— Здорово, Серый.

— Игорь! Как же я рад тебя видеть дружище!

Я обнял его, хлопнул по спине. Он ответил, но как-то неловко, будто забыл, что при встрече полагается делать.

— Проходи. Садись. Ты откуда взялся?

— Из дома.

— Это я понял. Давно приехал?

— Утром. С вокзала сразу к тебе. Сначала на старый адрес сунулся, там сказали, что тебя здесь искать надо.

Он сел на край стула и поставил рюкзак возле ноги.

— Почему не позвонил? Встретили бы.

— Не подумал.

Я вернулся за стол, посмотрел на него внимательнее. Вид Игоря мне не понравился. Глаза пустые, смотрит на меня, и как будто не видит. Даже в самые драматичные моменты во время боёв в Афганистане, когда пули свистели над головой, а вокруг рвались мины, я его таким не видел.

— Что случилось? — Спросил я прямо.

Игорь провёл ладонью по лицу.

— У тебя телефон городской есть? Я номер этот оставил, который на проходной дали. Если мне позвонят…

— Соединят.

Я нажал кнопку селектора.

— Людмила Петровна, если будут звонить и спрашивать Игоря Быкова, сразу переключайте на меня.

— Хорошо.

— И чай нам принесите, пожалуйста.

Игорь посмотрел на аппарат у меня на столе.

— Спасибо.

— Теперь рассказывай.

Он открыл рот, но вместо ответа достал из внутреннего кармана сложенную бумагу. Развернул, посмотрел и убрал обратно. Это была фотография, но кто на ней изображен, я разглядеть не успел. Я ждал.

— У меня сына забрали, Серый.

Сначала мне показалось, что я ослышался.

— В смысле? С женой развелся, и она ребенка забрала?

— Украли. Похитили.

Он сказал это тихо, почти без выражения. Только пальцы на колене продолжали мять край куртки.

— Когда?

— Два месяца назад. Уже третий пошёл.

Я отодвинул счета и расстегнул ворот рубашки, мне внезапно стало душно.

— Сколько ему?

— Двенадцать.

Я помнил, что Игорь был женат и у него был ребёнок ещё в Афгане. Быков был самым возрастным из нашей группы, не считая Морозова конечно. Призвали его, по-моему, после института, когда закончилась отсрочка, Он тогда показывал маленькую фотографию: жена держала на руках пацана в вязаной шапке. Снимок был заломан по углам, потому что Быков носил его в кармане своей афганки постоянно, даже на боевые, хотя это и было запрещено.

Двенадцать лет. Я почему-то сначала подумал, что он ошибся. Потом прикинул годы и понял, что всё сходится.

— Как зовут?

— Антон. Ты же помнишь.

— Помню.

Людмила Петровна принесла чай. Игорь сразу замолчал. Дождался, пока она поставит чашки и выйдет, потом повернул голову к двери. Я встал и закрыл её.

— Продолжай.

— Из школы шёл. До дома там минут пятнадцать. Обычно с двумя ребятами ходил, а в тот день один остался на занятиях, второй заболел. До угла дошёл, его посадили в машину. Женщина из соседнего дома видела. Думала, знакомые забрали.

— Машину запомнила?

— Светлые «Жигули». И всё. Номер не видела. — Он взял чашку, но пить не стал. — Мы сначала по друзьям его искали. Он иногда к однокласснику заходил, они там что-то паяли. Радиоприёмник собирали. Жена обзвонила всех. Потом я приехал. Вечером уже в милицию пошли.

— А позвонили когда?

— На следующий день. Сказали, мальчик у них. Если хотим увидеть живым, надо платить.

Игорь посмотрел на телефон. Я тоже невольно перевёл взгляд на аппарат.

— Где он сейчас?

— На Кавказе.

— Откуда знаешь?

— Посредник сказал. И ещё… Антон говорил, что его долго везли. Сначала в багажнике, потом ночью пересадили. Дальше уже в другой машине.

— Ты разговаривал с ним?

— Два раза. — Чашка тихо стукнула о блюдце. — Первый раз почти сразу. Второй — три недели назад.

— Что говорил?

Игорь опустил глаза.

— Чтобы забрал его.

В кабинете стало тихо. За окном работала машина. Кто-то внизу несколько раз нажал на клаксон. В коридоре засмеялись, потом голоса удалились. Я потянулся к селектору.

