— Что-о-о, а как же..?

— Никак. Я хочу контролировать твои похождения.

— Почему-то вчера ты совсем не горел желанием их контролировать. И даже не знаешь, чем я вчера вечером занималась.

— Это ты так думаешь, что я не знаю.

— Что? — я притихла и посмотрела на папу.

— То, что слышала. Я — знаю всё, поверь.

— Ты следишь за мной, да как ты смеешь?!

— Смею, я твой отец. Поэтому теперь никаких свиданий. Если такая любовь, выходи за него замуж, а не шляйся по подворотням, как шлюха.

Я потупилась, отвечать было нечего, я действительно вчера вела себя, как настоящая шлюха.

Ну и что Тима — мой жених! Имею право с женихом. А может это и правда было очень неприлично?

Да пусть они все идут куда подальше, как хочу, так и веду себя. Подумаешь.

Глава 19

Тимофей

Вот тебе и Аня, а всё прикидывалась. Это ж сколько она ждала своего принца, то есть меня, что так изголодалась. Ещё немного, и это не я её буду раздевать, а она меня. Это же какой костёрчик я поворошил.

Ну ничего, дай только время, будешь прыгать на меня, как бешеная белка и кричать, чтобы я трахнул тебя хоть где-нибудь. А я ещё подумаю трахать или нет.

Испытания она мне тут устраивает, а я вот возьму и завтра не приеду, что тогда будешь делать?

Это подвешенное состояние просто раздражает, а эта чертова зависимость просто бесит. Я бы может и так её полюбил, но само знание, что я должен влюбиться и влюбить её в себя, прямо мешало. Мне всё время казалось, я делаю что-то не так. Да, всё не так. Придумываю дурацкие свидания, а она смеётся надо мной у себя дома.

Какого вообще хрена я так стараюсь?

На завтра, конечно же, поехал к девяти. Не договариваясь. Но, что за ерунда, трезвонил у ворот, стучал, даже ногами, а калитку так никто не открыл. Уехали что ли куда-то, ну так нужно позвонить, придётся явиться — без сюрприза.

Достал телефон, набрал номер Ани. Гудок, ещё гудок.

— Алло.

— Я вообще-то, тут под воротами стою, — сказал я недовольно.

— Папа уехал и закрыл меня в доме, — грустный голос на том конце.

— Ты что не можешь как-нибудь выйти.

— Нет. Он сказал — больше никаких свиданий.

— Что-о-о? Это как?

Она замолчала, и я понял почему. Видно отец требовал выходить замуж, а она хочет ещё немного меня поколбасить, чтобы ещё больше влюбить. Короче сама на свои же грабли встала.

— Ну, так чего? — снова спросил я, — Может мне через забор удастся перелезть?

— А ты сможешь?

— Конечно, — уверенно сказал я, но совсем был в этом не уверен.

Заборчик то у них о-го-го, и наверное повсюду камеры напичканы. Ладно, посмотрим, что можно сделать.

Я прошел туда-сюда, потом по дорожке к пляжу и там увидел, одно дерево очень близко стоит забору и такое оно удобное, чтобы залезть.

Ну что ж проверим, на что я готов ради любви. А уверен ли я, что это ради любви, а не миллионов, которые бегут за мной, дышат в затылок и никак не могут догнать?

Я схватился руками за ствол и полез, не так чтобы ловко, но вполне себе нормально, как для человека, с детства не лазившего по деревьям. И уже через минуту я смотрел во двор Зацепкиных с высоты второго этажа.

Увидел окна Ани и её саму лежащую на кровати. Со скучающим видом, она рассматривала что-то в телефоне. Оценил обстановку, прыгнуть с дерева во двор можно, но потом никак не выберешься, если только через ворота выйти. Но что всё это по сравнению с тем, что сейчас я увижу её — Аню.

Ещё раз прицелился, чтобы не сломать ногу и прыгнул в траву у забора. Присел, прислушался и мелкими перебежками, прячась за деревьями, побежал к дому. Конечно глупо прятаться, когда не знаешь, где камеры. У дома прижался к стене, набрал номер Ани.

— Я возле дома, как мне войти?

— А, ты здесь, я сейчас.

Прижавшись к стене, я стоял ещё несколько минут, а потом увидел светлый силуэт в темноте. Аня махнула мне рукой и пошла вглубь парка. Мы подошли к калитке, и Аня достала ключ.

— У тебя был ключ! — возмутился я.

