сухомятку оно конечно не то. Ну да, им не привыкать.

Кузьма появился как раз, когда солнце было в зените. Рассказал о творившихся на подворье безобразиях. Стрельцы ничуть не церемонились. Словно Иван и Архип когда-то и не были их сослуживцами. Мало того, и не служили с ними в одном десятке.

Угу. Их бывшие сослуживцы, переполняемые завистью и злостью и заявились. А то как же. Сами сволочи эвон как живут, богатеют, и то что Ванька стал государевым преступником, им не помеха. А они горемыки…

Вот вроде и отдарились отец с сыном лесопилкой. Да радости от того никакой. Стрельцы едва бороды друг дружке не повыдирали. Все мнилось, что кто-то работает больше, а получает меньше. Пришлось продать ее купчишке одному, да разделить деньгу. А потом пожалеть о том. Ведь у купца того, дела в гору пошли. И усадьбу новую, краше прежней сладил, и сам приосанился, да поднялся.

И все эти беды у стрельцов через этих клятых Карповых. Вот и переворачивали все, до чего только руки дотянулись. Все сундуки вытряхнули, везде залезли. Даже перины с подушками вспороли, словно там кто схорониться мог. Эх, зависть людская, и что только ты сотворить способна.

Поведал Кузьма и о несчастье. Кровью отметился переезд мастерских. Так уж случилось, что сорвавшейся станиной насмерть придавило Селина. Вот так. Был мужик, а уж и нет его. При этом Овечкин взирал на Ивана самым честным взглядом, мол я ни я, и хата не моя. То бог, шельму пометил.

Угу. Станет Иван ему верить, как же. Но и винить не будет. Раз простили, обошлись строгим внушением. Второй раз предательство прощать, уже никак нельзя. А главное, что и остальные уверились, неспроста это. Вот и ладно. Плевать под каким соусом пройдет переезд. Главное вывезти людей и оборудование. А там уж он позаботится, чтобы люди не пожалели о своем выборе, вольном или невольном.

В овраге провели весь остаток дня, пока Кузьма навещал великую княгиню, и сговаривался с ней о встрече. А то как же. Ивану без ее поддержки никуда. Ведь нужно будет обмануть бдительных москвичей, и умыкнуть у них из под носа ценное производство. Без подстраховки о таком нечего и мечтать.

Даже если вначале и проворонят, то пока караван доберется до границы Новгорода, минует не меньше месяца. Времени чтобы осознать произошедшее, и принять соответствующие меры, более чем достаточно. Так что, нужен влиятельный зонтик. А как там это Ирина Васильевна организует, это ее личное дело. Да хоть взятку на кого повесит. Кстати, если что, то Иван был готов заплатить. Пусть батя о том, пока ничего и не знал.

Встречу княгиня назначила в полночь, в Измайлово. Признаться, Иван даже заподозрил ее в том, что она решила отступить от своих принципов, и согрешить с прежним любовником. Муж-то опять уже умчался на юг, воевать с турками. Так что, чем черт не шутит, пока бог спит.

Н-да. Накоси, выкуси. Не сказать, что он так-то уж сильно разочаровался. Но признаться, при виде этой статной и все еще желанной женщины, вдруг вспомнил, что у него уже довольно долгий срок не было близости. И организм тут же отреагировал на красочные и бурные воспоминания.

— Ваня, мне приятно, что ты настолько рад меня видеть. Но ты бы все же держал себя в руках, — не сдержав ухмылки, подначила его княгиня.

Хм. А ведь ей приятна его реакция. Даже румянец стал ярче, в глазах мелькнула легкая поволока, и голосок едва дрогнул. Ну да. Это для него всего лишь красивая женщина, и потребность организма. Она же отрывала его с мясом от самого сердца. И похоже рана та еще кровоточит. Вот ей-ей, если бы не необходимость, уже раскланялся бы и ушел, чтобы не травить ей душу. Но…

— Прости княгиня, но у этого паршивца своя голова, причем без разума, а с одними желаниями, — без приглашения опускаясь в кресло, чтобы скрыть конфуз, и краснее как рак, ответил он.

Ерунда все это. Не будет ничего. То есть, вообще. Это же не женщина, а кремень. Она уже приняла решение, и не отступится от него. Даже на самую малость, не даст себе слабины. Ну, а коли так, то лучше выбросить все бредни из головы, и сосредоточиться на деле.

Ирина прекрасно все поняла, и не стала делать ему замечание. Ну присел без дозволения, и бог с ним. Оно ведь не от дерзости или неуважения, а совсем даже наоборот. Да и ей так легче. Сделав вид, что ничего не произошло, она так же опустилась в кресло, по другую сторону столика.

— Итак, Ваня, с чем пожаловал?

— Я приехал организовать переезд мастерских.

— А без тебя не управились бы. Эвон, разбойный приказ весь всполошился, преступников государевых ищут.

— Поумерить их пыл никак нельзя?

— И как ты себе это представляешь? Я таких приказов давать не стану ни под каким видом. А вот всыпать тебе с пяток горячих, Матвею велю. Чтобы ум на место встал.

— Не мог я иначе, Ирина Васильевна. Ить переезжают мастерские не в Карповку, а в Псков.

— Ку-уда-а? — Княгиня даже подалась вперед, опершись руками о столик.

— Не ослышалась ты, Ирина Васильевна. В Псков.

— И думать забудь. Я слышала, что ты собрался там выделку железа наладить. И даже купца нашел, что от шведов руду тебе возить станет. А значит, и серебра у тебя будет более чем достаточно. Чай, я-то знаю, как вы можете железо варить.

— Тут твоя правда. С серебром у меня проблем не будет. Коли не согнут и не отберут все. Однажды уж попробовали.

— Знаю. Те шляхтичи появились стараниями московской партии. Коль скоро не смогли передать тебя государю, так и решили отдать то дело на откуп литовцам.

— Вот же… А урезонить их никак? — С надеждой поинтересовался Иван.

— Так, чтобы это не стало явью, не получится, — покачав головой, разочаровала его Ирина.

— Ясно. Ну тогда давай считать. Речь Посполитая и Австрия с турком замирились. Персы воевать не собираются. Франция так и вовсе оказывает помощь. Теперь русское царство, одно против Турции. И случись война со шведами, Пскову и Новгороду придется отбиваться самим. Допустим, если шведы оккупируют Новгородские земли, это будет на руку Николаю. Как показывает практика, шведы подвержены бесчинствам на захваченных территориях. А значит, уже через год новгородцы не просто будут встречать Николая как освободителя, но еще и поддержат вооруженными восстаниями.

— Не скрою, такой вариант рассматривался. Хотя, пока еще ничто не указывает на то, что шведы станут воевать с Новгородом и Псковом.

— Но согласись, княгиня, весьма заманчиво прибрать к рукам младших братьев, пока старший возится где-то там на юге.

— Новгородские земли чуть не вдвое больше Русского царства, — покачав головой, уточнила Ирина.