— Людмила Петровна, найдите Макса. Пусть прямо сейчас зайдёт ко мне. И Равилю позвоните, скажите, что нужен срочно.

Игорь поднял голову.

— Макс здесь?

— Здесь. Равиль тоже в городе.

Он кивнул.

— Хорошо.

— Игорь, куртку сними. Тебе жарко.

— Да нет…

— Сними.

Он послушался. Под курткой была мятая рубашка. На манжете засохло какое-то пятно. Я достал из шкафа бутылку воды, налил ему стакан.

— Когда ты последний раз спал?

— В поезде.

— Нормально спал?

— А что ты называешь нормально?

Я не стал отвечать. Быков сделал несколько глотков. Потом снова посмотрел на телефон.

— У вас тут линия не занята бывает? Если кто-то разговаривает…

— Есть ещё одна. Сейчас дадим тебе оба номера.

Он немного расслабил плечи. Макс пришёл минут через десять. Открыл дверь, увидел Игоря и остановился.

— Да ну на… Игорь? Быков?

— Здорово.

— Ни хрена себе…

Он подошёл, пожал Игорю руку, посмотрел на меня. Я едва заметно качнул головой. Макс тоже явно заметил, что наш бывший сослуживец, почти в неадекватном состоянии.

— Что случилось?

Пришлось рассказывать снова. Во второй раз Игорь говорил немного связнее. Может быть, потому что самое тяжёлое уже произнёс. Может быть, потому что перед ним сидели люди, с которыми он когда-то воевал и которым не нужно было объяснять, почему взрослый мужик боится каждого телефонного звонка.

После армии у него действительно всё сложилось хорошо. Начинал с двух гаражей и подъёмника, который купил по частям. Сам ремонтировал машины, сам ездил за запчастями. Потом взял ещё двух слесарей, арендовал помещение побольше. Открыл магазин. За ним второй, третий. К тому времени, когда пропал Антон, у него была своя станция технического обслуживания и несколько магазинов в городе и соседних районах.

— Я ведь с Анголы с хорошими деньгами приехал — сказал он. — Решил попробовать вложиться и на себя поработать. Серегиных рассказов наслушался, как вы тут кооператив организовали. И неожиданно всё хорошо пошло, даже сам не ожидал. Дом построил. Мастерскую сделал. Пацану велосипед купил, потом мопед собирались вместе восстановить…

Он замолчал. Макс потёр подбородок.

— Тебя заранее пасли?

— В милиции говорят, что скорее всего. Знали, где он учится, когда приходит. Знали, что деньги есть.

— Кто мог знать?

Быков невесело усмехнулся.

— Макс, у меня магазины на трёх улицах. На каждом вывеска. Я на хорошей машине ездил. Дом большой построил. Тут не надо разведку вести.

Равиль появился ближе к часу. Я встретил его у двери, быстро объяснил, в чём дело. Он вошёл уже без обычных шуток, поздоровался и придвинул стул.

— Сколько требуют?

Игорь назвал сумму. Макс посмотрел на меня. Я — на Равиля. Деньги были большие. Даже для нас.

— Доллары? — уточнил Равиль.

— Да.

— С самого начала столько просили?

— Нет. Сначала меньше.

— Ты уже что-то передавал?

— Передавал.

Игорь нагнулся к рюкзаку, расстегнул замок и достал толстую папку. Из неё высыпались несколько квитанций. Он начал подбирать их слишком быстро, уронил ещё одну. Я поднялся, собрал бумаги и положил на стол.

— Не торопись.

— Тут всё. Что платил, кому. Телефоны. Заявление в милицию. Копии.

Равиль взял папку.

— Расскажи по порядку. Бумаги потом посмотрим.

Первую сумму Игорь собрал сам. Снял деньги со счетов, взял наличность из магазинов, занял у знакомого. Человек, который вышел на него обещал договориться об освобождении мальчика. Деньги забрал. Через четыре дня сообщил, что возникли трудности.

— Какие?

— Говорил, пацана увезли к другим. Теперь надо доплатить.

— Ты доплатил?

— Да.

Макс едва заметно покачал головой и отвёл взгляд к окну. Игорь это заметил.

— Знаю, что вы сейчас думаете.

— Ничего мы пока не думаем, — сказал я. — Рассказывай дальше.

— Я тоже сначала не хотел. Сказал, пусть сына покажут. Тогда мне дали с ним поговорить. Он плакал. Я… — Быков сглотнул. — Я после этого уже не торговался.