устыдил он

Властителя Гадес'а. Он восстал из мёртвых, и он разрушил его

владение».

Вот такой этот человек. Непоседа. То в виде Ноя нагрянет, то

на семидесяти двух языках заговорит, а то и владения самого бога

смерти Гадеса разрушит. В общем – на что его настрополит

владелец Великой Силы, то он и сделает. Вот такой сильный

человек.

Но мы-то здесь при чем? Зачем нам эти странные рассказы о

человеке, чей образ не пробуждает в нас никакой идеи что-то

перелицевать в христианстве?

Человек, выведенный в этом тексте, конечно же, лихой во

всех отношениях, но в нашей христианской истории, все-таки, не

какой-то человек триумфально выделился над людьми, а Бог ко

всем людям пришел в образе человека.

Поэтому этот текст нам не подходит.

Свидетелям Иеговы он хорошо подошел бы – они

человекопоклонники и верят в человека Иисуса. А также высоко

ценят его место в истории. Это для них.

А мы – христиане. И у нас вся история – это и есть

непосредственно Сам Христос.

А, что касается личной истории каждого из нас, то она

сводится не к получению Великой Силы, а к тому Пути, где

несоединимо соединяются в новой Форме Вечности человек и Бог, и где мы будем во Христе, Который в Боге, а Бог будет в Христе, Который – в нас.

Вот этим Путем мы далее и пойдем.

Платон. "Государство" 588A - 589B

« Рассуждение о восьмерке и девятке »

«Молитва Благодарения»

Эти три апокрифа автоматически нами пропускаются, потому

что в них нет вообще ничего, касательно христианской темы.

Мы ведь не обязаны возгораться на каждый древний текст

только потому, что он попал в одну библиотеку с христианскими

апокрифами.

Мы исследуем не всю библиотеку, а только то, что

претендует на тайные знания о христианстве.

А поэтому три верхних текста – даже не берем с полки.

Но вот что касается последнего текста в этом Кодексе VI, который называется

«Асклепий, 21-29»

то мы его совсем не берем с полки, потому что он открыто

герметический.

То есть, он относится к «Герметизму» – к учению, которое

получают мистически в прямом общении с древним, и даже очень

предревним древнеегипетским богом Тотом («Тот» – по-гречески

Гермес).

И поэтому получается, что весь этот «Асклепий, 21-29» – это

просто рассказы местного старожила. Нам для нашего дела не

пригодится.

Итак, мы закончили Кодекс VI.

КОДЕКС VII

Мотивы, по которым мы ранее пропустили группу документов

из Шестого Кодекса, прихватывают и первую книгу нашего

Седьмого Кодекса, которая называется – «Парафраз Сима». Она

тоже тематически не сопрягается с христианством.

Поэтому начнем сразу со второго текста.

«Второй трактат великого Сифа»

Этот трактат – якобы правильное описание евангельских

событий в воспоминаниях некоего автора, который, по его словам,

« предвечно» обитает в сферах « Высокого Света» среди расы

богов. То есть – живет не на земле, а в курортной зоне « Высших

Эонов».

Попробуем

изложить

эту

историю,

применяя

гиперкорректность, как главный принцип повествования.

Этот мутный тип, у которого даже сестра проститутка –

«сестры нашей, Софии - той, которая была проституткой - из-за

той не сохранённой невинности» – стал замечать дыры в своих

эмоциональных переживаниях и засобирался в « Низшие области», то есть к людям.

Проще говоря, ему уже не хватало адреналина в областях

Высших Эонов,