— Ты права, твои чувства — не мое дело. Мое дело — обеспечить твою безопасность. И чтобы твоя сила не стала орудием в чужих руках, — холодно произносит мужчина, после чего делает паузу и продолжает. — Ты можешь ненавидеть меня. Можешь кричать. Но ты останешься здесь, пока я не буду уверен, что ты не станешь следующей жертвой в этой древней войне, о которой ты даже не подозревала. Это не просьба. Это приказ. Если ты не забыла — я твой начальник!

Я с ненавистью впиваюсь в его глаза. Его идеальная красота теперь мне кажется глянцевой оберткой, скрывающей гниль. В его глазах я вижу отражение своей слабости, своей растерянности, своей бессильной ярости. Каждый блеск, каждая тень на радужке пронзают меня насквозь, напоминая о моем провале.

Он ловит мой взгляд и выдерживает его, не моргнув. В его глазах я не вижу злорадства, получающего удовольствия от моей ярости, только холодную, неумолимую решимость.

— Я предлагаю тебе выбор, Амбер. Очень простой. Остаться здесь, под защитой и научиться контролировать то, что в тебе проснулось. Или уйти — и стать разменной монетой, целью. В первом случае ты сохранишь свою волю Во втором — ее отнимут. Навсегда. И это сделают куда менее церемонно, чем я.

Он отходит к своему столу, предлагая кажущуюся мне мнимой свободу для выбора.

— Испытывай ненависть, если это помогает. Но делай это трезво. Потому что твой гнев сейчас — это роскошь, которую ты себе можешь позволить только находясь под этой крышей.

Ненавижу! ДА! Мысленно кричу я…

Уголок губ вампира в этот момент на секунду дергается и тень иронии скользит по его лицу.

— Можешь ненавидеть, я уже дал тебе на это разрешение.

— Я не говорила этого! — противореча своим мыслям, удивленно выкрикиваю я.

Взгляд Вайтса становится пронзительным, он спокойно произносит:

— Твои эмоции сейчас бьют через край. Для существа, чувствующего энергию, они кричат громче любого слова. Ярость, страх, отчаяние — все это вибрирует в воздухе вокруг тебя. Это еще одна причина по которой ты здесь. Потому, что любой, у кого есть хотя бы капля чувствительности сможет найти тебя по этому… шуму.

Я решаю промолчать, осознавая, что проиграла в этом споре. Мне некуда идти. За дверями я становлюсь потенциальной жертвой интриг сильнейших мира сего.

— Молчание — хорошее начало, — резюмирует вампир и подходит к камину. Его силуэт, наполненный властью и силой, четко вырисовывается на фоне потухающих углей. — Элис приготовит тебе комнату. Там будет все необходимое. Утром мы обсудим дальнейшие шаги, — он делает паузу, глядя на остатки пламени и продолжает. — И, Амбер, постарайся уснуть. Твоему телу и разуму нужен отдых. Даже если чувство ненависти не дает тебе покоя.

Я резко разворачиваюсь и бегу в комнату, в которой я провела ночь. Забегаю, срываю с себя всю одежду и мчусь под душ. Стоя под струями воды, я отчетливо слышу щелчок в замке двери. Это не взлом, куда все более банально — меня заперли снаружи. Я накидываю на себя полотенце и выхожу в комнату.

Через несколько минут раздается мягкий стук и голос Элис разносится из-за двери:

— Мисс Амбер. Сменная одежда и нижнее белье я положила на стул, на столике — травяной чай, который прописал доктор Ланс. Господин Вайтс просит вам передать, что это не тюрьма, а мера предосторожности. Окна в комнате… не открываются по той же причине.

Ее шаги тихо удаляются. Я остаюсь одна наедине с противоречивыми мыслями. И словно из души вырывается безмолвный крик: «Дейв, спаси меня!». В этот же миг я словно слышу внутри себя его ответ. Не словами, нет, ощущением. Ощущением его присутствия, его теплой руки, обнимающей мою; его уверенный взгляд, который говорит: «Я рядом, приду за тобой, ты нужна мне». С надеждой в сердце понимаю, что для меня это не просто слова, это моя реальность, сотканная из переплетения наших судеб, настолько прочная, что могла пробить завесу времени и пространства.

