Ты на кого пасть раззявила, шавка? Ты к кому свои грабли протянула? Ты думаешь, что выглядишь туманом — и этого достаточно, чтобы тебя боялись и уважали?
Ни-хре-на!
Н-н-на!
Раздирая чужую туманную плоть ногтями и вгрызаясь в чужую суть зубами, я не слушала, о чем вопят за моей спиной мужики, концентрируясь на том, чтобы просто выжить. Выжить любой ценой! Как всегда!
Выжить, как я выживала не раз! Я! Именно я!
Поглотить, уничтожить, стать сильнее! Выпить суть врага и уничтожить даже память о нём!
Не знаю, сколько продлилась эта неравная борьба, время как будто остановилось и одновременно растянулось в вечность, но когда я ощутила, что собственных сил мне уже не хватает, то открылось второе дыхание, а затем и третье! Корни древа внутри меня запульсировали мощью, свет внутри меня вспыхнул невиданной силой, вырываясь наружу ярким светящимся потоком, и когда энергии стало слишком много, то меня просто выгнуло в спине и я закричала о нестерпимой боли, смешанной с невыносимым блаженством.
А разодранные в клочья остатки дымки вокруг меня растаяли, как не бывало…
Они разбирали завал уже не первый час, потому что сканирование показало наличие живых, когда грудь неприятно кольнуло, и Ириан даже не сразу понял, почему.
Новый толчок? Вроде нет… Демоны? Духи? Тоже не то…
Эви!
Стоило только понять, что его тревога связана именно с ней, и не просто тревога, а точное осознание, что с его девочкой приключилась беда, как неважным стало абсолютно всё.
Всё!
Пошатнувшись, Ириан поспешил выставить руку, чтобы вцепиться ею в ближайшую стену. Ногти бессильно заскребли по камню, в груди жгло всё нестерпимее… А потом оборвалось.
Раз — и всё.
И тишина… гулкая, мертвая.
Невыносимая.
— Нет… — прошептал, не веря сам себе. — Нет, нет… Нет!!!
— Ир? — к нему торопливо подошел Фейд и сжал плечи, видя, как напарника натуральным образом колотит. — Что? Что такое?
— Эви…
— Что с ней? — моментально напрягся орк.
— Не знаю… — прошептал откровенно через силу инквизитор, который ещё недавно считал, что не боится никого и ничего. Но сейчас понимал, что боится очень многого. В том числе признаться самому себе, что… — Не знаю…
Рука сама полезла во внутренний карман за переговорником. Палец сам нащупал и вдавил нужную руну. Секунда, три, пять… Десять…
— М-м? — раздался в оглушающей тишине такой родной, но такой далекий голос, причем с отчетливым… Недовольством? — Любимый, ты немного не вовремя. Я перезвоню.
И снова тишина.
Не сдержавшись, смял в руке бесполезный кусок металла, который вроде бы и ответил на главное… Но вопросов стало лишь больше.
Что с ней произошло⁈
Глава 9
Не знаю, сколько я пробыла в отключке, но в себя пришла от настойчивого мелодичного трезвона поблизости. Что за…
Открыв глаза, увидела склонившегося надо мной Лукаса, лицо которого было белее мела, что мне совершенно не понравилось, но пока я не могла четко сформулировать, почему именно, а руки уже действовали сами по себе, шаря по одежде в поисках раздражителя.
Переговорник, да…
Чувствуя, как в голове ещё гудит, меня саму почему-то подташнивает, а под кожей словно черви копошатся, я не придумала ничего лучше, чем недовольно промычать и произнести в активированный переговорник:
— Любимый, ты немного не вовремя. Я перезвоню.
После чего нажала «отбой» и уточнила уже у Лукаса:
— Что я пропустила? И что у тебя с лицом?
— Эви? — сглотнул он. — Эвирейл?
Мои брови невольно поползли на лоб, а я на всякий случай потрогала себя снова. В том числе лицо. Нащупала кожу, какие-то бугорки…
— У нас проблемы? — уточнила немного нервно.
— Эм-м… у вас вены вздулись. И стали серо-зелеными.
— А-а… — протянула с облегчением. — Это нормально. Наверное. Энергетический передоз. Народ жив?
