Завопив, Пустой врезался в меня, сбил с ног всем весом своего гниющего тела, и мы оба потащились вниз по насыпи.

Ремень на рогатке натянулся и оборвался с одной стороны, пока я валялась в грязи и опавших листьях, отбиваясь и отбрыкиваясь от Пустого, вцепившегося мне в плечо.

Мы врезались в дерево, и я вознесла хвалу духам леса за то, что чудовищное существо отлетело от меня. Я же пронеслась по листьям прямо к подошвам сапог двух фэйцев.

Один из них сделал выпад вперед, замахнувшись мечом так близко ко мне, что я увидела на заточенной стали клинка отражение собственной смерти. Но Пустой заорал от дикого негодования, и рядом со мной на землю упала отрубленная рука.

Я поползла назад, пиная существо, что вновь набросилось на меня. Оно не сводило с меня мертвых глаз, а его желание убить меня было таким сильным, что я почувствовала его прикосновение к своей душе.

— Еще рано, — выплюнула я. Мне удалось зайти слишком далеко, чтобы сейчас погибнуть.

Второй фэец, темноволосый с золотыми глазами, что-то предупреждающе крикнул своему товарищу и перепрыгнул через меня, словно я была просто стогом сена у него на пути. Мне было все равно, ведь я была только рада тому, что они оказались между мной и чудовищем.

Еще один Пустой завопил от безудержной ярости, мчась на нас сквозь деревья. Это была женщина, разорванное платье путалось вокруг ее длинных ног. Но кажется, она не обращала на это никакого внимания, охваченная лишь жаждой принести как можно больше смерти.

Я отползла чуть дальше, запихивая в карман бесполезную рогатку, и наконец, вставая на ноги. Я взяла в руку большой камень, чей вес придал мне равновесия, когда вокруг сапог заплескалась вода из озера.

Поискав взглядом Колтона в приглушенном свете, я обнаружила, что он сражается еще с одним злобным существом, взмахивая мечом с ужасающей силой. Он ударил Пустого по шее и почти снес тому голову. И все же, монстр бросился на него, и они оба упали. Я помчалась к нему, сжимая камень в руке. Но еще до того, как я добралась до Колтона, его тело взорвалось голубым светом, а среди деревьев послышался рев Медведя. Колтон призвал его дух себе на помощь.

Пустой отлетел от него, сломав позвоночник о ствол ближайшего дерева. Но потом он снова пополз к нам.

Фэйцы обменялись удивленными взглядами, но тут же отвлеклись на еще шестерых Пустых, выбежавших из-за деревьев.

Я обернулась, чувствуя, как при виде такой опасности угасает вся надежда. Но Колтон уже успел подняться на ноги, а Медведь с ревом преследовал других Пустых по его приказу.

Медведь бросился на первый оживший труп, разрывая гнилую плоть когтями. Вода с шерсти духа брызнула на деревья и кустарники, и когда зверь наконец оторвался от Пустого, тот больше не двигался.

Двое фэйцев приближались к Колтону, и я бегом рванула туда же, но не успела сделать и пары шагов, как на меня налетело твердое тело.

Сбитая весом Пустого, я упала в грязь. Сквозь его гнилые зубы, которыми он потянулся к моему лицу, желая вырвать кусок плоти, вырывалось зловонное дыхание.

Ногтями он вцепился мне в грудь, и я закричала, сжимая его шею в попытке оттолкнуть. В другой руке я все еще сжимала камень. Замахнувшись, я со всей силы врезала им Пустому. Противный хруст дал понять, что удар попал ему в череп. Впрочем, так убить его было невозможно.

Я извивалась и брыкалась, придавленная врагом, и выкрикивала имя Колтона, как отчаянную мольбу. Медведь же преследовал Пустых среди деревьев и разрывал на куски одного за другим.

— Я иду, Фэррис! — крикнул Колтон, и я увидела его сапоги, топающие по листве на земле. Следом шел кто-то еще.

— Колтон, — прохрипела я. Пустой сдавил ладонью мое горло, его вес выжимал у меня из легких последние остатки воздуха.

Я снова и снова била его камнем, но чудовище не обращало на это ни малейшего внимания, пытаясь разорвать меня на куски. Его внимание было приковано лишь к тому, чтобы убить меня.

