– Я думала, у нас будет какая-нибудь китайская еда, – сказала Кэсс, остановившись на пороге. На ней были обтягивающие джинсы с дырками на коленях и новый красный джемпер Сары. Кэсс дернула за его подол, словно желая привлечь внимание Сары.

Та не возражала против того, чтобы дочь носила ее джемпер. Сару это устраивало. Но ей бы хотелось, чтобы вначале Кэсс спросила разрешения.

– У меня не было желания.

– А как насчет моих желаний?

Сара сняла туфли и пошевелила пальцами.

– Приготовь что-нибудь сама, – произнесла она и тут же пожалела об этом. Сара приготовилась к взрыву. Она чувствовала, как в комнате растет напряжение, как сгущается воздух, вскипает кровь, слышала прерывистое дыхание Кэсс. Сара могла бы отступить, чтобы им обеим стало легче, но решила этого не делать. Она уже закрыла глаза на то, что Кэсс устроила на кухне беспорядок и без спроса взяла ее джемпер.

– У меня уроки, – сдавленным голосом возразила Кэсс. – Готовить ужин мне некогда.

– У меня полный рабочий день, – напомнила Сара. – А ты все равно ждешь, что я буду готовить ужин.

– Папа всегда готовил ужин.

– Папы здесь нет.

– Благодаря тебе, – огрызнулась Кэсс.

Сара заметила, как нарастает гнев дочери, и вздохнула.

– Нам обязательно опять ссориться, Кэсс?

Кэсс было открыла рот, но потом повернулась и ушла в свою спальню, хлопнув дверью. Наступила тишина. Наверняка она строчит Билли на планшете и жалуется, какая мать ужасная.

Сара с болью осознавала, что Кэсс нет до нее дела. Но она, как-никак, была дочерью своего отца. Он проглядывал в разрезе ее глаз, в том, как падали на лоб ее волосы, и в том, как дергалось ее лицо, когда она злилась, что случалось почти постоянно.

Сара вернулась на кухню, еще раз взглянула на грязную столешницу, взяла ключи и пошла в общую столовую. Сегодня вечером была не ее очередь там ужинать, но остальные женщины вряд ли стали бы возражать. Приятная беседа, приветливое лицо – вот в чем она нуждалась больше всего, понимая, что в своей квартире этого не найдет. Может быть, кто-то другой и знал бы, что делать с Кэсс. У Сары не осталось ни одной чертовой идеи. Она хотела быть рядом с дочерью, хотела, чтобы Кэсс доверяла ей и рассказывала ей свои секреты, чтобы они вместе смеялись. Она надеялась, что жизнь здесь, в этом пристанище для женщин, подскажет ей, как этого достичь. Но пока этот план не работал.

Более того – все становилось только хуже.

Глава четвертая. Элен

В своем классе на другом конце города Элен Тейлор убрала планшет в сумку и в последний раз окинула взглядом комнату. Она обнаружила на полу сломанный стилус и книгу, которую поставили обратно на полку вверх тормашками, и быстро навела порядок. Она любила оставлять класс в опрятном состоянии.

Когда она надевала куртку, ее планшет зажужжал. Пришло сообщение от Мэйбл. Они ужинали вместе каждую неделю, и эта традиция длилась уже много лет. Иногда после ужина они шли в бар или клуб и танцевали там до упаду в толпе других женщин, но в последнее время делали это все реже.

До центра города от школы было всего несколько минут ходьбы. Элен срезала путь через парк, наслаждаясь ранней осенью, лучами солнца и тем, как эти лучи оживляют все вокруг. Цветы на клумбах увядали и жались к земле, кое-где с деревьев опали листья, но зелени еще было много, и она радовала глаз. Мимо пробежала женщина средних лет, в розовых леггинсах и в наушниках, и улыбнулась. Элен улыбнулась в ответ.

Она увидела, как группа женщин готовится к занятию йогой, а несколько девочек-подростков расстилают плед для пикника. С наступлением комендантского часа мир оживал, и теперь общественные пространства целиком принадлежали женщинам. Они были свободны и могли говорить, одеваться и делать, что им хотелось. Они могли гулять до полуночи и пьяными возвращаться домой, и никто их не побеспокоит.