— Тише, — она отперла калитку, мы вышли, и Аня заперла её, — просто хотела посмотреть, на что ты способен, чтобы меня увидеть, — она улыбнулась.

— Ну как, увидела?

— Да, теперь я вижу, что ты действительно в меня влюблён.

— Что это ты себе решила? Просто, хотел спросить, как ты себя чувствуешь после вчерашнего.

Мы шли по дорожке к пляжу и шутили, и было так хорошо, что я даже на какое-то мгновение позабыл о своих миллионах. Хотелось ходить, разговаривать, и смеяться. Мы так и делали. Бродили по пряжу, брызгали друг на друга водой, смеялись, догоняли друг друга.

И кажется, я даже почувствовал какая она хорошая, очень хорошая. Просто раньше нам было не до разговоров.

— Папаша твой надолго уехал?

— На неделю.

— А в доме кто, охраны много?

— Да они дрыхнут давно.

— Так может, к тебе пойдём, — я хитро улыбнулся.

— Нет, нельзя. Не хватало, чтобы тебя в доме поймали. Что они обо мне скажут?

— Это разве тебя заботит?

— Да, заботит, а ты как думал? — обиженно обернулась она.

— Но ведь я — твой жених.

— Ну и что, я должна вести себя прилично, а не тянуть мужчину к себе в спальню.

— С каких пор ты решила вести себя прилично? — я усмехнулся.

— Что? То есть, по-твоему, я веду себя как шлюха?

— Нет конечно, я так не сказал?

— Но ты подумал, — она сердито глянула и пошла вперёд, — всё, не приближайся ко мне больше. Иди себе, проходи мимо. Раз я шлюха, нам нечего делать вместе.

Я уже пожалел, что затронул.

— Да не цепляйся к словам, ничего такого я не имел в виду.

— А мне не важно, — она пошла к дому, и я поспевал за ней, хватал за руку, но Аня вырывалась и шла дальше. У калитки она остановилась. — Я не хочу тебя видеть, уходи сейчас.

— Да что я такого сказал?

— Пойди и подумай, — она открыла калитку, вошла в неё и я услышал, как повернулся ключ в замке.

Ещё немного я постоял, потом пошел к дереву, залез на него и посмотрел на окна Ани.

Она вошла в комнату и упала на кровать.

Глава 20

Аня

Отлично. Он считает меня шлюхой. Доступной. Вот и приехали.

А что ты думала отдаваться по любому свистку, это разве не доступность?

Значит, я сама дала повод и Тимофей так думает. И как быть? Теперь, я не могу бежать к нему, потому что буду считаться доступной. Придётся ждать пока он придёт. Да, буду ждать. Сделаю вид что обиделась, подуюсь пару дней.

Да какие пару дней, меня и на полдня не хватит.

Нет, я выдержу. Два дня, а может три. Два мало, три много.

Значит, я веду себя как шлюха? И папа так сказал. Вот ведь влезла. Бросаюсь на парней действительно, как с голодного края. И Тимофей нагло этим пользуется.

Ну всё, три дня жду, пусть посмотрит — я умею обижаться.

Утром, кто-то вошел в комнату и остановился напротив кровати, я прищурилась и увидела плотную фигуру Дуни.

— Ты чего? — потянулась я и перевернулась на бок, — отстань, я сплю.

— Вставай, вставай Аня. Несчастье случилось, отец и Ольга в аварию попали.

— Что! — я вскочила с кровати. — Они живы?

— В тяжелом состоянии отец, а Ольга… и Иван водитель…

— Что? — я подбежала к Дуне, — Нет, нет! Оля! Нет!

Я не могла вздохнуть, слёзы застилали глаза. Как же так? Что произошло, что случилось. Почему? У отца такая машина, которую и бомба не пробьёт, он сам сто раз хвастался.

Не понимаю, не хочу понимать. Может это неправда, сейчас войдёт кто-то и скажет, что это была шутка. Просто шутка. Но так не шутят. Это была бы самая страшная шутка.

Я не хотела верить, но Дуня сказала, нужно ехать в клинику.

Не знаю, как смогла взять себя в руки, как сумела подняться. Но я чувствовала, что именно сейчас должна быть сильной.

Папа! Оля! Иван! Как же так?

В палату зашла как робот, которого ведут. Папа без сознания, вокруг него аппараты. Казалось, он даже не дышит. Дуня стояла рядом и обнимала меня, не давая подкоситься ногам.