— Смотри куда прешь, мур тебя подери! — Вопреки всяким клише проорали это не мне, а я, когда выбирался из груды трупов тварей, а кто-то наступил мне на голову.

— Ай! Простите, старший… — Писклявым голосом, предварительно отпрыгнув как ошпаренный и влетев в других «идущих», пропищал какой-то парень. Слабый звезда. Благо его там поймали и поставили на землю. Рядом с ним дернула головой такая же девушка. Лет двадцать? Тридцать, если начали возвышение рано? Мозг тут же дорисовал картину влюбленной парочки, что плюнула на все, отправившись в неизвестность. Ради того, чтобы стать сильнее. Вместе. И эти надежды разобьются вместе с плачем и ором, когда первый их них умрет на глазах второго.

— Мусор… — Цокнул я языком, опуская взгляд на вырванные из тел тварей ядра. Вернее вырвал я их не в этой куче, а просто достал. Но для всех мое появление выглядело архилогично. Подумаешь, какой-то адепт закопался в груду туш, измазался в кровищи и дерьмищи. Не побоялся. И вот, на удивление, нашел пару ядер, что другие пропустили.

Две откровенно слабые сферы, но размером с куриное яйцо, полетели в парня. И тот их инстинктивно поймал. А я, стирая руками кровь с лица, отправился дальше. Вместе со всем этим океаном, медленно бредущим в одну сторону. И в этом движении было нечто… величественное. Пускай я и понимал, что владыки ведут этих людей на убой. Что звезды и ядра не пройдут сквозь корень. Повернут в сторону к другим порталам? Но там многие десятки, если не сотни километров. И мне вообще казалось, что парящий в вышине «маг» серьезно так напиздел про то, что впереди самый безопасный путь. Мои аватары успели закартографировать и другие маршруты в соседних локусах. Куда как более удобные.

Парень ошарашенно так и стоял с двумя сферами и подошедшей к нему девушкой. Не сказать, чтобы это были великие богатства. Учитывая, сколько тварей этот океан погреб под собой на пути, ядра второго этапа были скорее здесь разменными монетами, чем богатствами. Но тоже приятный подарок, способный подарить адепту еще сантиметр кубический шанса на выживание и возвышение.

Я просто шел. Просто наслаждался бесконечной толпой, впитывая в себя даже нечто похожее на концепт. Концепт, что вобрал в себя стремления, страхи, боль, надежды и радости сотен тысяч людей, идущих в одном направлении. Говорят, такие концепты даже были. Концепты лидера, учителя, полководца. Но редко. Сейчас же я намеренно вычистил все мысли из головы, даже те, что постоянно анализировали почему же мне это приятно. Идти в толпе. Нехватка социальных взаимодействий, желание новизны. Желание играть роли. Обманывать окружающих и тем самым чувствовать себя вместе с ними и одновременно над ними. Опасно… Кажется, теперь я начинал понимать, почему в одном старом мультике самый сильный злодей вдруг проиграл финальную битву, а потом нам за кадром объяснили, что его самым нереализованным желанием было найти кого-то, кто сравнится с ним в силе и победит. Чтобы тем самым избавиться от гложущего его столетиями одиночества. Как бы повел себя я, проведи один не недели, а целые года?

Сапоги хлюпали по кровище. Вернее по однородной, «взбитой до густых пиков» массе, где смешались земля, измельченные растения, кровь, лимфа, и куча всего еще. Нос шумно втянул ароматы. Головокружительные. Запах тысячи людей, что даже, будучи адептами, все равно потели, пускай и меньше смертных. Аромат крови, смерти, такой, что остается над полями битв. Нотки кожи, металла, дерева, костров. Чарующий аромат свежего запеченного мяса. А еще запах страха.

— Отвали подальше. Ты воняешь… — Грубо тыкнули в меня копьем. И я перевёл взгляд на рослого, коренастого мужика. Толпа вокруг него, звезды, все уставились на меня. Но молчали, следуя этикету. А вот их «лидеру», пускай и неформальному, может ставшему таковым лишь полчаса назад, надоело, что я плетусь рядом, измазанный в крови.

