— Просто обещай держать руки поверх одеяла. Моя гостиная — приличный дом, а не бордель для твоих влажных фантазий под любовное чтиво.

— Чувак… — скривился я, вытирая рот салфеткой. Меня едва не стошнило от смеха. — Можешь не трястись за свой драгоценный розовый плед. На этой неделе я как раз меняю твой продавленный диван на кое-что куда более масштабное.

— Да неужели? И куда это ты намылился? — скептически сощурилась она.

— В то самое пафосное загородное шато, — довольно оскалился я.

— Ты гонишь! — Рэйчел так ахнула, что изо рта брызнули рисинки.

— Завидуешь? — подколол я сестру.

Когда Густав прислал мне сообщение вскоре после нашего телефонного звонка, он настойчиво позвал меня поселиться в замке вместе с ним и всей свадебной тусовкой на остаток недели. У каждого отдельная спальня, всё включено за счёт принимающей стороны, и упускать такой царский подгон было бы верхом идиотизма. При всём безграничном уважении к Рэйчел, собственная отдельная комната с персональной ванной звучали как манна небесная.

А главное — это означало, что я буду видеть Айви Джейд куда чаще.

— Твою дивизию… Я знала, что семейка Кастельянос гребёт бабло лопатой, но чтобы настолько, чтобы замки скупать?.. — поражённо протянула она.

— О да. Они упакованы по самые уши. До такой степени, что это выглядит даже неприлично.

— Богатеи чёртовы… — пробормотала она, склонив голову набок. — Густав-то парень с головой на плечах, но я прекрасно помню его сопливую заносчивую сестрицу. Айви, кажется?

— Айви Джейд, — машинально поправил я. — У неё двойное имя.

Рэйчел выразительно закатила глаза:

— Интересно, она осталась такой же невыносимой врединой? Девчонка была избалована до полной безнадёжности.

— Я бы не сказал, что до безнадёжности. — Мой взгляд снова скользнул к переплёту книги. — Она тоже фанатеет по «Снимая маску с моего светлого рыцаря», так что хороший вкус у неё точно имеется, — хмыкнул я, небрежно пожав плечом.

Рэйчел уставилась на меня так, будто я только что чистосердечно сознался в серийном убийстве.

— И откуда ты вообще всё это о ней знаешь? — прищурилась она.

Я принялся задумчиво ковырять лапшу палочками, лихорадочно соображая, как половчее преподнести правду:

— Ну… я, возможно, вроде как загнал её сегодня в канаву на «Ночи страха».

— «Возможно»? — с неприкрытым подозрением переспросила Рэйчел.

— Ладно, на все сто процентов загнал в канаву. Довольна? Напугал до полусмерти, и она разбила колено, — поспешил я выложить карты на стол.

— Ромео! — Рэйчел аж поперхнулась, ошарашенно вытаращив глаза.

— Да всё нормально! Я о ней позаботился. И вообще, она оказалась очень даже милой… после того как отчехвостила меня на чём свет стоит.

— Айви не бывает милой… — отрезала Рэйчел с ледяной категоричностью.

— Айви Джейд, — машинально поправил я.

— Плевать. Я прекрасно вижу, к чему всё катится, и вокруг тебя уже за версту полыхают красные флаги. У тебя снова эта идиотская мина на лице.

— Никакой мины у меня нет.

Рэйчел сгребла с дивана подушку и с размаху запустила ею в меня:

— Ро, сейчас ты выглядишь куда большим клоуном, чем в своём боевом раскрасе. Ты лыбишься как законченный придурок.

— Если так, то по крайней мере я счастливый придурок, — отшутился я, отмахнувшись плечом и не позволяя ей залезть мне под кожу. Но ход мыслей сестры я прекрасно понимал. Я был из тех мужиков, которые моментально привязываются, буквально зацикливаясь на человеке. А малейший неосторожный крен в моём случае неизменно приводил к катастрофическим последствиям. Вроде вылета с работы с волчьим билетом, если уж начистоту. Или краха пятилетних отношений.

— Только не вздумай снова бегать за богатой фифой, Ро, — глухо бросила Рэйчел себе под нос, явно не желая раздувать скандал. — Мы оба отлично помним, чем всё обернулось в прошлый раз.

— Да ни за кем я не бегаю… Я просто еду на свадьбу к старому лучшему другу. Имею я на это право, в конце-то концов?