На меня хлынул поток воды. Медведь взревел, оттаскивая от меня Пустого и раздевая его тело. Наконец, он смог пронзить его сердце, и разлагающаяся плоть замерла. Колтон потянулся ко мне, но стоило ему наклониться, протянув руку, как темноволосый фэец врезался в него, выталкивая прямо навстречу двум Пустым.

Я в ужасе завопила, когда ожившие мертвецы схватили Колтона за руки, разрывая с нечеловеческой силой, растаскивая в разные стороны, будто боролись за приз.

Медведь понесся обратно на прогалину, стремясь помочь своему повелителю. Но Пустые с отвратительным воплем забрали жизнь Колтона еще до того, как дух успел прийти на помощь.

Из моего горла вырвался сдавленный крик. Меня поглотил ужас, ведь мой единственный союзник здесь погиб во вспышке бесполезного насилия. Это заставляло меня сходить с ума от шока.

Медведь превратился в поток воды, его сила исчезла, вновь вернувшись в лежащий на земле амулет. Он был бесполезен без того, кто снова мог бы призвать духа.

Подняв взгляд, я со страхом смотрела на темноволосого фэйца, который с победно горящими глазами собрался забрать свою награду за убийственную подлость.

Но ублюдок рано расслабился. Еще трое Пустых по-прежнему жаждали нашей гибели. Двое из них бросились к золотоволосому фэйцу, и сбили его с ног. Его вопли зазвенели над деревьями.

Убивший Колтона мерзавец побежал на помощь. Видимо, его двойные стандарты касались лишь моей расы, а не его собственной. У меня в голове все звенело от боли и ярости из-за гибели Чемпиона, который был на моей стороне. Мне захотелось своими руками отомстить его убийце.

Последний Пустой побежал за фэйцем, все чудовища вокруг позабыли о жалком человеке, что все еще был среди них. Я посмотрела на изуродованный труп Колтона, и слезы обожгли мои глаза. Потом мой взгляд скользнул по амулету, что стоил моему товарищу жизни.

Я встала на ноги, собираясь забрать его себе. Но стоило мне протянуть руку, как я заметила кинжал на поясе Колтона.

Сжав пальцами рукоятку, я вытащила клинок. Грудь поднималась и опускалась, пока я, неровно дыша, высматривала ублюдка, что убил моего друга. Он в ярости и панике отбивался от одного из чудовищ, пока его золотоволосый товарищ вопил перед смертью. Двое Пустых разрывали его, уронив на землю.

Я с холодным безразличием наблюдала, как фэйцы борются за жизнь. Блондин издал срывающийся крик, когда Пустой разорвал его горло, а темноволосый убийца Колтона в ужасе заорал в ответ. Их боль мало помогала унять мою.

Зарезав Пустого, с которым сражался, брюнет побежал за вторым. Но третье существо схватило его, повалило на землю.

— Помоги! — взмолился он, когда чудовище вцепилось в его лицо, разрывая кожу, лишая его красоты и обнажая спрятанное под ней уродство.

— Нет, — выплюнула я, пятясь назад и оставляя его на милость смерти в отместку за Колтона.

Деревья нависали надо мной, и я обернулась, решив убежать подальше от этого жуткого места. Вместо этого я столкнулась с еще одним мертвым Пустым.

Он отшвырнул меня в толстый ствол дерева. Я ударилась затылком, зрение поплыло. Я неуверенно ударила кинжалом существо, пытавшееся меня убить. Ко мне приблизилось его кошмарное лицо без носа, со зловонным ртом, и в его подернутых тенью глазах я увидела собственную гибель.

Закричав, я принялась бешено бить его кинжалом. Гнилая кровь заливала мою ладонь, но ничего не могло остановить существо, что пригвоздило меня к стволу и теперь тянулось к горлу. Пытаясь оттолкнуть, я уперлась локтем в его шею.

Я снова и снова ударяла его. Мои крики эхом звенели среди безразличных деревьев. Лес склонился над нами, глядя, как смерть подбирается ко мне все ближе. И вдруг среди шуршащей листвы и путаницы веток я услышала, как кто-то шепчет мое имя. Зовет к себе, чтобы наконец забрать.

— Идем, Фэррис. Время пришло. Фэррис… Фэррис… Фэррис…

Я вновь и вновь била, безуспешно пытаясь найти его сердце. Бешеный грохот моего сердца отсчитывал последние секунды жизни, за которую я отчаянно боролась и едва начала проживать.