И тогда я начинаю чувствовать, как что-то меняется. Тьма вокруг моего сознания начала рассеиваться, ненависть отступает. Дейв спасет меня! — эта мысли словно исцеляет меня и дарит умиротворение.

Остаток дня я повожу в спальне. Пытаюсь из кусочков сложить пазл в своей голове. Половинка. Моя связь с ней. Я знаю кто мой истинный, но обстоятельства складываются так, что мы не можем быть вместе. Как все же я ненавижу вас, Кайлан Вайтс!

Глава 8

Ученье — свет?

Ночь проходит беспокойно и без сновидений. Просыпаюсь я от тихого скрипа двери. На полу, прямо у порога, замечаю поднос с завтраком и термос, скорее всего с травяным чаем. Небольшая записка лежит тут же. Я вскакиваю с кровати и беру ее в руки. На белом листе четким каллиграфическим почерком выведено: «Гордость и голод — плохие союзники». Подписи нет, но стиль написания не оставляет сомнений в авторстве.

Ненавижу! Я хватаю записку, разрываю ее на мелкие кусочки. К подносу с едой даже не прикасаюсь. Одеваюсь в тот же флисовый костюм и сажусь на кровати. Мой разум начинает разрываться от противоречивых чувств. Часть меня, сломленная и загнанная в угол, шепчет, что Кайлан Вайтс прав. Он обладает знаниями, ключами к пониманию этой проклятой руны, к ее силе, к ее контролю. Я должна научиться обуздать эту силу, понять, как действует «Пламя крови». И он единственным, кто может помочь.

Но другая часть меня, та, что еще помнит вкус свободы, корчится в ужасе. Верховный — тиран. Его слова, как ледяные иглы, проникают под кожу и вызывают дрожь. Он давит, манипулирует, хочет сломать меня, переделать, превратить в послушную марионетку. Вампир видит во мне не личность, а лишь инструмент, с помощью которого он словно самоутверждается в своей способности властвовать.

«Успокоиться, — шепчу я себе, — нужно просто успокоиться. Получу знания, а потом… потом найду способ вырваться.» Но эта мысль кажется мне предательством. Успокоиться означает сдаться, позволить ему контролировать меня, позволить ему уничтожить все, что осталось во мне.

Закрываю глаза, пытаясь унять дрожь. В голове вспыхивают обрывки воспоминаний: моя жизнь до встречи с Вайтсом в его офисе, моя учеба, мои мечты… все это теперь кажется таким далеким, таким нереальным. Я боюсь, что скоро забуду кем была, что останется лишь пустая оболочка, наполненная волей Верховного.

Проходит час. Дверь в комнату открывается, в проеме появляется сам Кайлан Вайтс. Одетый в темный свитер и брюки, он выглядит менее официально, но не менее неумолимо. Его взгляд скользит по нетронутому подносу, затем переходит на меня.

— Итак, на лицо стратегия неповиновения через саморазрушение, — произносит он без тени осуждения, скорее констатируя данный факт. — Интересный выбор. Он лишает тебя сил, но не меняет реальности.

Вайтс делает шаг в комнату, оставляя дверь открытой. Я продолжаю молчать. Мужчина, не дождавшись от меня слов, произносит:

— Ты хочешь понять, что делать? Первое — перестать вредить себе. Второе — задать правильный вопрос. Стоит думать не «как мне отсюда сбежать», а «что это за сила во мне и как ею управлять». Ответ на первый вопрос приведет тебя прямиком к охотникам за тобой. Ответ на второй — даст шанс приобрести реальную свободу.

Он видит меня насквозь. Каждая моя мысль — отражается в его голове. У меня рождается чувство тревоги, перерастающее в страх. Теперь я не могу даже ни о чем думать! Так как этот безжалостный и холодный монстр просто взял под контроль даже мое сознание!

— Я не давала вам разрешение переходить на «ты», — огрызаюсь я.

Вампир приподнимает бровь и с долей превосходства произносит:

— Я и не просил.

Я встаю с кровати, сжимая кулаки, устремляю на него взгляд полный гнева:

— Тогда сразу дайте мне ответ на второй вопрос. Как я могу получить свободу? — выкрикиваю я слова, которые рвутся из глубины души.

Он медленно подходит ко ко мне. Его движения плавны и бесшумны. Я начинаю ощущать его близость. Воздух вокруг словно сгущается и становится вязким и удушливым. По всему телу растекается волна жара.