Она прошла через ворота в другую часть парка, когда на планшет пришло сообщение от Тома.

Она все еще держала планшет в руке, когда вдруг ее внимание привлек человек на другой стороне улицы. Мэйбл неистово махала рукой, как будто Элен могла не заметить. Как будто ее вообще можно было не заметить с ее ростом в метр восемьдесят и облаком волос.

Элен перешла дорогу, подбежала к Мэйбл и обняла ее. Они взялись за руки, и Элен позволила увлечь себя в сторону магазинов без капли сопротивления. Девушки задержались у витрины обувного, где Элен тут же влюбилась в пару синих замшевых сапог. Заглянули в ювелирную лавку, потом в книжную. Наконец они свернули к их любимому ресторану «У Пуччино», где нашли свободный столик. Официантка принесла им кувшин с водой с плавающими в ней ломтиками лимона и корзину хлебных палочек. Элен взяла одну и сломала пополам. От огромных обогревателей шло тепло, которое так приятно грело ей спину.

– Обожаю комендантский час. – Мэйбл счастливо вздохнула и огляделась по сторонам. – Когда его только ввели, ты думала, что все будет так, как сейчас?

– Мне было пятнадцать, – сказала Элен. – И мне хотелось одного: возвращаться домой из бассейна и не слышать окликов мальчишек с моей улицы. И чтобы они меня не обзывали.

– Кстати о мальчишках: сегодня я видела Тома. Он явился в центр электронного мониторинга для проверки электронного браслета.

– Да, он говорил, что ему пора на проверку. – Подошла официантка, и они заказали дешевое красное вино и пепперони с дополнительной порцией сыра. – И как все прошло? Ты его проверяла?

– Нет, другая сотрудница. А что?

– Просто спросила, – ответила Элен. Ей хотелось узнать: «Как он выглядел, упоминал ли обо мне, о чем вы говорили?» – но она сдержалась. Но с Мэйбл и Томом все было непросто. Подруга не выносила его. Она мило вела себя с ним, но Тома было не провести, и, как только он указал на это Элен, это стало настолько очевидным, что она не понимала, как могла прежде не замечать. Элен не знала, что делать, и решила просто не обращать на это внимания. Что поделаешь, есть люди, которые друг друга не переваривают. – Вижу, что работа тебе нравится. Видимо, проверки и электронные браслеты – это твое.

Планшет опять зажужжал, и она воспользовалась моментом, чтобы проверить сообщения. Том.

– Думаю, да, – согласилась Мэйбл. – Я потихоньку начинаю разбираться, да и платят хорошо. А главное – девчонки теперь возвращаются из бассейна спокойно и не слышат крики мальчишек в свой адрес. Знаешь, мне это нравится.

– Мне тоже, – сказала Элен, улыбнулась и быстро набрала Тому ответ.

Они доели пиццу, допили вино и заказали вторую бутылку. Обычно Элен столько не пила в будни после уроков, но им было так хорошо вместе, да и день выдался напряженным. Кэсс Джонсон превратилась в настоящую занозу. Последние несколько месяцев той изрядно досталось, ее отец угодил в тюрьму, но Элен надоело делать поблажки. Пора Кэсс взять себя в руки и повзрослеть.

Мэйбл держала пустую бутылку над бокалом и наблюдала, как падают последние капли. От алкоголя ее щеки раскраснелись, а когда она улыбнулась, Элен заметила, что ее зубы стали лиловыми.

– Я рада, что все идет хорошо, – сказала Элен. – Кстати о хорошем: я хотела кое о чем с тобой поговорить.

– О чем?

Вино разлилось в желудке Элен приятной и теплой волной.

– Обо мне и Томе.

– А что у вас с Томом? – спросила Мэйбл.

– Мы… мы собираемся съехаться.

Мэйбл откинулась на спинку стула.

– Уже?

– Ты говоришь так, будто мы вместе шесть недель, а не шесть месяцев, – возразила Элен и почувствовала легкое головокружение. Наверное, слишком много вина. – Мы уже ходим на консультации. К доктору Ферн в терапевтический центр в городе. Она классный специалист.