Рэйчел притихла. Она явно ушла в глухую задумчивость, украдкой сверля меня недоверчивым взглядом из-под бровей в наивной надежде, что я ничего не замечу.

— Я просто предупреждаю. У тебя сейчас и так вариантов выше крыши. Твоё клоунское альтер-эго в соцсетях вообще нарасхват. Твоя рожа то и дело мелькает в ленте у половины города. Это прямо… фурор какой-то.

— Этим девицам просто сносит крышу от фантазий об опасном и мрачном персонаже. Они знать меня не знают.

Я намеренно опустил тот факт, что работа на «Ночи страха» и правда странным образом переворачивала реальность с ног на голову. Людям нравился Хай Джинкс. Они видели в нём нечто такое, чего мне, возможно, отчаянно не хватало в обычной, пресной жизни. Чем именно была эта искра, я пока и сам не до конца понимал.

Но с Айви Джейд всё обстояло иначе. Она уже знала меня как Ромео, и, положа руку на сердце, по нашим подростковым перепалкам она всегда помнилась мне язвительной, колючей зажигалкой, которая только и мечтала сжить меня со свету. Наверное, именно поэтому оказаться к ней настолько близко сегодня ночью — и при этом не получить порцию отборного яда в лицо — стало для меня полнейшим шоком. Обстоятельства вынудили её отнестись ко мне не как к ненавистному лучшему другу брата, а как к совершенно постороннему человеку, и эта крошечная перемена — пусть она и продолжала дерзить — чертовски интриговала.

Бред какой-то.

Я веду себя как полоумный…

Это же младшая сестра Густава. Да, сейчас ей уже стукнуло под тридцать, но она всё равно оставалась его сестрой. И весь груз нашего прошлого невозможно было перечеркнуть одним взмахом руки — особенно то застарелое дерьмо, из-за которого она меня так искренне презирала. Интересно, как она отреагирует завтра, когда я заявлюсь в шато и присоединюсь к остальным? Снова будет испепелять меня взглядом? Сделает вид, что я пустое место? Притворится, будто меня вообще не существует на белом свете?

Или, быть может, она уже и сама позабыла, за что именно так меня возненавидела.

Внутри внезапно взвилась глухая волна подозрительности. Страх того, что Айви Джейд окажется точной копией Меган, был вполне осязаемой и отрезвляюще тошнотворной перспективой. Да и с какой стати ей быть другой? По сути, они обе были скроены из одной и той же баснословно дорогой ткани. Меган судила о людях исключительно по обложке. Она была до мозга костей поверхностной дрянью и хвасталась моими заработками перед каждым, кто готов был слушать разинув рот. Думаю, именно это она во мне больше всего и ценила — мою престижную должность. Ума не приложу, как я умудрялся не замечать очевидного тогда, но, если взглянуть правде в глаза, она ничем не отличалась от женщин из клана Кастельянос.

Может, во мне просто проснулась какая-то извращённая тяга к самобичеванию?

Раз за разом подпускать к себе то, что мне нравится, ровно до тех пор, пока оно не сделает мне больно.

— От меня разит карамельным попкорном и театральным гримом за версту… — резко оборвал я собственные мысли, доедая остатки курицы. — Пойду, пожалуй, сполоснусь в душе.

Рэйчел машинально кивнула, уже вовсю переключая каналы в поисках марафона «Сумеречной зоны».

Я побрёл по коридору в ванную, всё ещё застряв в бесконечном препарировании собственных чувств и мыслей. По правде говоря, меня это дико бесило. Бесило то, что в моей голове без спроса поселилась Айви Джейд — она же Принцесса, — та самая девчонка, от которой, как я теперь доподлинно знал, сладко и тепло веяло нежной ванилью. Да, она была заносчивой и острой на язычок, но ведь и законченным чудовищем вроде Меган её назвать язык не поворачивался, так ведь?

В конце концов, ей нравилась «Снимая маску с моего светлого рыцаря». Нам обоим она нравилась. А значит, она просто обязана быть классной. Хотя бы отчасти. И то обстоятельство, что она уже дочитала сагу целиком, распаляло во мне дикое желание нагнать её как можно скорее. Потому что в этом и крылась вся суть: оказаться с Айви Джейд на одной волне.