— Ну, если не считать, что преимущественно обосрался… — нервно хохотнул оборотень и предельно аккуратно помог мне встать, вручая прежде всего лечилку. — Вы точно в порядке? Куда делся дух?
М-м, дух, да-а-а…
Не торопясь отвечать, я предпочла осмотреться. Местная охрана стояла намного дальше, чем я помнила изначально. Шушукались между собой, косились в мою сторону… Расслышала даже, как кто-то ляпнул «демон», на что мысленно с досадой поморщилась, но в целом понимала их опасения.
Я бы и сама себе не доверяла, не зная подоплеку происходящего…
Под конец прислушалась к себе, констатируя, что духа я всё-таки сожрала и моё центральное ядро подросло довольно существенно, к голубому свечению кристаллов добавился дымчато-серый с вкраплениями коричневого, и не скажу, что это плохо… Но энергии во мне сейчас слишком много.
И это не есть хорошо.
— Не ходи пока за мной, — приказала я Лукасу, после чего молча ушла в шахту и весь следующий час в одиночку разгребала обвал, первым делом укрепляя потолок, чтобы он не обрушился на нас снова.
Да, чистой магией. Её во мне сейчас было больше чем дохрена.
Наконец, ощутив легкую степень усталости, я вышла наружу, где раздавались множественные голоса, и не без удовольствия обнаружила там всех своих работяг, которые прихватили и бедолаг-старателей, найденных нами у ручья, и Юли.
К этому времени солнце уже коснулось верхушек гор и вернулся гонец, отправленный к ближайшей шахте Райдеров, с горечью сообщив, что там тоже завалило всех шахтеров и среди охраны есть раненые, так что я поделила своих на тех, кто мог копать, и тех, кто предпочитал таскать, и первые отправились в шахту вместе с Юли, которая будет светить и укреплять потолок, а вторые вместе с лечилками и наспех сооруженными носилками отправились к раненым, чтобы притащить всех сюда. По ночи отбиваться от любой опасности лучше вместе.
Сама, убедившись, что на меня уже никто не косится, потому что вены пришли в порядок и чужая сила уже не распирала мою суть, попросила Лукаса отправить местного охранника в третий лагерь, выдав ему бодряшку и один из наших светильников. Стоило узнать, что произошло и с теми старателями и нужна ли срочная помощь.
А потом мы копали. Копали и снова копали.
Лишних сил во мне уже не было, чтобы в одиночку откатывать десятитонные валуны, но я спокойно чертила на слишком больших камнях руны-взрывки, превращая их в щебень, запускала под потолок светляки, чтобы было видно, где стоит приложить чуть больше усилий, и раз за разом запускала сканирование, убеждаясь, что мы идем четко по курсу.
В какой-то момент в шахте стало резко больше народу — это начали подходить из города другие старатели и шахтеры, в том числе из числа моих людей, и дело пошло бодрее — уже через час мы откопали первого выжившего с раздробленными ногами, а потом и остальных. Все были на грани, в синяках и рваных ранах, потерявшие сознание от потери крови и недостатка кислорода, но главное — живы.
А остальное исправят лекари.
Когда стало ясно, что в этой шахте живых больше нет, с первыми рассветными лучами мы одним огромным отрядом снялись с места и направились ко второй шахте.
Там нам повезло больше: из почти двадцати старателей были живы четырнадцать и завалило преимущественно вход, а не саму шахту, что выяснила Юли, прощупав завал магией. С этим справились буквально за пару часов и я не могла не улыбаться, видя, с какими ошарашенными и по-детски счастливыми лицами выходят наружу спасенные старатели.
Многие из нас были уже уставшими, но всё равно никто не остался на отдых, потому что третью шахту тоже завалило и там ждали нашей помощи.
И мы отправились дальше.
Шли аккуратно, не торопясь, первыми двигались полуоборотни и гномы, которые лучше всех чуяли горы и опасность. В какой-то момент мы дружно ощутили ещё один толчок, но он был совсем слабым, так что уже через десять минут мы шли дальше. Навскидку вокруг меня собралась целая толпа под сотню суровых мужиков. Никто не шутил, шли преимущественно молча, но атмосфера была не угрюмой, а скорее деловито-сосредоточенной. Мы делали нужное дело. И каждый осознавал, что подобная беда может приключиться и с ним.