— Конечно, старший… — С капелькой подобострастия ответил я, взглянув на тупой конец копья. Тоже своего рода знак приличия. Будь конец острый, и могла бы начаться драка. Мысленно улыбаясь, я отошел, направившись в другую сторону. Хотя и поворачивать тут можно было не во все стороны. На тех, кто идет, например, назад, точно будут смотреть косо. С каждым шагом, даже ничего не зная, рискуя показаться странным, я все лучше понимал дух этого места. Невыраженные в слова, но явные устои. Показываться тут мастером было опасно. Слишком много внимания. А звезды чаще шли в больших группах, формально к кому-то принадлежа. И только ядровики были незаметны, и в то же время сильны, чтобы ощущать себя спокойно.

Стукая копьем о грязь, я направился на запах жареного мяса. И не прогадал, подходя к огромной телеге, переоборудованной под фудкорт. Фургончик на колесах, где внутри на жаровне, обеспечиваемой медитирующим ядровиком огненной стихии, жарились, томились и парились сочные куски. А в огромных котлах что-то булькало и свистело. Тягловой силой тут работал полувеликан. Детина ростом метра три с половиной и в плечах себя шире. Правда, с выражением лица деревенского простачка. Окружающие перешептывания его не беспокоили. Телега тоже стояла. Так что он с удовольствием разминал кисти и пил что-то из огромной кружки. А по две стороны от торговой точки уже толпились очереди. И надо сказать, выдаче еды, организации, скорости и точности тут бы позавидовал сам Макдональдс, нервно куря в сторонке.

Пара продавцов принимали оплату. Монеты, реже ядра, и то, только отмытые. А взамен наваливали груду заказанной еды. Или в личную посуду. Или, при нужде, в одноразовые тарелки и мешки, скроенные из каких-то плотных листьев.

Встал в очередь и я, доставая из кольца монеты. Их у меня накопилось… Не счесть. Инопланетные деньги вообще почти всегда в той или иной сумме становились трофеями с внешников. Правда были почти бесполезны для Землян. Разве что пустить их на переплавку или выпить заложенную силу. И снова я проваливаюсь в размышления о финансовых системах инопланетян.

Банальное золото или металлы ценились у них куда меньше. Хоть и не обесценивались, служа таким же эталоном. Но только их для денег было бы недостаточно. С другой стороны, и вводить в оборот кристаллы энергии было чрезмерным. Те являлись слишком ценными для мелких монет, а еще, если бы номинал деньги был бы меньше стоимости кристалла, их бы все «употребили» для развития. А будь номинал больше, он бы неизменно обесценивался, ведь любой кузнец смог бы ковать свои монеты, дай ему кто нормальную руду.

В итоге решение было компромиссным и отточенным уже сотнями тысяч, а может, и миллионами лет. Сильные мира сего расплачивались не деньгами. Кристаллами, ресурсами, ядрами сильных тварей. Дорогие деньги, те самые, где за одну монетку можно было купить какую-нибудь небольшую провинцию с деревнями и людьми, ковались из энергонасыщенных кристаллов, которые сами по себе были источником огромного количества ци, стихий, а то и духа.

Обычные же монеты чеканились из простых металлов, серебра, золота, иногда даже чугуна. Вот только все они проходили закалку высочайшими энергиями, становясь металлами третьего, четвертого, а то и пятого или шестого этапов. Централизованное изготовление в столицах делало это не таким уж и затратным. А в итоге деньги становились почти неуничтожимым эталоном. Который нет смысла «жрать» ради развития. Закаленный металл не нес в себе ци. Разве что иногда их плавили ради создания оружия. Да и Земляне такие деньги поначалу тоже активно плавили на свои нужды, прежде чем научились закалять материалы сами. Но такие потери были приемлемы.

— Мне среднюю порцию мяса, огромную порцию овощей. Десять пирогов. И бочонок медовухи. Ну и мороженное. — Сделал я заказ. Передавая монеты Баворта, с изображенной на них башней и еще раз удивляясь тому, как совершенно иная цивилизация пришла к схожим решениям в пищевой промышленности.