- Нет, это решительно невозможно! Ты хоть когда-нибудь бываешь серьезным?

- Быть серьезным, а зачем? Серьезность это удел таких людей как старина Аксель, кстати, как он?

- Он сейчас в отъезде.

- Теперь понятно, почему ты примчался, некому было тебя остановить... ладно, не обижайся, кстати, а как поживает моя обожаемая супруга? Я, конечно, не думал что твоя царственная сестра, узнав о моем приезде прибежит, задрав юбки, но, признаюсь, мне было бы чертовски приятно.

- Ты ничего не знаешь?

- Нет, а что я должен знать?

- Похоже твои шпионы ничуть не лучше моих.

- О чем ты?

- Ну ладно, слушай. Твой кузен-соправитель недавно умер.

- Иоганн Альбрехт?

- Именно, что за блажь взбрела в голову вашим родителям назвать двоюродных братьев одинаково. Получив известие о его смерти многие подумали, что скончался ты.

- Представляю их разочарование, когда они поняли что ошиблись, - засмеялся я, - знаешь, в России есть поверье, если про человека безосновательно думают, что он умер, значит, он проживет еще очень долго. Но что с Катариной и моим сыном?

- Они сейчас в Мекленбурге.

- Какого черта?

- Ну, Мекленбург, если ты не забыл, твое наследственное княжество и, кстати, моего племянника тоже.

- Проклятье, моему сыну скоро год, а я его еще не видел. Послушай, а как умер мой кузен? Когда я покидал Гюстров, он был здоров как бык на нашем гербе.

- Точно не знаю, но что-то там нечисто. Тетушка София была очень обеспокоена.

- И ты не нашел ничего лучшего кроме того чтобы послать туда мою жену и ребенка?

- Послушай, маленький Карл Густав твой единственный законный сын. Кому как не ему должно принадлежать наследство Никлотингов? К тому же я послал с ними Оксеншерну и выделил сестре достаточный контингент, чтобы не опасаться за их безопасность.

- Это ты сейчас так рассказываешь мне, что оккупировал мое княжество?

- Нет, конечно, что за странные идеи? Моя сестра принцесса и свита ей положена по статусу.

- И сколько полков в этой свите?

- Скажешь тоже, полков! Триста мушкетеров и эскадрон гвардейской кавалерии. Швеция сейчас воюет и у нее каждый солдат на счету. А тут еще твой полк в полном составе дезертировал в Ливонии.

- Это тебе этот старый дурак Спаре рассказал? Плюнь ему в его маразматическую морду!

- В какую морду?

- Какая будет, в такую и плюнь! Этот идиот, едва не угробил мой полк, слава богу, Гротте догадался увести его. Ей богу моя воля я бы его вздернул.

- Чтобы его красавица-жена овдовела?

- Фи, король, как вам не стыдно! Кстати, как поживает наша общая знакомая графиня Браге?

- Ладно-ладно, - засмеялся Густав, я знаю, что ты образцовый муж и верен моей сестре. Так о чем ты хотел со мной поговорить?

- Предлагаю обмен, Новгород на Ригу. Немедля, как есть, город на город.

- Неожиданно...

- А по-моему это шикарное предложение. Только думай быстрее пока твои канцлеры и депутаты все не испортили.

- Да, уж, без риксрода здесь не обойтись.

- К черту риксрод! Ты прекрасно знаешь, что Новгород вы удерживаете незаконно, тамошнее население вас терпеть не может и ничего хорошего из этого не выйдет. А Рига это очень жирный кусок и если ты его получишь, то это очень больно щелкнет по носу нашего польского родственничка.

- Ты слышал что случилось в Тихвине?

- И это только цветочки. Ягодки будут когда также полыхнет в Новгороде, поэтому послушайся доброго совета, возьми себе чистенькую и уютную Ригу, а лапотную и грязную Корелу с Новгородом оставь мне.

- Что? Ты говорил только про Новгород! Причем здесь Корела?

- Я говорил про Ригу, дружище, про Ригу! Я не приводил ее к присяге, так что она только и ждет, чтобы упасть в твой карман. Зачем забивать себе голову грязной Корелой?

- Но царь Василий...

- Царя Василия давно нет. И если бы твой несчастный брат стал бы царем перед ним встали бы те же самые вопросы. Давай решим этот вопрос полюбовно.

- Как не вовремя уехал Аксель, он хорошо умеет управляться с риксодом...

