— Может у кого два или готовы поделиться с подружками? — уточнил я.

— Скажешь тоже Василь Иваныч два, но поделится можем и посмотрим чеб эти не подглядывали! — самая бойкая опять ответила мне.

— Короче делаем так! Двое девчат со мной на ваш выбор за купальниками и покрывалами. И устроим шашлыки!

— Это как же мы их устроим Василий Иванович? — самая бойкая на меня наехала.

— Ребятня! Кто в селе готов продать барана или свинью? Может кто недавно колол? Плачу по цене колхозного рынка! — это я уже обратился к местным.

— Да никто не колол, не зима. Раз платишь зарежем, но деньги вперед. — Сплюнул по деловому парень-подросток. Показывая свою независимость.

— В кузове на картошке доедешь или выпадешь? — задал ему вопрос.

— Я че дурак? Тут денег платят… Неа… не поеду…

— Понял! Осознал! Был не прав, а к вечеру мясо будет если к твоим заехать и от тебя записку передать?

— Да кто я такой бате указывать? Я адрес скажу, ты денег передай, они сделают «командир».

— Местные подходим, не суетимся…

Дальше пошло-поехало до автоматизма. Мой «газончик» только и делал, что приезжал забирал картофель, ссыпал, получая накладные для сдачи и снова выезжал за новой партией картофана. Девчата балдели на тепленьком бережку пожарного пруда. Он был прогрет солнышком несмотря на раннюю осень т. к. был крайне неглубоким, ну и теплый климат Прибалтики.

Еще не успела даже начать смеркаться мы прибыли назад к школе. Родители Владиса (так оказалось зовут плюющегося парня) притащили там нежнейшее мясо двух замаринованных барашков. Пацан знал своих родителей лучше, чем я знал. Потому они с радостью приняли деньги и за отдельную плату договорились замариновать мясо и даже доставить куски спиленных вишень на которых мы и стали разводить огонь, добиваясь углей. Кстати крестьяне не обезумили валить ради меня вишню. Это городские не в курсе, но деревья регулярно нужно опиливать.

Пацаны мне указали на местных алкашей, что только и занимались рыбалкой. С этого и жили. Те в ответ на водку из сельпо доставили раков. Ну а уж пиво… Обычное рижское пиво в сельпо было. Я целый ящик притащил сразу в баню. Парадокс, но банщик мне сообщил, что председатель не велел сегодня топить. Нечего дескать тратить мазут, но за 5 рублей растопил баньку до состояние настоящего ада. Я подогнал девочкам своей группы свежесваренных раков и ящик пива. Дабы им веселее отдыхалось.

Именно в этот момент приехал председатель колхоза.

— Срываете план товарищ комсорг. — начал он с наезда.

— Простите какой именно план? — уточнил я.

— Ваша комсомольская бригада должна быть на полях!

— Сеять? — изобразил я дурака. — так вроде не сезон и посевной материал не получали.

— Нет! Собирать картофель!

— Поля убраны, те что были нам предоставлены.

— Этого не может быть! Вы не передовая бригада, а отстающая!

— Кто сказал? — удивился я…

— Это я так записал…

— Вот документы, мы все убрали за сегодня и куда раньше вечера. Вот документы приемки и сдачи. Вам плевать на печати и документы Антон?

— Да плевать я хотел на твой Советский Союз, сраных большевиков и твои печати! Я тут хозяин.

— Я с вами категорически не согласен, руководящая линия партии и самого товарища Ленина…

— Да у меня отец был в лестных братьев я ненавижу вас! Я тебя с дерьмом смешаю!

— Понял.

— Что ты понял? Что ты понял щенок!?!

Далее Антошка минут 10–12 рассказывал в том числе матом, что он понял. Я выслушал, вежливо попрощался и ушел в свой кабинет. Точнее кабинет директора школы. Набрал номер областного КГБ.

— Комсорг Василий Иванович, у меня есть неопровержимые доказательства…

Глава 12

— Так вот товарищ Иванов именно тогда у меня и зародились подозрения. — Закончил свой рассказ человеку в штатском с явной офицерской выправкой. Уверен он такой же Иванов, как я Джон Смит.

— Понимаю вас Василий Иванович, но вы смогли удивить. Молодой парень, что купил себе плеер меня как раз не удивляет у нас многие их покупают. Но так не стандартно использовать, провести запись разговора, ваши пленки будут одним из главных доказательств для советского правосудия.

— Ничего в этом удивительного нет товарищ Иванов, в Риге вообще множество дефицита продают. За прошлое лето заработал денег на сдаче чеснока, у меня вот и бумаги есть о том, что доходы абсолютно законные. Как был назначен комсоргом группы, озаботился аппаратурой для наглядной агитации и работы с молодежью нашей комсомольской организации.

— Не назначен Василий Иванович, а вы были избраны на демократических выборах. У нас не США дабы назначать у нас демократия. Желаете я вам даже скажу кто будет следующим президентом США? — Иванов посмотрел на меня отеческим, почти любящим взором.

— Любопытно, если вам не сложно товарищ Иванов скажите пожалуйста.

— Следующим президентом США будет или представитель республиканской или же демократической партии. Марионетки в телевизоре меняются. Обманутые граждане Америки думают, что их голоса хоть что-то значат. Власть же вместе с деньгами передается по-наследству. Какая разница, какой клоун сидит в «Белом доме»? Правят олигархические элиты и они уж поверьте Василий Иванович без крови власть из своих цепких лапок не выпустят.

— А что будет с председателем колхоза? — задал я интересующий меня вопрос.

— Ну, а что хорошего может быть с пособником нацистов? Пусть он лично в полицаях и не был, но нацистам симпатизирует. Ничего хорошего, а впрочем, как решит суд. Меня больше ваше будущее интересует Василий Иванович. — ответил Иванов, но я все больше и больше убеждался, что никакой он не Иванов.

— А что с ним не так? В 2000 году будет построен коммунизм, а пока закончу учится, пойду работать и все у меня будет хорошо.

— До этого светлого времени нужно еще дожить, но враги не дремлют. Предлагаю вам поработать на государственную безопасность, как вы на такое посмотрите комсорг?

— Как? Я даже до младшего сержанта на срочке не дослужился. Да чего там сержанта? Мне лычку ефрейтора не дали, а теперь, что? Из рядовых сразу в офицеры КГБ? — наверное у меня было очень удивленное лицо, что даже «Иванов» не удержался и рассмеялся, впрочем довольно быстро взял себя в руки.

— Семен Семеныч*! Ну какого офицера КГБ? Я предлагаю стать внештатным сотрудником. Впрочем… С вашими талантами, да если будете подобную «рыбку» в мутной воде ловить. Как знать, может вы еще всеми нами покомандовать успеете. — пошутил человек в гражданском.

Семен Семеныч* — старшее поколение поймет, а вот для молодежи прозвучит, как ошибка автора и якобы забыл имя ГГ. Это так называемый «интернет мэм» задолго до появления интернета. Фраза из очень популярного фильма в СССР «Брильянтовая рука». Персонажи произведения говорят в стиле своего времени с культурными отсылками.

— Где расписаться кровью товарищ Иванов я хочу и я согласный!

— Вы забавный молодой человек, дерзкий, с юмором. Мне нравится, но вы правы. Западный блок и показывает нас с вами, да и весь СССР, как кромешный АД! Такое пишут… — Иванов извлек какие-то бумаги.

— Я конечно же врагов не читал. Где бы мне вражескую литературу в моем колхозе встретить, но осуждаю. — согласился я с офицером КГБ.

— Вот здесь и здесь. — прокомментировал Иванов, а я легким росчерком пера стал внештатным сотрудником КГБ.

— Поздравляю вас Василий Иванович, грамота будет доставлена в ваше ПТУ. Извините, но громкого награждения и звезду героя Советского Союза вы пока не заслужили. — улыбнулся «Иванов».

— Я не гордый, я согласен на медаль*. — улыбнулся гражданину в штатском.

Медаль* — нет, ребята, я не гордый. Не загадывая вдаль, Так скажу: зачем мне орден? Я согласен на медаль. Снова культурная отсылка. Стихи о Василии Теркине в СССР учили наизусть. Автор Твардовский. Жители конца 1970-х или начала 1980-х просто не могли их не знать.