- А кто возглавляет оппозицию?

- Старый граф Юленшерна.

- Ладно, созывай заседание своего риксрода. Сдается мне, я знаю, как поладить с этим старым ярлом.

- Он тебя не очень то жалует.

- Я его семейку тоже.

- Кроме прекрасной Ульрики?

- Густав, ты пошляк!

Ответом мне был заразительный смех юного шведского короля, к которому нельзя было не присоединиться. Отсмеявшись, Густав Адольф решительно поднялся.

- Как хочешь, Иоганн, но я не могу позволить, чтобы ты оставался здесь! Ты член нашей семьи и немедленно отправишься со мною во дворец трех корон.

- Вот еще, если бы там меня ждала Катарина, я бы и секунды не помедлил, а так... ну что мне там делать?

- Королева мать будет рада тебя видеть.

- О, я полагаю, мы прекрасно увидимся с ней завтра.

- Завтра?

- Ну, разумеется, завтра! Мы выспимся, переоденемся в парадные кафтаны и с помпой отправимся к дворцу "Трех корон". Заодно твоим подданным будет на что посмотреть.

- Не знаю, наверное, ты прав, но мне чертовски не хочется расставаться.

- Что за беда? Переночуй здесь, пусть придворные сами готовятся к приему.

- Ты думаешь?

- Почему нет, я расскажу тебе, как брал Смоленск, Ригу, другие города...

- Ты просто змей искуситель!

- Не преувеличивай. Кстати, ты пробовал русскую медовуху? У меня есть еще немного...

Мы проболтали с Густавом Адольфом до полуночи. Я рассказывал ему о своей жизни в Москве, о том как проходили выборы царя. Но главное о походах и взятии крепостей. Осада Смоленска вызвала в юном короле восхищение, а внезапный налет на Ригу привел в полный восторг.

- Боже, Иоганн, отчего я не служу у тебя хотя бы фендриком! - Воскликнул он, немного хмельным голосом, слушая очередной мой рассказ.

- Наверное, потому что ты король и главнокомандующий.

- О, друг мой, ты не знаешь о чем говоришь. Иногда мне кажется, что последний королевский крестьянин имеет больше свободы, чем я. Шагу нельзя ступить, чтобы не попасть в старинные привилегии или древние вольности. На всякое дело, даже самое ничтожное, нужно одобрение риксдага. Денег в казне вечно нет и что самое ужасное, им просто неоткуда взяться. Швеция бедна, словно церковная мышь!

- Ну, дружище, не прибедняйся. У меня дела ничуть не лучше. Для виду мне все кланяются, но стоит отвернуться того и гляди воткнут нож в спину. Я и на войну убежал, чтобы не видеть спесивых боярских рож.

- Да, понимаю. Я "люблю" своих аристократов ничуть не больше чем ты. И тоже хотел бы убежать от них. Я жажду войны, рыцарских подвигов, а приходится заниматься черт знает чем!

- Вроде подделки монеты?

- О чем ты?

О том, что в Стокгольм перевезли все инструменты с Новгородского монетного двора и печатают монеты из всякой дряни с именем Василия Шуйского.

- Клянусь честью, мне ничего об этом неизвестно! - Удивленно воскликнул король. - Я бы никогда на такое не решился, ты ведь мне как брат. Ты веришь мне?

- Верю, брат! Тебе как себе, даже больше, но вот нашему другу Акселю не слишком.

- Наверное, ты прав, - сокрушенно покачал головой захмелевший Густав, - но, не сердись, я прикажу немедленно прекратить это!

- Было бы недурно. Впрочем, если бы ты взялся помочь мне в деле чеканки монет, я бы и не подумал сердиться.

- Помочь?

- Ну, да, помочь. Отпусти несколько человек мастеров со своего монетного двора с тем, чтобы они научили моих мастеров. Ведь ужас что за деньги они чеканят.

- Да, ты прав, я видел что у вас за монетки. Такие маленькие...

- И даже такие маленькие серебряные монетки очень велики для моих новых подданных, так что я хочу, что бы монеты чеканили из меди.

- Но ведь в России нет меди?

- И серебра тоже нет, но медь я буду покупать у тебя. А еще отличное шведское железо. Довольно богатеть только тем, у кого есть этот презренный металл по божьему недосмотру именуемый благородным. Медь и железо, вот основа нового мира и он будет принадлежать нам!